Кай. Возвращение к истокам (СИ), стр. 36
Если сумка демона и была зачарована, то оно — зачарование, давно пропало. Теперь это просто мокрая тряпка — еще раз осмотрел я ее, прежде чем утопить.
— «Дай!» — Вновь потребовал Чужеблуд и я, подумав, все же выделил ему одну горошину, что просто растворилась во тьме клубящейся глубоко внутри него. Он еще и отрыгнул.
Я думал на этом все, но меня удивила шляпа, что тоже стала чересчур разумной. Развивалась! Она хоть и не умела говорить, но передать мне сообщение могла.
«Нужно. Сильнее. Защитить. Связь».
Оторвав от сердца еще одну горошину, я позволил ей впитаться в один из проросших на шляпе красный, в белую крапинку, гриб-мухомор, остро сожалея об утрате.
«Идиот!» — Уколол я себя словами. «Скормил шляпе пятьдесят тысяч золотых!»
Остальные камешки я убрал в карман, чувствуя как они наполняют меня силой и влияют на Атолл. Через несколько дней они усвоятся, и горох исчезнет, а я — я стану сильней. Да. Даже в дерьме можно отыскать бриллианты. Костяной прав.
Продолжив двигаться в область патрулируемую демонами, я чувствовал себя бурдюком с водой залитым под горловину. Когда от каждого движения она пыталась выплеснуться через край. Разорвать меня! Я «купался» в легкоусвояемой магии, сгустившейся вокруг облаком, и волновался лишь о том, чтобы этакую аномалию никто не заметил и таки накликал беду.
Откуда здесь взялся одинокий черт и почему я не почуял его заранее сейчас не важно.
Рывок! Подпрыгнуть. Схватить его за крыло, чувствуя, как оно сминается в моем кулаке. Обнять его и камнем — вместе — упасть в болото.
Всплеск. Удар о воду. И мы уходим на дно.
Быстрее!
Демон рвется из хватки! Режет меня выступившими из пальцев когтями. Больно! Вгрызается ртом, прогрызая листопад, и затихает, пронзенный моей рукой. Приказ-лечение и раны нехотя затворяются. Только я не рад. Демон успел связаться со своими. Я почувствовал дрожание эфира и его крик в пустоту. С-ука! БЕЖАТЬ! Немедленно!
Я плыву. Над болотом, то и дело мелькают тени — не всплыть. Меня ищут. Сколько уже? Четыре, пять дней — я не ел и не пил, а только прятался, двигаясь лишь под водой и всплывая, чтобы сделать глоток воздуха?
Горох полностью растворился. Я стал сильнее — чудесно, только вот демонам на мою мнимую силу плевать.
Я! Обязан! Выжить! Твержу себе и, гася возмущения, скрывая эмоции и удерживая отвод глаз — плыву, раздвигая руками водоросли.
Усталость таки сказалась на мне, и я не заметил легкого течения, в которое попал на шестой день «игры в прятки» с демонами. А потом стало поздно. Меня понесло вперед со страшной скоростью, и я даже позволил себе всплыть — устав бороться с течением и глянул, куда же меня несет.
Впереди циклопический водоворот МАТЬ ВАШУ! От гула что он создавал дрожали барабанные перепонки, а уши заворачивались в трубочку. Мимо проносились захваченные как и я течением — мусор, трава и камни. Температура воды достигла кипения. Болото… Да какое это уже болото! Бурлило! Испаряясь столпом мари уходящим в небеса.
А потом было падение. Помню лишь тьму на дне водоворота. Чей-то насмешливый взгляд. Сладковатый запах гниющих водорослей. И как прижимал к себе шляпу.
Очнулся лежа на мхе. Вскинул голову и увидел впереди насыпь. Железная дорога! А позади… такое знакомое болото.
— Выбрался! Выкусите, демоны! Ха-ха-ха.
Предстояло определиться что делать дальше. А пока… Перебежав железную дорогу я нашел по запаху ручей и напился. Убил полдня чтобы привести себя в порядок и вымарать из одежды запах. Поел бульончика, собрав диких трав душицы, лука и грибов, да простит меня возмущающаяся шляпа и наконец, поспал.
А утром мой разум нащупал кто-то более могущественный.
«Шляпник! И ты жив? Хо-хо-хо. Молодец!»
Да это же Локонс Сомневающийся! Выжил зараза!
«Давай, руки в ноги и будь в Прибрежном не позднее завтрашнего вечера, если не хочешь проблем».
Не успел я ничего спросить, как младший магистр оборвал связь.
«Все вопросы в городе!»
А и неплохо… Раз Локонс жив — ему и отвечать. А я так… Нужно только спрятать кости демона. Иначе попытаются изъять.
— «И дерьмецо не забудь, ха-ха-ха», — истерично рассмеялся Чужеблуд, словно человек, переживший свой самый страшный кошмар.
Сны. Надо расспросить его о снах что он видит.
Маленькая интерлюдия
Он любил это время суток. Ночь. Тишина. Покой…
Рассеянно осмотревшись, он нашел глазами очки и одел их, предварительно обмотав носовые упоры мягкой изолентой. В последнее время они чересчур давят на переносицу и это спасает.
Настроив свет над столом — опять уборщица двигала лампу — он взял в руки личное дело мага за номером ххххх, с которым он уже успел ознакомиться на прошлой неделе, и для исключения ошибки — начал заново его перечитывать.
Кай Шляпник Левший. Бакалавр магии.
Так-так-так. Шляпник… Забавная история вышла с этим прозвищем.
Помусолив пересушенные кончики пальцев, он перевернул успевшие пожелтеть и запылиться несколько первых листов личного дела этого бакалавра (детство юноши его сейчас не интересовало) и остановился на странице семь. На моменте когда тот впервые попал в поле зрения отдела ревизии, внешней и внутренней разведки Министерства по делам магов.
— Чем же ты интересен и что скрываешь?
Крот, как называли его за глаза в отделе — любил работать ночью из-за этой своей особенности — привычки проговаривать вопросы вслух.
Плешь Ведьмы. Печать старших. Жертвоприношение. Пойман с поличным. Суд и ссылка, прочитал он, задумчиво покусывая кончик карандаша.
Это дело уже расследовали. Судья — друг помершего этой зимой Яка Кость сделал ему одолжение и не стал углубляться в детали — просто пнул парня под зад — прочь из Океании. Странно? Да. Опасно? Хм… Отправить на дорасследование? Не-е-е-т. Не стоит ворошить грязное белье. Пойдет запах. Виновный мертв, судья сам попал на скамью обвиняемых за этот и другие дурнопахнущие грешки. Дело закрыто. Точка.
Он перевернул несколько страниц и остановился на показаниях очевидцев, выживших в бойне на острове Красные Воды, куда сослали тогда еще юного парня.
«Глава местного отдела ОРВиВРСР грубо взял опекаемого за грудки, натянув медальон мага на кулак, и что-то ему высказал, подозвав помощников… — и в этот момент на него упала бетонная плита. О чем шел разговор доносчик не расслышал. Гор Вьюга погиб. Концы в воду…»
Сделав пометку в личном деле, он перелистнул несколько страниц назад и не заинтересовавшись, вернулся к тому моменту, на котором остановился, а на тех, не важных страницах — коротко сообщалось о коммерческой деятельности поднадзорного лица и его конфликтах из-за демпинга цен на продукцию своей зельеварни.
— Не доказано… Не доказано… Не доказано… — Листал страницу за страницей, следователь, считая трупы «повисшие в воздухе».
Йорой Рыжий (маг-ученик, признан мертвым); Орик Картавый (маг ученик, признан мертвым); Сирый Подкова (маг-неофит, признан мертвым); Тео Слизняк Бабаддон (маг-бакалавр, признан мертвым).
И это только на острове Красные Воды! Причем все они маги, а сколько он людей загубил? И были ли эти люди? Местный служака считает что были, но фактов не приводит. Только зря исписал ручку. Идиот!
Прочерк.
— Не доказуемо! — Проворчал следователь и вывел аккуратным почерком отказ расследовать эти дела и лезть по их поводу с вопросами к бакалавру, заверив приказ печатью.
На какое-то время Шляпник исчезает… Его признают мертвым, а потом он появляется на острове Чайка, где снова попадает в неприятности, но перед этим проходит все проверки, в том числе и на лояльность идеалам Союза Республик.
Следователь усмехается.
— Так, так, так… И сколько на этот раз?
Тосол Академик (маг-неофит, признан мертвым); Афнутий Правый (маг-неофит, признан мертвым); Жан Голяш (маг-младший магистр, признан мертвым). Пометка — устранил его по просьбе своей любовницы Рогеды Ткач?; Рассок Голяш (маг-ученик, признан мертвым); Го Голяш (маг-бакалавр, признан мертвым); Иклий Икота (маг-ученик, признан мертвым); Южмаш Свет (маг-бакалавр, признан мертвым);