Кай. Возвращение к истокам (СИ), стр. 29
Я был настолько спокоен, что засеивал семенами (уже заканчивая, так как занят этим не первый день) — лес. Цветы, кусты, железное и фруктовые деревья — все то, что может (хотя бы в теории) прижиться у нас, на севере.
Деревья с острова Чайка имели со мной тесную связь и я надеялся что вырастив их потомство я смогу восстановить эту связь и взять под плотный контроль прилегающую к моему дому территорию. Высадить оборонительный пояс (из мрачных осин и стальной осоки) — с самого опасного направления и предупреждающий пояс (плюющаяся рябина, смердящий подорожник) — со стороны деревни.
Разрыхлив руками землю в центре небольшой залитой солнцем поляны, я напитал ее стихией и своей магией — и поместил в лунку семечко яблони. Примял место посадки, поигравшись пальцем (шмяк-шмяк) с любопытным червяком показавшимся из земли, усмехнулся, поняв какими глупостями занимаюсь и полив из фляги будущую яблоню, ушел, пожелав ей на прощание расти большой и сильной. Моей защитницей.
В этот раз Роза не предупредила меня об опасности. Не всегда у нее это получается и в разрез с этим я был не огорчен, а рад. Пусть она живет своей жизнью и меньше видит во снах все то дерьмо что случается.
— «Рядом!» — Предупредил меня Чужеблуд через пару часов бега и, осмотревшись, я определился с местом где буду встречать гостей.
Пока я концентрировал силу для первого удара — меня накрыли сомнения. А все ли я сделал для победы? Может стоило поступить иначе? Поискать союзников?
Беспокоило и другое. Как эта бабка проникла на наш материк? Таких как она принято держать на расстоянии, скрывая факт нашего сотрудничества и торгуя с ними лишь через отдаленные, заморские провинции и протекторат.
Первым был запах… Гнильца и дерьмецо. Благодать и скверна. Тьфу! Вонючие заразы!
Мадам Женевьева вела за собой внушительную группу, и среди них я без удивления нашел глазами знакомые лица. Прямо день встреч! Тут и шайка Терентия Рыбака пропавшая с моих глаз на какое-то время (он сам и его приближенные). И Церковь Спасителя в лице Оди и Драга чьи шеи украшали удавки перемазанные кровью — привет из деревни Смоква. Твари!
«Сейчас сочтемся!» — Пообещал я мыслью.
Мадам Женевьеву что-то насторожило. Она остановилась и начала беспокойно осматривать окрестности, поворачивая свою голову из стороны в сторону и пугая рядом стоявших с ней людей своими фасетчатыми глазами. За ее плечом стоял Аарон Ваза — превращенный этой с-укой в слепца покорного ее воле.
Я нахмурился, но продолжал ждать пока они подойдут чуть ближе — чтобы наверняка. В отводе глаз я был уверен. Я усилил его ритуалом перед выходом.
Она все еще продолжала стоять на месте, кривя свое старое морщинистое лицо гримасами сомнения, а я ждал. Рано…
— Что-то случилось? — Спросил ее незнакомый мне маг в ранге ученика с глазами только начавшими меняться в мушиные.
— Показалось… — Процедила мадам и велела всем следовать за ней.
Я ждал, ждал, ждал… ПОРА! ЗАТМЕНИЕ!
Мир посерел… Небо опустилось на землю в виде мельчайших частиц пыли, но Женевьева успела среагировать! Дрянь!
Направив на меня какой-то артефакт от чего у меня заломило зубы, она выпустила в моем направлении проклятье не чета тому что было спрятано в коробке-шкатулке и я на уровне ощущений понял что листопад тут бесполезен. Попытка увернуться привела лишь к тому что проклятье развернулось и последовало за мной. Плохо!
— «Жри!» — Велел я Чужеблуду, сорвав его с пояса и бросив в сторону проклятья.
— «Ах ты брыдля!» — Проскрипел он в мой адрес, но задачу выполнил.
Теперь он лежал и дымился в траве и было непонятно чья сила берет верх.
Проклятье завязано на мою кровь! ОТКУДА ОНА У НЕЕ ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ ВЕДЬМА⁈
Жужжащее облако из мух что вылетело из зоны поражения до того как затмение превратило этот участок леса в пепел совершило обратный оборот и передо мной в полный рост встала мадам Женевьева, оценивающе рассматривающая череп лежащий в траве и продолжающий бороться за свою псевдожизнь.
Отвод глаз с меня спал, и я не стал его возвращать.
— Интересно… — Процедила она, злясь и переводя взгляд на меня. — Ты лишил меня слуг, мальчишка.
Решила поговорить? У меня тоже есть к ней вопросы.
— Откуда у тебя моя кровь?
Она мерзко рассмеялась.
— Выкупила у одной бойкой рыжеволосой сеньоры.
Я задумался. Рыжая? Наяда? Афелий? Да, шанс собрать мою кровь на Барра-Шака у них был, но верить словам этой твари? Нет.
Старуха сделала глубокий вдох и ОТРЫГНУЛА следующие слова.
— Ты пахнешь моим потомком. Повелитель не ошибся, — прошипела она змеей.
Я был не против этого разговора так как концентрировал в себе силу для второго затмения, а вот почему тянет она? Превращение в рой мух?
Бросив взгляд на то во что превратилась эта часть леса, я посмотрел на пятно где погиб последней смертью Аарон Ваза и только потом ответил.
— Не ошибся…
Мы напряженно молчали и смотрели друг другу в глаза пока она первой не ощерилась.
— Твой фокус с заклинанием затмения второй раз не пройдет.
Я помрачнел.
— Не думаю что ты узнала это заклинание с полувзгляда. Минмагии совсем прогнило, — сделал я вывод.
— О-о… Не вини их. Клерк что заглянул в твое дело боялся за семью, взятую в заложники «неизвестными», — усмехнулась она.
— Полагаю, этому клерку не повезло?
— Погиб вскоре вместе с семьей, — смахнула она злорадно несуществующую слезу с морщинистой щеки.
— По Ча-ча ты тоже плакала и убивалась понарошку? — Поддел я ее.
Смеяться она перестала. Время разговоров закончилось. В ее руках появилось оружие похожее и не похожее на крестьянский серп.
Она прыгнула на меня и замахнулась. Я счел за лучшим увернуться, очень уж опасно блестело лезвие. Пропустив ее первый удар над головой и теряя шляпу-гриб, чувствуя как шевелятся волосы на затылке, я ударил ее кулаком в плечо, но она тоже отскочила, прищурившись рассматривая мои пальцы объятые стихией земли и выглядевшие не менее опасно чем ее серп.
— Жалкие фокусы, — процедила она настороженно и специально подставилась под один из моих ударов чтобы оценить его опасность и резко разорвала дистанцию когда я раздавил с десяток мух воплотившихся в реальности в виде щита окружившего ее.
Держа перед собой руки покрытые кровью этих созданий я отгородился ими от плевка не несущего в себе и грамма магии и брезгливо стряхнул его с кулака на землю.
Мерзкая старуха!
— ХА! — Выдохнула она в моем направлении порыв гнилостного дыхания. Взлетели и опали весенние листья — листопад и уже я прыгаю вперед стремясь ослабить ее своим ударом. Измотать!
Она словно обтекает мою руку и отходит, походя снося дерево на своем пути. Наши скорости и сила настолько всеобъемлющи, огромны, что человеческий глаз не способен за нами уследить.
Новый обмен ударами и она задевает меня серпом, вспарывая листопад, но не дотрагиваясь холодным железом до кожи.
Решаюсь.
— ЗАТМЕНИЕ!
Мир вновь посерел, и старуха преобразилась. Все вокруг разрушается, а она в виде роя мух летит прочь, за границы в которых работает мое заклинание. Я бегу за ней и давлю! И давлю проклятых мух!
— Гаденыш! — Выплюнула слова старая, вновь обретя форму и отбивая мой удар, пока я пытался взвесить свои шансы.
Второе затмение хоть и не осушило меня полностью, но на еще один такой удар я сейчас не способен. Может отступить?
Бросив на старуху взгляд, я оценил ее состояние как: краше в гроб кладут, и отложил решение на потом. Она же нашла глазами Чужеблуда и хмуро убедилась что тот побеждает проклятие.
Запах! Я его чувствую. Это страх. Она начала бояться. Слуги — мертвы. Проклятие дожевывает череп-оберег. А я куда опаснее, чем она думала.
Встретившись со мной взглядом старуха бессильно выдохнула и что-то выпила.
Пахнуло порченой кровью.
— Ихор, жы-жы-жы, Повели… жы-жы-жы, Мух, — усмехнулась мне мадам Женевьева, оттирая тыльной стороной ладони губы и «наливаясь» заемной силой.