"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1042
В дверь тихонечко постучали, и расслабленность и спокойствие вмиг уступили место напряжению. Лирка поспешила прикрыть окно и направилась к двери. К её громадному удивлению, в коридоре стояла прелестная молодая девушка, которая смотрела на неё широко раскрытыми глазами, в которых плескалось радостное нетерпение.
— Простите, — девушка улыбнулась, — я переживала, что вы проспите, а Мариш сказал, что вам утром на службу.
Невысокая, хрупкая, почти нереальная, как дух. Магичка поняла, что пялится на прелестную барышню слишком пристально, больше, чем это приличествует обычному женскому вниманию. И мысленно попросила Ирреса подобрать слюни. Юное создание в ответ смотрело с не меньшим интересом. Откровенно говоря, Лирка не ожидала встретить в этом доме кого-то столь обворожительного, милого и светлого. В мрачный антураж усадьбы эта девочка с длинными серебристыми локонами и прозрачными серыми глазами не вписывалась. Такая хорошенькая, беленькая, с нежными розовыми губами…
«Иррес, хватит!» — строго осадил разошедшегося духа господин Наэш.
— А… я не ложилась, — Лирка растерялась, сообразив, что перед ней, скорее всего, хозяйка дома.
Одного взгляда хватало, чтобы распознать в ней девушку благородного происхождения. Даже сейчас, в полумраке коридора и кутающаяся в серую шаль, она выглядела невозможно утончённо и казалось столь изящной, что…
«Я бы за ней ухлестнул», — благосклонно проворчал Иррес.
«Местный домоправитель оторвёт нам все лапы. Ты что, не помнишь, кто такой Мариш?»
— О, тогда вы очень устали, — лицо юной хозяйки дома озабоченно вытянулось.
Боги, да Лирка наверняка старше этой юной прелести!
— Не очень, — призналась Лирка. — Моя нынешняя служба не утомительна. Я уже хотела спускаться, только…
Она посмотрела на раскинувшегося на постели Ханёна. Госпожа Лоэзия заглянула в комнату и улыбнулась.
— Пусть спит, — девушка перешла на шёпот. — Когда проснётся, я ему всё покажу. Ему понравится. У нас очень интересно. Ох, простите, я не представилась. Лоэзия Рал Эрхендайла̀р, я жена Ёрдѐла, — миленькое личико залил смущённый румянец. — Мы… мы не так давно женаты.
Закусив губу, она бросила лучистый нежный взор в сторону, и Лирка, проследив за её взглядом, едва сдержала испуганную дрожь. У стены, сложив руки на груди, стоял высокий мужчина с тёмно-русыми, аккуратно постриженными волосами, кончиками касавшимися плеч. Брови Лирки изумлённо приподнялись: в невозмутимом лице она увидела явное сходство с Майяри, которое при первой встрече не бросилось в глаза. Брат Майяри смотрел на неё без каких-либо эмоций, черты лица словно окаменели, столь неподвижны они были. По левой скуле шла полоса голубоватой блестящей кожи, вниз вдоль уха она опускалась и растягивалась по линии нижней челюсти. На лбу над левой бровью бликом играло пятно окаменевшей кожи, а в левом глазу — хотя, может, почудилось? — будто сверкнул лиловатый осколок. Участки окаменевшей кожи тянулись по шее под ворот рубахи, густо расползались по рукам и особенно сильно покрывали ладони.
Мужчина перевёл взгляд с гостьи на жену, и, как показалось Лирке, выражение его лица ничуть не изменилось, но госпожа Лоэзия в ответ посмотрела на него с такой нежностью, словно видела что-то, чего не могла увидеть гостья.
«О боги! — потрясённо выдохнул господин Наэш. Лирке пришлось постараться, чтобы отвести взгляд уже от хозяина дома. — Я впервые вижу тёмного хаги в такой сильной стадии окаменения, но при этом в столь уравновешенном состоянии. Большинство из них в таком состоянии сходят с ума от постоянной жажды камней».
— Вы знакомы? — Лоэзия вопросительно посмотрела на Лирку, и та торопливо мотнула головой.
— Мы… виделись как-то раз, но ситуация не располагала к знакомству.
Господин Ёрдел вновь посмотрел на гостью, но в этот раз на его лице отразились хоть какие-то эмоции: брови слегка нахмурились. Видимо, он не мог вспомнить их встречу.
— Мы виделись чаще, — неожиданно заявил он.
— Милый, — Лоэзия чарующе ласково рассмеялась, — «виделись» — это когда вы оба видели друг друга, а не только ты. Я познакомлю вас. Это мой муж Ёрдел, брат Майяри, с которой вы дружите. Она много о вас рассказывала, — и, хихикнув, добавила: — И часто ругалась из-за вашего поспешного отъезда. Я очень обрадовалась, когда к нам пришёл Викан и попросил о гостеприимстве. У нас ещё ни разу не было гостей. Только с визитами.
«Немудрено, — хмыкнул Иррес. — Домоправитель и муженёк тут не очень гостеприимны».
— Ёрдел сразу согласился, — девушка с благодарностью посмотрела на мужа. — Простите, что не дождались вас. Я… — она вновь смущённо порозовела и сильнее стянула шаль на груди, — я в положении, и мне нужно хорошо спать.
Лирка мгновенно смешалась и растерянно осмотрела хрупкую фигурку. Тёмные! Чем думал господин Руахаш, когда отправлял их вместе с их проблемами в дом к беременной женщине⁈
«Бедняжка! — Иррес тут же проникся искренним сочувствием к хозяйке дома. — Несколько месяцев кошмара… Такое милое дитя и уже вынуждено проходить через жуткие испытания! Все смертные мужчины достойны быть подвешенными за яйца… И ты, Наэш, тоже».
«А ты нет?» — провокационно спросил бывший хайрен.
«Я детей никому не заделывал!» — с достоинством благочестивого мученика отозвался дух.
— Мне так жаль, что вас побеспокоили…
— Вы не побеспокоили! — госпожа Лоэзия вскинулась с таким испугом, словно забоялась, что гости сбегут. — Я так рада, что вы приехали. Вы мои первые гости, которых я принимаю в роли хозяйки дома.
«Лиркая, не думаю, что тебе стоит переживать за сохранность этого дома, — господин Наэш особенно выделил последние слова. — С таким домоправителем и таким мужем госпоже Лоэзии мало что может угрожать».
«Только скука, от которой она явно мучается», — добавил Иррес.
— Вы останетесь здесь, — подал голос господин Ёрдел. Видимо, в его исполнении это было верхом теплоты и гостеприимства, потому что его жена засияла как солнышко.
— Завтрак уже накрыт, — пропела хозяйка дома. — Только… — она растерянно посмотрела на дверь покоев, которые были отведены Онту и Мхяну, — мы не знаем, нужно ли будить господ…
Лирка тоже не знала. Ни Иррес, ни господин Наэш не помнили, когда у них смена. Необходимость отвечать отпала почти тут же.
Дверь распахнулась, и на пороге замер сонный и не очень довольный Мхян, видимо, разбуженный голосами. В одних портках замер, отчего щёки госпожи Лоэзии залил густой румянец. Увидев хозяйку дома, парень мгновенно проснулся, восхищённо распахнул глаза и оторопело раскрыл рот.
— Живо оделся как положено в приличном обществе! — сквозь зубы зарычала на него обозлённая Лирка.
Мхян испуганно поёжился и поспешил закрыть дверь.
— Простите, — магичка покаянно опустила голову, — у моего брата плохо с манерами.
— Н-ничего, — смущённо пролепетала Лоэзия, — в этом доме он не один такой.
Дом, когда по нему радостной птичкой носилась госпожа Лоэзия, превращался в довольно-таки уютное местечко. По комнатам плыл аромат свежей выпечки и душистого травяного отвара, нюха касался терпкий запах роз и прохлады, мягко расползавшейся из открытых окон по коридорам. Суетящиеся слуги при виде госпожи приостанавливались, добродушно улыбались и, уже успокоенные, продолжали свои дела: госпожа проснулась, грозный домоправитель теперь не так страшен.
В голове настойчиво теснились разные сказки, в которых главными героями были зловещий замок или дом, хороший персонаж и плохой персонаж. Но особенно настойчиво крутилось предание о стране мёртвых, где днём царствовала прекрасная и нежная богиня, а ночью — злой и жестокий бог.
В правдивом предании о доме Рал Эрхендайлар был ещё один персонаж, занимавший промежуточное положение между «тёмным богом» и «светлой богиней», — невозмутимый господин Ёрдел, которого обожала его светлая жена и с трудом переносил их зловещий домоправитель.