Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ), стр. 48

И вдруг наступила тишина.

Глухая, играющая особым неповторимым контрастом после адской какофонии. Мозг отказывался понимать, что случилось, пока не осознал: тарахтение мотора сменилось лишь тихим плеском воды о борт. Мы больше не разгонялись. Нас лишь медленно, неотвратимо несло течением.

— Пглошу пглощения, но мне кажется, что мы остановились, — пробормотала Джейн, сделав слабую попытку приподнять голову.

— Нет. Движемся… Но… гх… медленно. — скрипя зубами от боли, пробормотал я, уже нащупывая рану на боку и пытаясь понять насколько всё плохо. И нихрена не понял. Вернее, понял главное: дырка есть, кровь течёт. Это плохо. Насколько плохо — пока неясно, но адская пульсация в боку обещала, что ничего хорошего.

— Гриз, тебе нужно перевязать рану. Дай посмотрю, — упрямо заговорила Ако протягивая ко мне руки.

— Позже, — отрезал я, с трудом приподнимаясь, чтобы оглядеться.

Мы почти вышли из под обстрела. Течение, наш невольный союзник, уже отнесло лодку в сторону, и теперь с причала попасть в нас было куда сложнее.

“Хоть что-то хорошее”.

Но стоило этой мысли мелькнуть, как её оборвал новый звук. Со стороны Фишки, донёсся нарастающий, агрессивный рёв другого мотора. И через несколько секунд из-за деревьев, что росли на берегу, касаясь ветвями воды, вырвалась ещё одна лодка.

На борту было трое стражей закованных в латы, вооружённых двуручными мечами и винтовками. Как вишенка на торте - Тич. Сержант стоял на самом носу, скрестив руки и ухмылялся, предвкушая лёгкую победу.

— Вот мы и встретились снова, мистер Гриз! — крикнул Тич.

Катуси чуть приподнялась, высунувшись из-за обкусаного пулями борта так, что торчали только её глаза и уши, а затем фыркнула.

— Какой мерзкий дядька! Вы знакомы?

— К сожалению. — мрачно вздохнул я и тут же раздался мягкий, но живенький голосок Лаланэт.

— Может попробовать пригласить его на свидание?

— В лучшем случае они посадят тебя в клетку, — начал я.

— В худшем высушат или вообще запытают до смерти. — закончила Ако.

— Оу… Как-то мне в последнее время не везёт с партнёрами… — грустно пробормотала медузка тыкая кончиками указательных пальчиков друг в дружку.

Между тем лодка со стражами подплыла ближе и поравнялась с нами, сохраняя небольшую дистанцию. Такую, что хер перепрыгнешь и в тоже время, если им захочется прострелить мне колено, то они это легко сделают даже не целясь.

— Мистер Гри-из! — Тич раскинул руки в театральном жесте, а его улыбка стала шире. — Давненько не виделись! Будет приятно поболтать с вами в более… интимной обстановке. Вы даже не представляете, как вас ждёт госпожа Селестия.

Двое стражей вскинули ружья. Третий, что был у руля, лишь молча наблюдал. Рука самого Тича покоилась на кобуре. Малейшее движение — и начнётся бойня. Оставалось одно: тянуть время и надеяться на чудо.

— А мне что-то не хочется, — парировал я. — Вид у твоей госпожи что-то не слишком приветливый.

— Почему же? — усмехнулся сержант. — Очень даже приветливый.

— Это потому у тебя тогда три пуговицы на рубашке оторваны? — подметил я примечательную деталь и похоже попал в точку. Видать, хорошенько его оттаскала Селестия перед тем как он запрыгнул в лодку.

Дружелюбие с лица сержанта мгновенно испарилось, сменившись выражением, будто он дерьма ложку навернул. Тич молча нагнулся, поднял с дна моток верёвки и метким броском перекинул конец к нам.

— Привязывай свою посудину и мы вас отбуксируем. На причале вас будет ждать беседа со старшим инквизитором.

— Беседа? — я усмехнулся. — По-моему, ты перепутал буквы в слове «пытки», Тич.

Сержант не стал спорить. Он плавно выхватил пистолет, а следом прозвучал короткий сухой щелчок взведённого курка.

— Как вам угодно. Тогда буксируем вас на причал, где старший инквизитор Селестия с любовью и огромным удовольствием будет вас пытать. А я, — его лицо исказила искренняя, злая усмешка, — к своему величайшему сожалению, буду только слушать ваши крики. И, будем честны… меня эта перспектива чертовски радует.

— О, извините! Простите, пожалуйста! — внезапно вклинилась Лаланэт своим мелодичным голосом. — Мистер, э-э…

— Противный дядька, — сипловато подсказала Покс со дна лодки.

— Мистер Противный Дядька!

— Заткнись, — рявкнул Тич, на мгновение переведя на неё взгляд, полный раздражения. — С вами тоже разберёмся. Особо тщательно.

— Но… но у меня есть очень важная информация! — не сдавалась Лаланэт, приподнимаясь на носочках. Наверное, чтобы казаться выше и выглядеть более значимой.

Тич вскинул бровь и уставился на медузу тяжёлым, оценивающим взглядом. Впрочем, мы все сейчас смотрели на неё.

— Что у тебя там? Говори быстро.

Лаланэт мило улыбнулась, словно ей только что сделали комплимент, и изящно указала тонким пальчиком вниз, к воде.

— Попрошу вас сейчас внимательно посмотреть сюда.

— И? — Тич бросил беглый взгляд на поверхность реки, но ничего не заметил.

Я, к слову, тоже.

— Если вы не обратили внимания, вода изменила цвет. Был изумрудный, а стал… коричневый. И ещё, видите эти маленькие лепестки, которые плывут по её поверхности будто кораблики? Это чешуя. А если мы посмотрим во-о-он туда…

Она медленно, почти театрально, подняла руку и указала вверх по течению.

Я перевёл взгляд и сперва не понял, что вижу. Вода словно кипела — пузырилась, пенилась, вздымалась буграми, разбрасывая в стороны гребни брызг. И это безумие быстро, слишком быстро неслось по реке прямо на нас.

Тич на мгновение полностью утратил к нам интерес. Прищурившись, сержант вглядывался в нарастающий хаос. Его лицо отражало попеременно недоумение, догадку и нарастающую тревогу.

— Что это? — вырвалось у него, уже без прежней самоуверенности. — Что это такое, тварь?

— Это русалки, — с прежней блаженной, безмятежной улыбкой проговорила Лаланэт. — И ламии. С очень высокой вероятностью, я бы сказала, примерно наверняка… вы все сейчас умрёте. Быстро, но тем не менее болезненно и мучительно.

— Что ты несёшь, морская поганка?! — прошипел Тич, и его пистолет, дрогнув, резко развернулся от меня к голове медузки. Но в его движении уже читалась не решимость, а паника. — Я глашатай Огненных стражей! Ни одна тварь не посмеет меня безнаказанно тронуть!

Едрить писька важная.

— Вы все мне очень понравились, — Лаланэт сложила пальцами сердечко и приложила к груди. — А потому, я подумала, что будет невежливо уйти не попрощавшись.

— Только дёрнись. — Тич погрозил пистолем.

Но зря. Медузка помахала ручкой и просто шагнула за борт.

— Удачного дня! — прозвучал весёлый голосок Лаланэт, который исчез со всплеском воды.

— Тич…

— Какого хера?! — истерично закричал сержант и пару раз выстрелил в воду. — Ещё хоть одно движение!

— Тич, — повторил я. — Давай разойдёмся миром. Ты к своим, а мы туда. — мотнул головой на противоположный берег. — У нас ещё есть время.

— ЗАТКНИСЬ! ЗАМОЛЧИ! — Его затрясло так, что ствол заплясал из стороны в сторону. Того гляди палить начнёт куда не попадя. — Бери эту чёртову верёвку и привязывай! Ещё слово — клянусь, начну убивать! По одному! Слышишь?! Ты, ушастая! Быстро взяла верёвку, если не хочешь, чтобы твоя башка разлетелась по всей лодке!

— Не трогай кролика, — голос мой стал тише и жёстче.

— ЗАХЛОПНИ ПАСТЬ, УБЛЮДОК! — прохрипел он, и вдруг резко успокоился. Это было страшнее истерики. — Считаю до трёх. Один… Два…

— Ако, — не отводя глаз от дрожащего ствола, обратился я к кролику. — Привяжи верёвку.

— Но…

— Делай.

Кролик мотнула головой, недовольно фыркнула, а затем, загнав катану в ножны, пошла к носу лодки.

— Во-о-от! Отлично! Послушная тварь. Хорошая зверушка, хе-хе. Делай, что тебе говорят и никто не пострадает. — на лице Тича появилась какая-то долбанутая улыбка. Мне кажется у него явная проблема с нервами или даже с головой. Что не удивительно с таким-то начальством.