Статус: До сих пор Клинок Системы (СИ), стр. 10

— Стой, кто ходит! — проскрежетало из угла, и нам в лица уставился фонарь паука-часового. — А, босс! Живой вернулся! А… вы как сюда забралися? Кстати, ты туда не ступай, ты сюда ступай, а то ловушка защитный по башка попадёт — совсем мёртвый будешь.

— Здравствуй, Зиркс… — Я аккуратно шагнул в безопасную область и осмотрелся. — Как твоё железное воинство?

— Трое уж на ходу. Ещё купили большой лот хлама Часовых, делаю другие штуковины защитные. Граф говорит их потом продать за большие деньги, а мне жалко… Такая красота! — Гремлин выпрямился и постучал механической рукой по корпусу ближайшего стража, после чего его фонарь упёрся в Имирэна. — А это кто с вами? Машу знаю, гору не знаю.

— Это Имирэн.

Фонарь паука обшарил эльфа сверху донизу, и Зиркс недоверчиво прищурился:

— Не похож… Имирэн худой был. А этот как гора. Орки скромнее выглядят.

— И всё же это я, — ответил наш утончённый громила.

— Голос похожий… Уши длинный, лук за спиной… Ты правда Имирэн? — уточнил гремлин, и тот кивнул, а я подтвердил его слова, как и Маша.

— Это что же вы с ним такое сделали? Бедный эльф…

— Не бедный, а везучий. Это называется благословение и перерождение. Он теперь не просто эльф, а суперэльф. Корневой, что бы это ни значило, — поправил я.

— Корневой… Кстати, Имирэн, подай вон тот привод шестилапый. Он тоже корневым зовётся и весит полтонны. Сам его не перетащу.

Эльф напрягся, на мышцах проступили вены. Он оторвал деталь от земли и перенёс поближе к гремлину, аккуратно поставил на металлический стол, что сразу же заскрипел от напряжения, а по всей резиденции прокатился грохот перестановки.

После этого мы двинулись наверх и мгновенно оказались посреди первозданного хаоса. Повсюду хлопали двери, что-то гремело и перекатывалось, сквозь перекрытия доносился многоголосый гомон. Похоже, резиденция стояла на ушах, и мы поднялись из подвала прямо в эпицентр сборов. На нас даже не сразу обратили внимание.

Через окно глянул во двор, что напоминал муравейник. Гоблины цепочкой таскали тюки к павозу, и по тому, как просел его борт, я прикинул, что груза там явно больше, чем просто для путешествия туда и обратно. Судя по всему, Граф собирается хорошенько поторговаться, как обычно.

Вася сидел на крыльце в обнимку с ящиком глиняных горшков и пересчитывал их, шевеля губами. Надеюсь, это горшочки с чем-то вкусным, а не с его новой формулой пороха, которая может шандарахнуть в пути и разнести всё в радиусе полукилометра… С его алхимией заранее не угадаешь, какими будут последствия.

Ратмир гонял своих дружинников вдоль строя варгов, проверяя упряжь, и звери стояли смирно. Даже они к дисциплине капитана относились с уважением. А над всем этим разносился голос Графа, который с башенки крыльца дирижировал погрузкой, сверяясь со свитком длиной в собственный рост.

— Десятый тюк к борту, я сказал! К борту! Провизия отдельно от алхимии! Мы это уже проходили! У меня до сих пор изжога от того рагу…

Первой нас заметила Малышка. Волна радостного воя прокатилась по двору, и на меня обрушился целый выводок: пять хвостатых снарядов и мамаша следом. Я присел и принял удар, потрепал всех по загривкам разом. Благо щенки рядом со мной моментально успокоились и развалились кверху пузом.

— Командир здесь! Вернулись! — Граф скатился с крыльца, на ходу сворачивая свиток. — Как же вовремя! Мы завтра с утра выезжаем. Я уже думал, как объяснять на отборе ваше отсутствие!

Деловой какой, сразу за дела болтать начал… Даже рюмки чаю не налил мне.

— Я обещал успеть, и я успел! — Мы обнялись, и я оглядел двор. — Ну, рассказывай. Как вы тут без нас? Все целы?

— Целы, скучали и пахали. Брячедум наделал клинков по контракту, Герда закрыла свой квест, поучаствовав в двух городских турнирах. Джованни… — Граф осёкся и уставился за моё плечо. Во дворе один за другим стихали все звуки, даже гоблины замерли с тюками в руках. — Командир, а это кто с вами?

Я обернулся следом за его взглядом. Имирэн как раз выбрался из дверей, расправил плечи и улыбнулся во все тридцать два зуба. Двор смотрел на него в гробовом молчании. Герда на стене медленно потянулась к оружию.

— Спокойно, это Имирэн! — поднял я руку. — Наш Имирэн. Он немного… подрос.

— Немного⁈ — Вася выронил горшок и поймал его у самой земли. — Да я таких немного даже среди орков не видел!..

— Привет, друзья, — помахал Имирэн ладонью. — Это правда я. Вася, ты мне триста талантов должен за специи, могу освежить детали спора.

— Он! — выдохнул Вася с облегчением и тут же скис: — Верну я, верну… Сейчас всё вложил в новую партию… Алхимия — дорогая наука, знаешь ли.

Народ начал подтягиваться, окружая эльфа и тыкая в него пальцами с расспросами. Мэд обошёл его кругом, принюхиваясь, и вынес вердикт, что запах прежний, а значит, внутри тот же Имирэн, сколько бы мяса на него ни намотали.

Лиза ахала и дёргала Графа за рукав, выпытывая, не желает ли он съездить к эльфам на недельку, чтобы тоже быть вот как он… Тобиас заметил, что таких эльфов даже он не видел за долгие годы плена. Герда спустилась со стены, ткнула «мясную гору», как она сама выразилась, кулаком в плечо и вполголоса потребовала подробностей нашего путешествия.

Джованни выбрался из своей лаборатории на шум с ящиком склянок в руках и молча вручил его мне. Дорожный набор зелий, подписанный его аккуратным почерком, ещё и с пометками на крышках, что пить при отравлении, что при кишечном расстройстве, а что от похмелья. Подозреваю, последняя графа добавлена специально для гнома…

Но всех затмил Брячедум. Гном вылетел из кузницы на шум, затормозил в пяти шагах от Имирэна, обронил молот и пошёл вокруг эльфа кругами, ощупывая его с головы до ног так, словно он себе лошадь решил прикупить выставочную.

— Вот это скала… — бормотал он с придыханием. — Вот это гора! Ты глянь, какая спина! Какие плечи! Слышь, остроухий, а ну — напряги!

Имирэн со вздохом напряг руку, и Брячедум повис на его предплечье, поджав ноги. Рука не шелохнулась.

— Решено! — гном спрыгнул и хлопнул в ладони. — Такого я себе в кузню пущу! Будешь мне заготовки подносить, а то я уже замотался таскать их сам. У меня от чушек спина гудит, а тебе вместо разминки!

— А оплата? — скрестил Имирэн руки на груди. — Я, вообще-то, страж и воин, а не носильщик.

— Если не с кем воевать, то за что оплату харчами получать? Или ты с таким телосложением собрался на траве и салатах сидеть? Жрать тоже надо заслужить. Вот у меня и послужишь, а я накормлю, идёт?

— У меня и свои деньги есть. Ноги моей в вонючей кузнице не будет, — отвернулся эльф и получил с носка по коленке, после чего взвыл и схватился за ногу.

— Может, передумаешь? По-хорошему прошу, падла длинноухая.

— Да я тебя наковальней раздавлю!

— Для этого сперва в кузницу войти надо. Сейчас проверим, чего твоё слово стоит! — сорвался в кузницу Бряч, и эльф рванул за ним, поведясь на провокацию.

Двор наполнился хохотом, и напряжение последних недель смыло этим начисто. Меня хлопали по плечам, расспрашивали наперебой, как дела и чего я достиг, всё ли в порядке, и я отвечал, что всё прекрасно, что расскажу за ужином, что нет, хвост у Алисы не отвалился — она просто отдыхает. И посреди этого гомона я поднял глаза и встретился взглядом с отцом. Он стоял у дверей мастерской, вытирая руки от чернил, и смотрел на меня с улыбкой на лице.

— Собирайтесь дальше. А все вопросы вот Маше можете задать. Она побольше моего знает!

Я подошёл к отцу и крепко обнял его.

— Ну как ты? — поинтересовался он.

— Да всё в порядке, как видишь. Жив, цел, орёл.

— Ну и хорошо… Есть какие-то новости про Лею?

— Да, новости есть… — Я выждал пару секунд и с улыбкой сказал: — Она вернулась на Землю.

Пару мгновений отец стоял неподвижно, а потом сгрёб меня в объятия так, что хрустнули позвонки.

— Пойдём, — кивнул он на мастерскую. — Поговорим там с глазу на глаз.

В мастерской пахло чернилами и стружкой, на столе лежали чертежи с аккуратными расчётами на полях. Отец сдвинул бумаги в сторону, усадил меня напротив и потребовал рассказать с самого начала и максимально подробно. Он-то знает, что его сын половину опасностей считает не стоящими упоминания…