Неукротимый Бастард 3 (СИ), стр. 10
Дальше пошли не менее массивные здания с высокими окнами, словно в несколько этажей. Чем-то всё это напоминало мне лекционные или спортивные залы в нашем мире, только побольше размером. Вполне возможно, там находились тренировочные арены, подобные тем, что были в башнях замка Пожарских, только гораздо масштабнее. Думаю, скоро я это узнаю более точно.
Карета свернула в сторону, объезжая большую круглую клумбу с фонтаном в центре. Теперь моему взору открылось огромное величественное здание с башнями и шпилями. Сначала я долго пытался понять, что оно мне напоминает. Потом меня осенило: ещё немного изменить силуэт и получится почти один в один главное здание МГУ. Да, практически то же самое, только более изящное и с особым магическим шармом.
Мы вышли из кареты на просторную площадь перед главным зданием. Одни экипажи уже отъезжали, другие только подъезжали, из них выходили адепты и поступающие в академию, постепенно стягиваясь к главному входу. Громадные двустворчатые двери были распахнуты настежь, впуская внутрь живописную толпу богатых и не очень юношей и девушек, приехавших постигать магические науки.
Наша карета тем временем отправилась к общежитию, чтобы доставить вещи, Александр объяснил кучеру, куда надо ехать.
Центральный холл главного здания поражал своими размерами и роскошным убранством. По количеству золота он, конечно, уступал царскому дворцу, зато здесь присутствовало множество магических элементов, которые придавали помещению особый акцент, внушая чувство величия и умиротворения.
В огромном холле большими и малыми группами собирались адепты и новички. Те, кто приехал продолжать обучение, быстро расходились по своим делам. Новички же, как это обычно бывает, крутили головами, пытаясь понять, что от них требуется.
Отучившийся здесь два года Александр быстро организовал нас и повёл к приёмной комиссии, располагавшейся в правом крыле. Остальные новички постепенно потянулись туда же. В холле приёмного отделения за несколько минут стало заметно теснее, чем когда мы вошли. Хорошо, что высокие стрельчатые окна были через одно распахнуты настежь, и внутрь свободно поступал свежий воздух, разгоняя духоту и сгустившийся до першения в горле дорогой парфюм.
Среди мельтешащей толпы в дальнем углу я заметил братьев Куракиных, старший привёл сюда младшего так же, как это сделал Александр. Я был уверен, что они тоже меня увидели, но старательно делали вид, будто не замечают. Причём настолько демонстративно, что теперь никаких сомнений не оставалось.
— Не к добру такая показная невнимательность, — пробормотал я себе под нос.
— Что не к добру? — переспросил Дима, обернувшись ко мне, только что он косился на красавиц из другого княжеского рода.
— Видишь Мирона Куракина? — спросил я у него, кивнув на наших конкурентов.
— Да, вижу, — кивнул Дмитрий.
— Не особо я верю, что он нас не заметил, — пояснил я.
— Всё он заметил, просто делает вид, — спокойно сказал Александр. — Михаил, ты, пожалуйста, будь с ним осторожен. Драться с тобой в коридорах он не станет, а вот что задумает… Явно они тебя не забыли. Обязательно попытаются как-нибудь отомстить. А возможно и всем нам, но ты им особенно поперёк горла встал, это точно.
В этот момент открылась дверь кабинета. Вышел лакей в парадной ливрее и зычным голосом начал зачитывать фамилии будущих адептов, которых приглашали на собеседование.
Толпа сразу сместилась к двери, образовав перед входом широкий плотный круг. Теперь, старательно не замечавший меня ранее Мирон стоял почти напротив меня.
Когда вызванные представители знатных родов вошли в кабинет и дверь закрылась, младший Куракин, продолжая непринуждённо беседовать с окружавшими его знакомыми, неожиданно указал на меня рукой.
— Познакомьтесь, — сказал он громче и широко улыбаясь. — Господа Пожарские прислали своего бастарда учиться магическим наукам. Это Михаил, а теперь ещё и Фёдорович. Представляет себе, что он княжич.
По толпе пробежал смешок. Я пока молчал, с интересом ожидая, что же он отвесит дальше. Человеком большого ума он не казался мне с самого начала, даже Савелий умнее. Сейчас старшего брата не было рядом.
— Зря вы смеётесь, — продолжил Мирон. — Парень-то он неплохой, подраться умеет. В деревне этому быстро учатся, кулачный бой решает всё. А что поделать, дикари-с. Кроме того, он ещё и магией обладает, гоняет ветер по полям. Даже не поверите — ведь ещё буквально вчера он корову доил.
Последние слова вызвали уже настоящий взрыв хохота. Я дождался, пока смех немного стихнет и решил без лишних брызг слюны ответить на приветствие:
— Если желаете, господин Куракин, могу и вас научить доить корову, — сказал я с невозмутимой полуулыбкой и взглядом сверху-вниз. — Полезное умение, между прочим. Настоящий хозяин должен понимать, как живут и работают его люди. А вот смеяться над чужим трудом большого ума не требуется, что вы и пытаетесь в очередной раз доказать.
Вот и не сдержался. Наверное, стоило ответить спокойнее. Хотя свою цель я всё-таки достиг — младший Куракин заметно побледнел, на висках заиграли желваки.
Не думаю, что сейчас я что-то испортил, пакости мне строить всё равно будут, то так хоть перевёл фокус внимания на болтуна, который хотел посадить меня в лужу. Теперь в луже он сам.
В этот момент дверь снова открылась, все сразу притихли. Лакей развернул свиток и продолжил зачитывать фамилии поступающих. На этот раз вызвали нас с Дмитрием и Софьей. Мирон Куракин остался ждать своей очереди. Прежде чем войти, я обернулся, дружелюбно улыбнулся ему и помахал рукой. От воздушного поцелуя я всё же воздержался, но с трудом.
Мирон лишь поджал губы и сузил глаза, но уже через мгновение расслабил лицо и снова улыбнулся соседу, который до этого момента что-то увлечённо ему рассказывал.
«Всё правильно, — подумал я. — Носим маски, так уже привычнее».
В просторном помещении по периметру стояли столы, десятка полтора. За каждым из них сидел преподаватель, а напротив находился стул для поступающего. Я сел туда, куда мне указали.
Пожилой мужчина, выглядевший настолько уставшим, словно переработался ещё до начала приёмной кампании, принялся задавать мне довольно странные вопросы. Вспомнились вопросы психиатра в военкомате по поводу катания на форточках.
Потом последовали вопросы о происхождении. Понимая, что придумывать новую биографию нет никакого смысла, я отвечал строго в соответствии с легендой, которую для меня разработали Борис Николаевич и Фёдор Алексеевич. Вопросы про жизнь в деревне были заданы со снисходительной улыбкой, но мотом он быстро вернул лицу серьёзность и прежнюю усталость.
Про азы владения магией он спрашивал более подробно, потом про предел и ступень. В один момент мужчина посмотрел на меня внимательно поверх пенсне, что-то обдумывая, затем размашисто подписал грамоту и вручил со словами:
— Успехов вам, Михаил Фёдорович, — сказал мужчина, ещё раз окинув меня задумчивым взглядом. — И не стесняйтесь задавать вопросы, даже самые «простые и глупые». Хороший вопрос часто открывает больше, чем заученный ответ. Для нас, ваших наставников, это знак того, что вы действительно думаете над темой, а не зубрите до посинения.
— Понял, благодарю, — ответил я с улыбкой.
— Вы точно готовы? — осторожно спросил вдруг пожилой мужчина без тени иронии, скорее всего мысленно ссылаясь на особенности моего происхождения.
— Готов, — уверенно кивнул я, почтительно поклонился преподавателю и направился к выходу.
Александр ждал в дальнем углу холла. Увидев меня, он помахал рукой, привлекая моё внимание. Мирон прошёл мимо меня внутрь, снова делая вид, что не видит, а Савелий любезно общался с парочкой симпатичных девиц у окна, чаще глядя при этом в декольте, чем в глаза.
Вслед за мной подошли Софья и Дмитрий, лица у обоих довольные, но улыбки несколько напряжены, взгляды серьёзные и настороженные, ведь главное испытание только впереди.
— Ребята, расслабьтесь хоть немного, — усмехнулся Александр. — Вы же словно разряды вырабатываете нетрадиционным способом. Не так всё страшно на самом деле, к тому же вы очень хорошо готовились. Посмотрите вон на Михаила, он будто готовится сам экзамены принимать.