Сплетение, стр. 1

Бринн Эшер

Сплетение

Художественное оформление Радия Фахрутдинова.

Леттеринг Анастасии Ивановой.

Brynne Asher

TAPPED (THE AGENTS #2)

Cover design by Bernadett Lankovits/MSB Design

* * *

Мастерам дисциплины с любовью.

Да пребудет со мной ваша сила, когда я возьмусь за следующую книгу

1. Погружение во тьму

Эви

Чувство вины – скотское чувство.

Оно обхватило мое горло липкими пальцами и выдавило все капли жизни из моей души.

Я не могу дышать.

Фигурально выражаясь.

Физически со мной все в порядке.

Я бы знала, если бы это было не так. Я же врач.

Я сделала все, чтобы оттянуть начало новой главы своей жизни. Я не хотела такой жизни для Чейза, да и для себя тоже. Но Джефф – не тот человек, за которого я выходила замуж. Больше не тот. Бывают дни, когда я смотрю ему в глаза и вижу незнакомца.

– Что у нас на ужин, мам?

Я ловлю взгляд сына в зеркале заднего вида. Все, время вышло. Откладывать нельзя.

Сегодня его отцу вручат документы о разводе. Я несколько месяцев назад просила Джеффа разъехаться, но он и слышать об этом не хотел. После разговора с адвокатом, который по совместительству является и моим братом, я поняла, что время пришло.

Джефф нажал на тормоза и добровольно никуда уходить не собирается.

Я не знаю, как отреагирует Чейз. Сын у нас умный мальчик. А еще он наполовину тиран и наполовину милашка.

Мой малыш.

Маленький мальчик, с которым его отец никогда не проводит время. Он относится к нему скорее как к неприятной, но необходимой обязанности, работе по дому, а не как к ребенку.

Вынеси мусор.

Поменяй масло в машине.

Почини фильтр в бассейне.

Люби своего сына.

Всех этих вещей мой муж, который вскоре станет бывшим, избегает как чумы.

Он предпочтет посмотреть игру с друзьями или отправиться на рыбалку на этом чертовом катере, на покупке которого он настоял, чтобы мы не отставали от семьи Джонсов.

Серьезно. Я не сменила фамилию, когда мы поженились, потому что училась в ординатуре. Да и Личфилды весьма влиятельны в Майами. Джонсы – никто в сравнении с моей семьей. Выше нас, наверное, только Глория Эстефан и Питбуль [1].

Я пропускаю его вопрос мимо ушей. После того, что Чейзу предстоит услышать, я разрешу ему съесть все, что он захочет.

– Малыш, нам нужно кое о чем поговорить. Сегодня папы не будет дома.

Я бросаю быстрый взгляд в зеркало заднего вида, чтобы увидеть реакцию Чейза. Он совсем не расстроен. Все его внимание поглощено трансформером. Он увлеченно возится с игрушкой в своем автокресле.

– Значит, можем купить куриные наггетсы по пути домой?

Я снова перевожу взгляд на автостраду, которая сегодня свободней, чем обычно. Я должна вести этот разговор с сыном вместе с Джеффом. Но нет. Муж отказывается признавать тот факт, что наш брак исчерпал себя уже довольно давно.

С меня хватит. Выхода нет. Все это разгребать придется мне самой.

Я откашливаюсь.

– Папа съезжает из нашего дома. Теперь он будет жить в другом месте, и у него будет свой дом.

Я смотрю в темные глаза сына в зеркале. Наконец мне удалось завладеть его вниманием.

– Он будет жить в другом доме?

Я киваю и так сильно сжимаю руль, что белеют костяшки пальцев. Я пытаюсь вспомнить речь, которую бесконечно повторяла про себя, готовясь к этому моменту. Я обещала себе, что не буду извиняться и врать нашему сыну. Одного человека недостаточно для того, чтобы брак «работал».

– Да, малыш. Я знаю, нам всем нужно время, чтобы привыкнуть к переменам, но с тобой все будет хорошо. Мы оба тебя любим. И это никогда не изменится.

Хотя кого я обманываю? Вряд ли Джефф вообще знает, что такое любовь. Он стал совсем другим.

В машине стоит тишина, слышен только тихий гул автострады. Я чувствую, как маленькие шестеренки крутятся в голове у Чейза. У меня в животе все скручивается от беспокойства.

– Папа Лейни с ними не живет. У нее два папы. Ее второй папа живет у нее дома, рядом с нами, но она зовет его Майк, и ей приходится ездить к папе, чтобы с ним увидеться. Именно поэтому она иногда не может вместе со мной играть.

– Да, все правильно, – киваю я. – Мама и папа Лейни развелись, и у нее отчим. Как бонусный папа.

Перед тем как сменить полосу, я снова смотрю в зеркало. Чейз не сводит с меня глаз, словно без слов требуя ответа.

– Вы с папой тоже разводитесь?

Я делаю вдох и молюсь, чтобы сказать правильные вещи.

– Да. Как родители Лейни.

Чейз снова сосредоточивает внимание на своей игрушке и молчит.

Наконец я решаю его позвать.

– Чейз?

– Да?

– С тобой все в порядке? Ты хочешь об этом поговорить? У тебя есть какие-то вопросы?

– Мне придется уезжать, чтобы встречаться с папой?

Проклятье. Именно из-за этого я и откладывала развод столько, сколько могла. Не делала большой решительный шаг. Меня буквально мутит от мысли, что Чейзу придется остаться у Джеффа одному. Сын никогда не соглашался ночевать ни у кого, кроме моих родителей. Он слишком ко мне привязан, а я никогда не принуждала его к чему-то против воли. Ну, если не считать овощей на ужин… да и в этой битве я обычно проигрываю.

– Мы решим этот вопрос, когда до него дойдет дело.

– Потому что я не хочу. – Он размахивает игрушкой и сквозь сжатые губы издает звук, напоминающий гул ракеты во время пуска. – Мы будем есть наггетсы?

Напряжение понемногу отпускает, хотя я понимаю: это только начало. До конца пути еще очень далеко, но свой материнский долг на сегодня я исполнила. У нас в запасе целое детство, чтобы поговорить. Я отведу его к психологу. Ведь терапия помогает, верно? Мне и самой она не помешала бы, хотя во всем виноват только Джефф. И главная его вина в том, что Чейз даже не расстроился. Ему все равно, что мы разводимся и папа съезжает. После такой новости его волнуют только куриные наггетсы.

– Да. Мы остановимся по пути домой и поужинаем.

– Я еще хочу мороженое! – кричит он громче, чем нужно. – И луковые колечки, и картошку фри с соусом барбекю и заправкой для салата.

Я уже собираюсь ответить, что куплю ему целый набор соусов для картошки, но мое внимание притягивает приборная доска.

Разноцветные индикаторы и сервисные лампочки мигают на панели, как гирлянды Четвертого июля [2].

К ним присоединяются звоночки и другие сигналы, предупреждающие о неисправности.

Прекрасно. Моей машине всего год, и вот – приехали. Еще одна проблема, на которую у меня просто нет времени. Настоящая метафора моей жизни: все летит под откос.

Я сворачиваю с автострады, чтобы добыть Чейзу его заветный ужин. Я сделаю что угодно, лишь бы отвлечь его от своих слов. Мы разводимся. И точка. Хотя Джефф и заявил, что костьми ляжет, но развода мне не даст.

Если бы я считала, что это имеет хоть какое-то отношение ко мне или Чейзу, или к нам, я продолжила бы борьбу за сохранение семьи. Я этим занималась два года.

Но с меня хватит.

С нашим браком покончено.

Я включаю правый поворотник и начинаю притормаживать.

Но машина почти не реагирует.

Я снова давлю на педаль.

На этот раз ответная реакция еще слабее.

Я давлю сильнее и почти вдавливаю педаль в пол.

– Проклятье. – Я быстро перестраиваюсь, чтобы не столкнуться с полуприцепом.

– Ты сказала «проклятье»! Ты всегда ругаешь папу, когда он говорит «проклятье».