Сбежавшая невеста, или Переполох в Академии Фаргис (СИ), стр. 32

— Я, пожалуй, пойду.

— И не возвращайтесь без особой надобности, Ваше Высочество. Будьте так добры.

И пусть окончание беседы оказалось далеко не вежливым, я увидел в Сноудейле более, чем достаточно. Перенос дара не состоялся, Эмброузу не нужна была лишняя магия, чтобы поддерживать и питать чужие силы. А то отчаяние, которое он маскировал враждебностью и недовольством, вряд ли можно было сыграть.

На крыльцо особняка я выскользнул, не попрощавшись, и шагнул в воронку раскрывшегося передо мной портала. Следующей в моем списке значилась Фрида Лайтфолл — потомственная провидица, поймавшая смертельное проклятие несколько лет назад. Писаная красавица и любительница пышных балов в прошлом, она уехала подальше от столицы и обосновалась на южных островах. Там, где жизнь текла неспешно и не было места для суеты.

Плащ я стянул сразу же, как только моя нога ступила на землю Аль-Амарха. Солнце припекало, ни единое облачко не проплывало по небу, ветер отсутствовал как данность, отказываясь нести долгожданную прохладу. Райские птицы самых безумных расцветок заливисто щебетали, экзотические цветы дурманили ароматом, а сочные плоды так и просились сорвать их с веток и попробовать на вкус.

Тряхнув головой, я отбросил праздные мысли и двинулся в сторону побережья. Прорицательницу я нашел рядом с простеньким бамбуковым бунгало. Она сидела на песке, подобрав многослойную юбку легкого платья и подставив обветренное лицо палящим лучам, блаженно улыбалась и, казалось, не замечала ничего вокруг.

— Доброго дня, почтенная Фрида.

— Здравствуй, мой мальчик, — благодушно поприветствовала меня Лайтфолл, перекинула косу с седыми прядями через плечо и ответила на вопрос раньше, чем я успел его задать. — Если ты за пророчеством, вынуждена тебя огорчить.

— Почему?

— Сейчас я и на четверть не так сильна, как была когда-то. Могу предсказать разве что непогоду, да неурожай.

— Не скучаете по ушедшей магии?

— Нет. Зачем страдать по тому, что нельзя вернуть? — произнесла она философски и устремила взор на океан. Такой же невозмутимый и безмятежный, как она сама.

— Рад, что вы нашли свое счастье.

— Не счастье — покой.

Поправила меня Фрида и улыбнулась уголками губ. Кивнув, я прикоснулся к кристаллу, вычеркивая очередную кандидатуру и отправляясь к следующей. Последним на сегодня я выбрал Густава Торна. Гениальный артефактор попал в лапы заговорщиков, томился в плену два года, но не поддался ни на их уговоры, ни на угрозы, за что был жестоко наказан.

В отличие от Арчибальда и Фриды, он осел в предместье столицы — в маленьком уютном домике из кирпича, который пожаловал ему император. И был единственным из троих, кому удалось полностью восстановиться.

— Дарий? Как вырос, как возмужал! Какими судьбами? Нужен амулет? На удачу, защитный, усиливающий?

— Да нет, я просто поговорить.

Румяного старичка в свободной рубахе, льняных штанах, фартуке я обнаружил с секатором в саду. Он обрезал лишние ветки черешни так дотошно и умело, что сразу чувствовалась рука мастера.

— Я к твоим услугам. Чем могу?

— Вы же хорошо знаете всех практикующих артефакторов. Мог кто-то из них создать предмет, способный вытягивать чужую магию? Поглощать ее?

— В теории — да. Но на практике… Служба твоего брата ведет строгий учет подобных изобретений. Сомневаюсь, что даже мышь могла проскочить мимо Константина.

— Вот и еще одна ниточка оборвалась, — пробормотал я едва слышно, вызвав грустный вздох у Густава.

— Прости, что ничем не смог помочь. Может быть, чаю?

— Нет, благодарю. Пора возвращаться во дворец.

Немного растеряв энтузиазм, который плескался во мне еще пару часов назад, я переместился в кабинет брата, снова завис на его карте-схеме с маячками и только спустя полчаса услышал отборную ругань в коридоре, присущую не венценосной особе, а перебравшему грога портовому грузчику.

— Ты обязан мне по гроб жизни, Дар! — воскликнул Константин, в сердцах хлопнув дверью, и распластался по креслу, как подтаявшее желе.

— Все так плохо?

— Ужасно! Это не ужин с милыми леди, а самая настоящая пытка! — продолжал разоряться мой собеседник, растирая виски пальцами, а я изо всех сил старался удержать улыбку.

— Неужели завидные невесты империи оказались не такими завидными, какими их рисовала наша любимая матушка?

— Хуже. Тереза Оже весь ужин проговорила о пеленках, грудном вскармливании и вероятности зачать близнецов.

— Валери Франс?

— Тупа, как пробка. В моем столе и то больше мозгов, чем в ее светловолосой головке.

— Присцилла Виккерс?

— Поет так дурно, что способна убить все живое в радиусе ста метров. Представляешь, она решила продемонстрировать мне свои таланты. Еле ноги унес. В общем, на твоем месте я бы выгнал их с отбора немедленно.

— Отец не позволит.

— Жаль, — произнес брат коротко и переключился на более насущную тему. — А как твои поиски?

— Впустую. Арчибальд ждет следующую жертву, потому что его идеальная теневичка сделала ручкой и сбежала. Фрида медитирует на океан. А Густав занимается садоводством и не мастерит ничего запрещенного.

— Что ж, отсутствие результата — тоже результат. Теперь в твоем списке на трех подозреваемых меньше.

— Только вот это ни на йоту не приближает меня к цели.

Глава 26 Тьма полна загадок и сюрпризов

Рея

Дело, странное с самого начала.

Дело с дырой посередине. Пончик?

— Не прикасайся к ней ради всех Святых, Мелисса! И ничего здесь не трогай, если не хочешь, чтобы и тебя высосало следом за ней! — я снова рыкнула на подругу, потому что та настойчиво зашагала вперед.

Ее тянуло к неподвижному телу, словно магнитом, так что мне пришлось схватить приятельницу за плечо и резко встряхнуть. Но мешкать было нельзя, на случай, если неуловимый убийца допустил ошибку и оставил какой-то след. Поэтому свободной рукой я уже давила на золотистого грифона на нагрудном кармане пиджака. Символ был вышит не просто для украшения, а мог экстренно вызвать куратора, чего я и добивалась.

Не успела я досчитать до тридцати, как из воронки выскочил Арт — сосредоточенный, собранный и до невозможности серьезный. Он коротко кивнул мне, мазнул взглядом по остекленевшей Лиссе и принялся сооружать защитный купол.

Второй на место происшествие прибыла Виктория. В свободной тунике, штанах-шароварах, мягких тапочках, с локонами, собранными в высокий хвост на затылке, она больше походила на нашу ровесницу, нежели на строгую преподавательницу защитных искусств. Оценив обстановку, она присоединилась к мужу и спешно вырисовывала уже знакомые мне руны в воздухе.

Последним в нашу компанию влился Мрак. В черной рубашке, расстегнутой почти до самого пояса, черных штанах, с взъерошенными волосами, которые он и не собирался приглаживать, Этьен тоже больше напоминал выпускника боевого факультета, а не умудренного опытом магистра.

— Этьен, нет! — только и успела воскликнуть Виктория, как теневик уже растворился в подернувшемся маревом пространстве. Она выдохнула обреченно и прижалась к де Бри, который погладил ее по чуть сгорбившейся спине, и твердо заключил.

— Ему срочно нужна связанная. Иначе рано или поздно он не вернется из-за грани.

На долгие десять минут в парке повисла могильная тишина. Не было слышно ни стрекота цикад, ни щебетания птиц, ни шума ветра, запутавшегося в густой зеленой листве. Только звуки нашего нестройного дыхания убеждали, что время не остановилось и продолжало течь, несмотря ни на что.

Когда я уже начала всерьез опасаться за жизнь и здоровье Фабри, он выпал неподалеку от нас, словно из ниоткуда. Упер ладони в колени и дышал так тяжело, как будто только что пробежал изнуряющий марафон. Посеревшая кожа, бисеринки пота, выступившие на висках, красноречиво свидетельствовали о том, как тяжело ему даются путешествия по изнанке мира.