Дым и шрам (ЛП), стр. 23
И, судя по всему, делать это придется в одиночку. Ни одного из соратников-чемпионов видно не было. Неужели они так быстро рванули на арену? Сорвались с места мгновенно? Или Врата выбросили каждого в разном месте? Как бы то ни было, вот вам и заявления Арбитра о том, что нужно работать вместе.
Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, Седрик сделал первые шаги по арене. Не успел он пройти и двадцати шагов, как из ближайшей пещеры раздалось дикое рычание. Он резко повернул голову на звук, и рука рефлекторно дернулась к мечу.
Он услышал существо прежде, чем увидел. Когти, скрипящие по камню. Хриплое дыхание, будто сдерживающее рык. Свист хвоста, рассекающего тьму.
А затем оно ступило в свет мерцающего сияния, и Седрик увидел лицо смерти.
Иссиня-черная кожа, обтягивающая скелетоподобную морду. Глаза, подобные красным углям, горящие хищной взглядом. Белые полосы пролегали по обеим сторонам спины. Оно кралось на всех четырех лапах, и из каждой подушечки торчали острые, как бритва, когти. А на кончике чешуйчатого хвоста, изгибался серповидный шип величиной больше ладони Седрика.
Суть этого испытания прояснилась мгновенно. Это была арена смерти.
Зверь подкрадывался к Седрику, скаля клыки, с которых капало что-то черное и вязкое. Сжимая меч в одной руке, другой Седрик защитно обхватил мана-тотем. Ему не хотелось рисковать и истощать тотем так рано, но он и не думал, что столкнется с тварью из четвертого круга ада в первые же пять минут пребывания в Испытании.
Возможно, Элирия была права, пытаясь помешать Кит войти. Если бы рядом был кто-то, кто ему дорог, или кого ему поручили защищать, как, похоже, было в случае с той парочкой фейри, — он точно не хотел бы, чтобы они с этим столкнулись.
И уж тем более он не хотел бы, чтобы они столкнулись с этим без магии. Со вспышкой паники Седрик понял, что именно в таком положении он и оказался. Быстрый взгляд на тотем показал: мана внутри есть. Изумруд, вправленный в камень, все еще светился.
Вот только дотянуться до нее он не мог. Не мог дотронуться.
Седрик готов был поклясться, что услышал, как тварь фыркнула от удовольствия, когда до него дошла эта мысль.
Он не мог использовать здесь магию.
Зверь обратился в тень, когда рванул вперед. Седрик вскинул меч, загребая широкую дугу, которая задела кожаную шкуру твари. С воплем боли та повалилась набок, но мгновение спустя снова вскочила на ноги, сузив угли глаз. Седрик встал в защитную стойку, наставив острие меча на пульсирующую жилу на шее зверя.
Тварь прыгнула.
Когти-ножи столкнулись с мечом Седрика, выбив его из рук. Сила удара отбросила его назад. Он рухнул на спину. Болезненный стон вырвался из легких, когда тяжелые лапы твари надавили на нагрудник, прижимая его с разрушительной силой. Когти заскрежетали по доспехам. Вонючее дыхание обдало лицо, когда монстр наклонился ближе, обнажив клыки.
Неверие захлестнуло разум Седрика. Он отказывался верить, что все закончится именно так. Пальцы судорожно зашарили по боку, слепо ища кинжал на поясе. Наконец они коснулись прохладного металла рукояти. Искра триумфа вспыхнула в груди Седрика…
И в этот момент тварь рухнула на него. И больше не шевелилась.
Кряхтя, Седрик извивался под тяжестью монстра, пока не набрал достаточно инерции, чтобы сбросить тушу. Брови его взлетели вверх, когда он понял: в бок твари был вогнан чужой меч. Пара поношенных черных сапог ступила в поле его зрения. Взгляд скользнул выше: багровая кожа, кожаная кираса, которая была слегка великовата, и пара коротких рогов, наполовину скрытых под гладкими черными волосами.
Один из чемпионов-ноктеррианцев, Диссидуа Пир.
— Благодарю, — тяжело дыша, Седрик поднялся на ноги, не сводя глаз с поверженного зверя, пока подбирал меч. Он повернулся к Диссидуа, протягивая руку в знак благодарности.
Ноктеррианец смерил ладонь Седрика взглядом, вытирая черную кровь с клинка о тушу твари:
— Оставь себе.
Седрик едва успел среагировать: клинок Диссидуа уже летел в него. Он вскинул меч в самый последний момент, блокируя удар.
— Ты что делаешь?!
— А на что это похоже, человек?
Седрик сжал зубы, вкладывая вес в меч и отталкивая Диссидуа. Вот вам и единство. Недолго же оно продержалось.
Ноктеррианец издал раздраженный звук, снова закручивая меч для очередного удара.
На этот раз готовый к этому, Седрик легко парировал.
— Я тебе не враг здесь!
— Ты мне враг повсюду!
Еще один удар, еще один звон стали о сталь. Вот только теперь в другой руке ноктеррианца появился длинный кинжал; скрестив его с мечом крест-накрест, он навалился на Седрика. Седрик выругался, почувствовав, как задрожало колено. Он все еще не оправился после того, как его прижала та тварь. Но он знал: если позволит Диссидуа поставить себя на колени, все кончено.
Собрав последние остатки сил, Седрик уперся пяткой в землю и толкнул. Диссидуа пришлось отступить на несколько шагов.
Вряд ли это можно было назвать передышкой. Прошли считанные секунды, и Диссидуа снова рванул на Седрика — быстро, свирепо, словно волк на добычу.
Седрик блокировал один неистовый удар за другим, мышцы кричали от напряжения.
— Зачем ты это делаешь?! Спасал меня только для того, чтобы убить?! Это безумие! — крикнул он.
Багровые губы Диссидуа искривились в злой улыбке, когда он отступил:
— Ты ошибаешься, — выплюнул ноктеррианец. — Я тебя не спасал. Я забрал твою добычу. Теперь я прибавлю тебя к своему счету и срублю еще одного чемпиона, стоящего между мной и наградой.
— Еще одного? — Седрик держал меч поднят, острие указывало в горло ноктеррианца. — Это не такого рода турнир!
— Разве? Только один из нас уйдет с силой короны. Ты правда думаешь, будто мы будем держаться за ручки и вальсировать сквозь Испытания?! Ноктис меня упаси, люди еще тупее, чем я думал!
— И все же не я затеваю бессмысленные драки с соратниками-чемпионами, — Седрик сжал зубы. — Я не хочу причинять тебе вред.
Диссидуа фыркнул, рванув вперед с поднятым оружием, целясь в незащищенное место над нагрудником, где шея сходилась с плечом. Губы ноктеррианца изогнулись — Седрик был уверен, что на языке крутится очередная ядовитая колкость.
Но узнать это ему было не судьба.
Дикий рык стал единственным предупреждением: из тени выскочила еще одна тень — второй зверь, чуть меньше первого, но такой же свирепый. Такой же смертоносный. Он рухнул на Диссидуа; тот закричал, когда когти разорвали его кожаные доспехи, словно бумагу.
Седрик колебался меньше доли секунды, обрушивая меч на новую тварь, чей кожаный бок налился зеленым в свете сияния. Несмотря ни на что, он не мог просто бросить ноктеррианца умирать.
Рев зверя был леденящим, когда меч Седрика достал его; шипастый хвост забился, глаза дико завращались в поисках источника боли. Тварь извернулась в воздухе и ловко приземлилась слева от Седрика. Он приготовился к новому замаху, но монстр с воплем унесся прочь.
Воздух напитался запахом и вкусом меди, когда Седрик сделал несколько жадных вдохов. Тошнотворный хрип заполнил тишину. Он глянул вниз на распростертое тело Диссидуа Пира: руки сжимали разорванное горло, откуда рекой хлестала темно-бордовая кровь. Глаза ноктеррианца застыли в ужасе и боли, когда он испустил последний влажный вздох.
Седрик убрал меч в ножны, руки дрожали. Сердце бешеным ритмом стучало под доспехами.
Все было так бессмысленно. Если бы Диссидуа не тратил время на драку с Седриком, он никогда не попался бы врасплох второй тварью. Не то чтобы Седрику нравилось решение Арбитра. Он вовсе не желал быть вынужденным работать с арканийцами. Но он уж точно не видел смысла в том, чтобы убивать друг друга.
Не тогда, когда было очевидно: Испытания сделают это за них.
Пронзительный крик разорвал воздух. Седрик ринулся вниз по глинистому склону на звук, адреналин бурлил в венах. Он находился недалеко от арки, но игнорировать зов о помощи не мог.