Притворись её мамой (СИ), стр. 14
Стас приподнимает одну бровь.
— Ты настолько беспечна в финансовых вопросах, что даже не знаешь общую сумму своего долга?
Не знаю, что на это ответить. Лика говорила, кажется, что у неё есть кредит, но я и представить не могла, что она должна так много!
И она что, решила повесить и это на меня?
— Потом переходим к криминалу… — как ни в чём не бывало продолжает Стас. — Мои люди связались с кем надо. За то, чтобы бандиты больше не имели к тебе вопросов, они хотят два миллиона. Это стоимость того, что было в том пакете.
Два миллиона…
Сползаю спиной по креслу. По телу прокатывается холодная волна пота.
Два миллиона плюс полтора миллиона… Мне кажется, моя жизнь столько не стоит…
— С полицией пока не удалось разрулить, — добавляет Стас, — мои сотрудники ищут того полицейского, который предлагал тебе отмазать от статьи за взятку. Но пока глухо. Хрен знает, кто это был. Если не найдём, то просто наймём тебе адвоката и разберёмся уже с возбуждённым уголовным делом, правда это всегда сложнее. Из какого отдела был тот тип?
— Не знаю… — признаюсь я.
— Фамилия?
— Сергей Иванович…
— М-да… А телефон его у тебя есть?
Качаю головой.
— Он звонил, но всегда с разных, и если я пыталась перезвонить, то никто не брал трубку на том конце. Сергей Иванович всегда сам звонил и приезжал к нам домой для разговоров.
— Вот как… — Стас задумчиво стучит пальцами по столу. — Ладно, Лика, и с этим разберёмся. Если он позвонит или напишет, сразу сообщи мне.
— Хорошо...
— Дальше, — также задумчиво произносит Стас.
— Я ещё кому-то должна? — шепчу в полном ужасе.
Три с половиной миллиона и ещё полмиллиона взятка, которую требовал Сергей Иванович… Итого четыре. Я столько никогда не заработаю! Неужели есть что-то ещё?
— Показ, на котором мы встретились, организовывала моя хорошая знакомая, — Говорит Стас, — Фима видела, что ты уехала со мной и звонила узнать, когда мы, наконец, вернём её эксклюзивное платье…
Морщусь. Нечего там возвращать — платье безнадёжно испорчено.
— Я предложил ей деньги за платье, но она наотрез отказалась, — с сожалением произносит Стас. — У них там аврал, несколько манекенщиц слегли с ковидом на карантин, а через неделю ещё один показ. Фима требует тебя…
— Меня?
— Она сказала, что простит нам испорченное платье, только если ты примешь участие в ещё одном показе в конце недели.
— А-а-а… — тяну без всякого энтузиазма.
— Ты согласна? — уточняет Стас.
Пожимаю плечами.
— Кажется, у меня нет выбора.
Стас кивает.
— В остальном выбор есть, Лика, — добавляет он, немного растягивая слова, — можешь сама справляться со своими долгами и проблемами, а можешь… воспользоваться моей помощью…
Смотрит пристально, ожидая ответа.
Почему-то в горле появляется ком. Ясно уже, что Стас не святой спаситель сирых и убогих. Он помогает не просто так…
— А… что я буду должна взамен? — почему-то мне кажется, что вопрос звучит двусмысленно.
После вчерашнего поцелуя всё, что касается Стаса, кажется мне двусмысленным и имеющим отношение к сексу…
Пристальный взгляд, направленный на меня, становится ещё более тяжёлым и давящим.
— Мы же уже обсуждали это. Аня хочет маму. Свою. Настоящую. Я могу купить её для неё. Всё просто, Лика. Я покупаю… тебя…
У меня перехватывает дыхание.
— Твоё время и внимание к дочери, — добавляет Стас. — Живи здесь, заботься о ней и веди себя как мама… Скажем… года три минимум. Это для начала. Потом Аня уже не будет так в тебе нуждаться, и ты сможешь переехать, куда захочешь, заняться своей личной жизнью или карьерой, а с дочерью видеться время от времени.
— Ты предлагаешь остаться, чтобы потом уйти? — уточняю я.
Стас наклоняет голову набок.
— Если тебя всё устраивает, то можешь оставаться тут до её совершеннолетия. Но, помниться, ты уходила со скандалом и кричала, что не намерена хоронить себя заживо и тратить молодость на вытирание соплей и детских поп.
— Я…
Лика такое говорила? Ужас какой…
— Я думал над тем, как сделать твою жизнь не такой скучной… — добавляет Стас.
Мне кажется, что в его глазах появляется блеск. Он смотрит как-то по-другому… Не знаю, как это объяснить, просто чувствую, что становится душно… Оттягиваю ворот футболки, чтобы стало легче, но это не помогает.
— Ты молодая здоровая женщина… — продолжает Стас, — и видимо, как и я, имеешь вполне закономерные потребности…
— Что?..
— Я просто не хочу повторения того скандала. Я был не прав, заперев тебя здесь без возможности работать и завести любовника.
— Э-э-э…
— С работай поступай как хочешь, мне плевать, если у тебя будет хватать времени на Аню, а вот со вторым, я думаю, смогу тебе помочь без привлечения сторонних сил…
— Стас!
Вскакиваю на ноги.
Я, если честно, слишком шокирована этим его заявлением, чтобы ответить что-то внятное.
— Я не… — бормочу неразборчиво.
— Что «не»? — по-деловому серьёзно уточняет Стас. — Не хочешь?
Встаёт, как и я. Обходит стол, который нас разделял.
Блин.
— Слушай, это плохая идея… — пячусь спиной к двери.
— Почему? Я вижу, что ты меня хочешь… — Стас наступает. — Будь я не так щепетилен, поставил бы секс условием нашей сделки. В твоём долге достаточно нулей, чтобы это было справедливо…
Он говорит гадкие вещи. Унизительные.
Я понимаю это, но всё равно почему-то не могу не чувствовать… соблазна…
Большой, сильный и вкусно пахнущий Стас наступает на меня с горящими огнём глазами, чтобы зажать в какой-нибудь угол и проделать то же, что вчера… Чтобы поцеловать или не только…
Трепет в груди мешает думать хоть сколько-то связно. Как я могу на такое реагировать? Не понимаю…
— Лика… — Стас делает большой шаг вперёд, и я не успеваю отойти.
Меня ловят за пояс на джинсах и тянут на себя.
— Ох…
Врезаюсь в его большое тело, и дыхание моментально перехватывает. Меня обдаёт жаром…
Понимаю вдруг, что мне очень хочется… не сопротивляться… Пусть он снова поцелует! Было так хорошо…
— Стас не…
— Почему? Назови хоть одну причину.
Стас запускает пальцы в мои волосы и тянет их назад, заставляя запрокинуть голову.
— М-м-м…
Ощущения обостряются до предела. Каждая клеточка тела ждёт того, что он сделает дальше. Кожа горит в ожидании…
А Стас наклоняется и проводит губами по моей шее. Целует, проводит там языком.
Мне делается очень хорошо и плохо одновременно.
Перед глазами темнеет от нахлынувших чувств, а низ живота взрывается голодным огнём.
Но так нельзя! Я не могу…
— Я не Л…
Стас резко накрывает мои губы поцелуем. Вторгается в рот языком с диким напором.
Я начинаю задыхаться, но он и не думает останавливаться… Целует до тех пор, пока я не начинаю послушно повторять движения его языка. До тех пор, пока совсем не перестаю сопротивляться…
Потом он легко поднимает меня на руки, делает пару шагов к вишнёвому дивану, и через секунду я уже лежу на спине.
Стас опускается на колени возле меня и уверенным, не предполагающим возражений движением, разводит мои ноги в стороны.
16
16
Пытаюсь свести бёдра, но Стас не даёт мне сделать это. Держивает колени, глядя мне в глаза.
— Расслабься, Лика, это всего лишь секс… — хриплый мужской голос заставляет низ моего живота сжаться.
Всего лишь секс…
— Меня правда очень заводит эта твоя игра в стеснительность… — тягучим бархатным тоном добавляет Стас. — Хочу увидеть, как ты сломаешься, прекратишь строить из себя монашку и превратишься в искушённую сучку, которой и являешься на самом деле…
Он ловит мою лодыжку, одним движением стягивает со ступни обувь и то же самое проделывает с белым носком.
Затем обхватывает губами большой палец ноги и втягивает его в свой рот.
— Ох…
По всему телу проносится сладкая горячая дрожь. Живот сводит до боли, а перед глазами плывёт картинка.