Князь Андер Арес 10 (СИ), стр. 17

Брат внимательно слушал, пока я не замолчал.

— То есть ты хочешь сказать, что брачный договор заключать вообще не надо?

— На мой взгляд, нет. Но решать, конечно, тебе, ты у нас за старшего. Но скажи мне… — я прищурился. — Когда ты на Веронике женился, я что-то не помню такой кипы бумаг. Наш отец разве требовал контракта? И с Аяной у Мишеля такого не было. С чего это вдруг на тебя сейчас снизошло озарение?

Сэм тяжело вздохнул.

— Да это всё после случая с дроу. Помнишь?

— Нет, — я покачал головой.

— Дело в том, что Владлен Цепеш очень… ну очень хотел женить тебя на Алесе. И его предложения были порой очень заманчивые, вот только договоры…

— Он присылал договоры? — я подался вперёд от удивления. — И я об этом узнаю только сейчас?

Сэм усмехнулся.

— Ну, ты мне сразу сказал, что жениться не собираешься, поэтому я к тебе с этой темой и не лез. Но ты бы видел, что он там писал… Первый ребёнок вам, второй — нам. Обязательное зачатие с артефактом наследования дара, — он тяжело вздохнул. — Вот я и решил сразу этот вопрос убить на корню. Прописать в нашем варианте, что в случае рождения детей, одного, двоих или десятка, все они будут носить имя рода Арес. И воспитываться будут здесь, и решения по ним будут приниматься исходя из интересов нашего рода.

Я нахмурился.

— Сэм, ты мало изучил вопрос.

— О чём ты?

— Скажи, как ты думаешь растёт ребёнок драконов? И как ты будешь его воспитывать?

Сэм задумался.

— Ну, как обычного ребёнка…

— Нет, — сказал я. — Как обычного не получится. Драконы это не эльфы, дроу или гномы. Они совершенно другие. Возьми хотя бы созревание детей. Они рождаются в драконьей ипостаси, Сэм. И так живут до четырнадцати-пятнадцати лет, до момента пробуждения искры. Ты хочешь, чтобы он рос здесь, в замке, где его никто не понимает? Где он будет чувствовать себя буквально запертым в клетке?

Брат посмотрел на свою стопку пергамента.

— Даааа, уж, — произнёс он.

— Именно, — сказал я. — Так что мне в любом случае придётся часто бывать в землях драконов. Как минимум, пока он там не повзрослеет немного.

— А если перейти в человеческую форму раньше? Можно как-то…

— Нельзя. Это их природа, не наша. — И, покрутив в руке стопку пергамента, я сказал. — Брат, кажись, ты потратил несколько дней впустую.

— Идею с именем рода и правами наследования всё равно надо будет проговорить с Нанали, — сказал Сэм.

— Это уже другой разговор, и я с ней сам это обсужу, когда придёт время. Но думаю, она не будет против, чтобы наш ребёнок носил имя древнейшего Великого рода.

— Ты уверен?

Я задумался и уклончиво ответил.

— Как только я поговорю с Нанали, сразу же тебе сообщу.

Сэм кивнул, поднимаясь.

— Только не тяни с этим. Договорились?

— Договорились.

Уходя, он бросил через плечо.

— Всё-таки в следующий раз посоветуйся сначала со мной, прежде чем делать предложение.

— В следующий раз? — я поднял бровь, чувствуя подвох.

— Да, — ответил он. — И я не говорю, что он обязательно настанет, но, чтобы я был к этому готов.

— Ты что-то имеешь против драконов? — спросил я.

— Напротив. Этот союз поднимает нас на новые высоты, но… — сделал он паузу, и когда она затянулась, я спросил.

— Сэм, говори, как есть. Неужели ты думаешь, что я не пойму.

— Хорошо, — ответил он, после чего посмотрел мне в глаза. — Я — глава рода, и слабее тебя и Мишеля. Гектор, в отличие от Бастина, не унаследует дар тени от Мишеля. У тебя ребёнок будет драконом. И всё это приводит меня к не очень приятным мыслям.

— Ты боишься, что начнётся борьба за власть? — спросил я.

— Да, — ответил Сэм.

Я подошёл к брату и, обняв его, сказал.

— Пока я жив, твоя ветвь будет оставаться главной.

Сэм посмотрел мне в глаза.

— Спасибо, брат. Честно, мне нужно было это слышать.

— Пожалуйста, — ответил я, и посмотрев на стопку пергамента добавил: — Должен же кто-нибудь заниматься делами рода и тратить время на всю эту хрень. Нет уж, избавь меня от этого!

Сэм несколько секунд смотрел на меня, а потом рассмеялся.

Поздравления с помолвкой начали прилетать почти сразу. И, что меня искренне удивило, самым первым отметился Брайн Трез. Письмо от него было написано по-простому… без аристократического лоска.

'Назначай мальчишник. Назначай пир. Выпивка с меня. Свидетелем на свадьбе буду я, и не дай тебе Арес взять кого-то другого. Обижусь смертельно.

Герцог Трез.'

Я прочитал это послание дважды и усмехнулся про себя. Надо же, как жизнь повернулась. Когда-то мы были врагами, и я наложил на него рабскую печать, под которой он остается и по сей день.

— «Интересная сложилась судьба», — подумал я.

Второе письмо было от Алесы. Дроу поздравляла меня, но ограничилась лишь дежурными фразами. Хотя чего можно было ещё ожидать.

От Пауля II пришло нечто похожее на официальное послание. Красивая бумага, государственная печать, витиеватые обороты о «радости за союзника».

А в самом конце, между парой строк о «процветании рода», читалось намёком то, что столь сильному одарённому негоже замыкаться на одной женщине.

Владлен Цепеш написал прямее. Он вообще любил говорить прямо. Суть его послания была той же, что и у Пауля, просто без витиеватости и если совсем кратко, то можно перевести послание одной фразой: «На одной жене свет клином не сошёлся».

Я дочитал второе письмо, сложил оба вместе и подвинул подальше на край стола.

В дверь постучала Мария.

— Милорд, ещё несколько писем доставили.

— Мария, — сказал я, — зайди.

Она вошла с подносом и внимательно посмотрела на меня.

— Значит так, с сегодняшнего дня письма первой просматриваешь ты. Зайдёшь к Планше, возьмёшь у него артефакт, с помощью которого будешь проверять на скрытые чары и проклятия.

— Я? — она едва заметно подняла брови.

— Да, ты. Сортируй их по принципу, если содержание касается дел рода и семьи, сразу ко мне. Если поздравления, намёки, приглашения и политические тонкости, разбирайся сама. Что сочтёшь важным, доложишь. Что нет, можешь откладывать или сразу в камин отправлять.

Мария несколько секунд смотрела на меня.

— Мария, — позвал я её, стараясь вырвать из оцепенения.

— Да, милорд?

— Ты справишься. — И тут же добавил. — Коли ты решила посвятить свою жизнь служа мне, то пора тебе расти.

Она коротко кивнула.

— Слушаюсь, милорд.

Глава 8

Нанали нашлась в малом коридоре первого этажа, а рядом стоял Планше. Он держал в руках книгу, из которой торчало несколько закладок. И Нанали очень внимательно его слушала.

— … шёлк с побережья Гвидолии обладает естественным блеском и не требует пропитки, — говорил Планше. — Но он капризен при пошиве и осыпается по краям, поэтому для его пошива требует особая игла.

— Какая? — тут же спросила Нанали.

— Из кожи морских змей. — Планше сделал паузу. — Но эльфийское кружево по качеству ничем не уступает шёлку из Гвидолии. И на мой скромный взгляд смотрится даже лучше.

Я остановился в дверях и некоторое время просто наблюдал.

Планше был управляющим замка Арес уже сорок с лишним лет. Его далёкие предки начинали службу в гвардии рода. И если записи не врали, они присягнули нам, когда Арес ещё не были изгнаны из столицы. Какой ранг у них был я не знаю, об этом не было указано, но Планше, его отец и дед уже были неодарёнными. Планше, когда мы были маленькими, рассказывал, что их глупый предок женился на неодарённой, и появившиеся дети не смогли пробудить искру. Уже тогда в наши головы вкладывали, что жениться надо только на одарённых и желательно выбирать пару с таким же, а лучше более высоким рангом.