Статус: До сих пор Клинок Системы (СИ), стр. 9

Он обвёл нашу компанию глазами и поморщился, не считая нужным скрывать, что общество смертных — да ещё и не эльфов — его утомляет. Эльфийский нарциссизм в чистейшей концентрации. Ещё и замешенный на расизме… Интересно, все древние боги такие или нам просто везёт на коллекционные экземпляры?

— Впрочем, путь ты проделал достойный, и ты прошёл испытание купели. — Далинь повёл рукой, и в воздухе перед Имирэном повис хрустальный флакон с жидкостью цвета рассветного неба. — Вот тебе, корневой эльф, от меня скромный дар. И до свидания.

Он оттолкнулся от травы и поплыл вверх, к кронам, не взглянув больше ни на кого из нас. Ни кивка Мире, ни слова Тарну, хозяину рощи, где он только что копался в чужой душе. Силуэт с рогами растворился в вечернем небе, и над поляной повисла душная тишина. Даже Алиса притихла и, к удивлению, ничего не жевала.

— Он всегда такой был, — вздохнула Мира и развела руками. — Резкий и злопамятный. До сих пор не простил гномьих богов и их шуточки… Хотя бы подарок оставил.

Имирэн осторожно перехватил флакон и поднёс к глазам. Жидкость внутри переливалась и тихонько светилась, подкрашивая его пальцы розовым.

— Не ожидал такой щедрости после такой реакции. — Он повертел подарок и, недолго думая, выдернул пробку и выпил содержимое одним глотком.

— Эй, а вдруг это яд обиженного бога? — не выдержал я.

— Это божья роса, — прикрыл Имирэн глаза, прислушиваясь к себе, и по его коже пробежала волна красных и синих искр магии. — Она невероятно редкая. Её даруют наследникам короля, когда те достигают совершеннолетия, а затем ещё раз, когда восходят на трон. Поднимает физические и магические показатели тела на двадцать процентов.

— На двадцать и навсегда? — уточнил я и увидел кивок. — Да, солидно.

Я подошёл и хлопнул его по плечу:

— Не расстраивайся. Этот олень нам явно не подходит. Найдём тебе другого бога. Ты же теперь как горячий пирожочек, невероятно желанный, да, Алиса?

— Ты зачем, искуситель, про еду напомнил⁈ — фыркнула она в ответ.

Имирэн повернулся к Мире и с надеждой посмотрел на богиню. Но та замахала руками раньше, чем он открыл рот:

— Даже не смотри на меня так! У меня нет никакого желания в ближайшие пару тысяч лет покидать эльфийские леса. Даже частичкой души в теле аватара. Я своё по чужим краям отстранствовала, спасибо.

— Ну вот… — вздохнул Имирэн с показной скорбью. — Один бог нос воротит, вторая домоседка… Не очень сладкий-то, как оказалось, пирожочек.

— Да ты не переживай. По миру полазаем, я, может, кого из старых знакомых встречу — мигом договоримся. Ну, или драться придётся… Тут уж как повезёт. Смотря на кого нарвёмся. — Алиса похлопала его по локтю: выше она не дотягивалась, если не прыгать.

— Всё, приём гостей закончился, возвращаемся за работу! — прорычал Тарн, давая понять, что и нам желательно поскорее свалить из его дома.

Тарн взялся распаковывать ящики, и следующие пару часов мы с ним наносили руны по выверенной им технологии и определённой мною последовательности. Точнее, наносил он, а я подавал инструмент, светил магическим огоньком и выслушивал ворчание о молодёжи, которая лезет к кельдарским технологиям, не выучив даже основ рунной грамматики. Спорить я не пытался: у друида в руках был резец и скверное настроение в душе, а у меня — семья и планы на будущее.

— Слушай, а заведи себе инкубатор для куриц, — предложил я, подавая ему очередной инструмент. — У тебя тут слишком пусто и грустно. А так и живность под боком, и склады припасами пополнишь. Доставку через врата организуем.

— Ага, сейчас, — фыркнул Тарн, не отрываясь от камня. — Заведу птицу, и вы, проглоты, у меня гарантированно пропишетесь. Да и на корме я разорюсь: вокруг ни одной настоящей травинки, всё иллюзия. Куда ни плюнь — морок. А морок в суп не покрошишь.

Возмущался он, к слову, зря: рука его дрогнула и свежая руна смазалась. Зашлифовывать пришлось мне, попутно выслушивая, что в порче имущества виноваты исключительно мои гениальные хозяйственные идеи.

Когда последняя руна на опорном сегменте налилась тусклым светом, настала моя очередь. Арку требовалось напитать маной до стабильной связи с сёстрами в Крево, и я приложил обе ладони к холодному камню. Маношар выплыл из-за моего плеча, кружа и переливаясь от молочного к голубому, и я потянул из него запас, как только мои собственные резервы наполовину опустели. Переливал долго, вливая тысячи единиц маны в жадную кельдарскую глотку.

Врата и маноприёмник казались бездонными… Камень пил и пил, руны разгорались одна за другой неприлично медленно, и шар, летающий вокруг меня, шустро бледнел.

Я уже прикидывал, впишусь ли за один раз в предельный объём или нет, ведь какая-то часть ещё и мимо портала разлеталась… Это у нас не оптоволоконный кабель. Тут потери магические имеются.

Когда арка, наконец, загудела, воздух внутри полукруга подёрнулся знакомой рябью. В шаре к этому моменту плескалось на донышке. Дай бог, на пару приличных заклинаний хватит.

Дорогое удовольствие эти кельдарские технологии… Причём во всех смыслах.

Повезло, что маноприёмники, которые я купил, вмещали по десять тысяч единиц маны, а не по пять, как у нашего инженера-самоучки Зиркса. Видать, он где-то при создании накосячил. Будь у меня пятитысячные, пришлось бы два маноприёмника пришлёпать, чтобы накопить достаточно маны для стабильной связи с дальней парой врат. И ведь ещё за перемещение она расходоваться будет. Надеюсь, мы всем скопом за раз проскочим. А то столько маны копить — процесс не самый быстрый.

[Связь с вратами сети установлена. Стабильность канала: 100%.]

— Держится как надо. Видать, не накосячили мы с рунами. Даже не ожидал, что с первого раза получится… — Тарн обошёл арку по кругу, придирчиво щурясь на каждую руну. — А точно до нужного портала достанет?

— Не достанет — придётся ещё один маноприёмник брать либо ставить ещё одни врата где-то на полпути, чтобы сократить расходы и двигаться цепочкой порталов, — поразмышлял я над вариантами решения потенциальной проблемы. У меня так-то и врата запасные есть, и парочка маноприёмников имеется. — Обещаю, в будущем мы к тебе без еды не сунемся.

Мы пожали руки друг другу и стали собираться. Я от всей души поблагодарил старого ворчуна. Всё же он очень многое сделал для нас, причём совершенно бескорыстно.

— Спасибо тебе за всё. За Имирэна — отдельный поклон.

— Имирэна благодари. Он сам через всё прошёл. Я только двери открыл, — покосился друид на корневого эльфа и добавил вполголоса: — Хороший вышел. Получше многих, кого я знал. А гномий дух в сердцевине — это не изъян, что бы там ни шелестело его рогатое Старейшинство.

Мира обняла каждого из нас по очереди, а Алиса на прощание получила от богини света маленький свёрток «на десерт» и тут же спрятала его в моей Длани.

— Ну что, по домам? — повернулся я к своей компании. — Алиса, ты же не собираешь своим ходом?

— Ещё чего. Через твою душу комфортнее все эти пространственные турбулентности проходить. Да и время отдыхать. Устала я за вами следить… — Она шагнула ко мне и растворилась золотистыми искрами.

Я кивнул Тарну с Мирой напоследок и шагнул в рябь первым. Внутри меня встретила бархатная чернота, а в ней — два пятна света, и оба тянули к себе с одинаковой настойчивостью. Сеть из трёх врат, и каждая метка — это чей-то выход. Я вынырнул обратно на поляну, чем заметно озадачил провожающих.

— Забыл что-то? — вскинула брови Маша.

— Предупреждаю на берегу: внутри будет две метки, все тянемся к левой, чтобы не разбрестись по разным выходам.

Я шагнул обратно, потянулся к левому пятну, и оно послушно двинулось навстречу, увеличиваясь в размерах. Лёгкое головокружение, и я ощутил ногами каменный пол подвала нашей резиденции. Угадал с точкой!

Следом из ряби вышла Маша, за ней — Имирэн, пригибая голову. Отлично! Маны хватило, и мы все преодолели за считаные секунды больше тысячи километров.

Темнота, запах машинного масла от разобранных механических стражей вдоль стены и знакомый скрип шестерёнок.