Статус: До сих пор Клинок Системы (СИ), стр. 33

Следующая минута стала самой быстрой и хаотичной в этом бою. Я сожрал разом несколько зелий маны, пытаясь хоть как-то поддержать стремительно утекающий из Маношара запас магических сил. Я атаковал со всех направлений, перетекая из стихии в стихию. Дир не успевал отслеживать мои перемещения и пропускал удары, но дарованный щит по-прежнему гасил большую часть урона.

Моя магия причиняла Диру неудобства, оставляла ожоги и порезы, но не могла пробить эту золотую преграду настолько, чтобы нанести решающий урон. Сила орочьего бога нивелировала всё, что я вкладывал в стихийные атаки, а опыта работы с новыми возможностями мне сильно не хватало. Половина трансформаций обрывалась раньше времени, треть ударов приходилась мимо цели, потому что я не мог точно рассчитать траекторию после перехода из одной стихийной формы в другую. И вот мана опустилась до критически низких значений…

Так мне его не победить… И как же не хочется тратить Эфир, но, видимо, придётся…

Я перестал метаться по арене и перешёл в ближний бой, разогнанный за время дуэли своими особенностями, вплавленными в саму суть Клинка Системы. Характеристики росли: я стал быстрее и сильнее, видел взмахи секиры и успевал делать всё, что спасало мою жизнь от этого налившегося божественностью оружия орка.

Три капли Эфира. Я направил их в «Эхо» вместе с Энтропией пустоты. И на неё ушло всё, что было в моём манорезерве…

Клинок посерел, словно выцвели все краски, кроме зелёного. Эфир и пустота сплелись во что-то новое, и по лезвию побежали серебристо-зелёные прожилки; воздух вокруг клинка не дрожал, а проваливался внутрь, будто пространство безжалостно вырезалось из этого мира. Ощущение в руке изменилось: меч стал не просто легче, он словно исчез из этого мира. Но куда чудовищней было то чувство бесконечного голода, что прошило мою руку и ударило по сознанию.

Дир замахнулся секирой, и я нырнул под удар, пропуская лезвие над головой. Вложил всё, что осталось, в один укол и вогнал «Эхо» в грудной доспех Дира.

Золотой щит встретил клинок привычным свечением и попытался погасить удар. Но пустота, сплетённая с Эфиром, не подчиняется законам магии. И не только магии…

То, что она сделала, мне сложно объяснить… Она словно начала пожирать божественность и подпитывать силу своей атаки ею. Я ощутил чужую панику и ужас, а следом была пожрана та нить связи, что объединяла Дира и его покровителя.

Серые трещины побежали по золотому свечению, расползаясь от точки удара по всему телу Дира. Глаз на лбу орка треснул, и золото полилось из него, словно кровь, заливая лицо Дира. Бог покинул Дира, и сияние защиты погасло. Не знаю, мой удар выбросил божество прочь или он просто сам сбежал, не желая тратить божественность и рисковать в битве своей сутью… В любом случае руны на броне погасли, металлический доспех с лязгом начал обратную трансформацию в кожаный.

Дир покачнулся, глаза потеряли фокус, руки опустились, секира повисла, едва удерживаемая ослабевшими пальцами. Тело ещё помнило силу бога и не понимало, куда она делась.

Я был не лучше, чем Дир. Но хотя бы не опустошён внезапным разрывом связи с божеством. Мана на нуле. Но у меня всё ещё есть сила, что поднимет мой клинок вверх, и Эфир, что вольётся в меч, чтобы обрушить на царя орков могучую силу защитника Домена, как он сам меня назвал. Пусть эта капля Эфира станет финальной точкой в нашем турнире и покажет всем оркам, что мы, люди, тоже чего-то стоим и нас нужно уважать.

Удар меча обрушился на голову еле шевелящегося Дира, зелёное пламя окутало его тело целиком, пожирая останки, и, словно знамя, продемонстрировало всем, кто здесь победитель.

Куб не дал насладиться сладостью победы: выбросил нас обоих на арену, здоровых и целых, без единой раны на теле. Но этого нельзя было сказать о наших душах…

Восемьдесят тысяч зрителей замерли, переваривая увиденное, и лишь спустя несколько мгновений людская трибуна взорвалась рёвом.

Я протянул Диру руку. Он посмотрел на неё, хмыкнул, поднялся сам, стараясь сохранить достоинство, коротко кивнул и отправился к трибунам.

Толпа же скандировала моё имя и бросала на арену венки из цветов, таланты, и, кажется, даже чьё-то бельё мелькнуло на секунду. Надеюсь, Алиса этого не увидела, а то она ночью кому-то это куда-нибудь да запихает… Или Машу подговорит, так как сама не может марать руки о смертных…

Я стоял, принимая триумф, и кланялся толпе, мысленно благодаря Дира за столь ценный урок. Загнав меня в ловушку, он позволил найти новые, до сих пор неизвестные грани той силы, что плещется внутри меня.

Глава 14

Таверна Дешама оказалась выбрана по воле случая и Алисы, которую привлекли доносящиеся из кухни запахи. Хозяин лично проводил нас в отдельный зал на втором этаже, расставил кружки и ушёл, прикрыв за собой дверь. Внизу, в общем зале, гудели солдаты гарнизона, празднующие окончание турнира третий вечер подряд, но их голоса были значительно приглушены. Очень даже удачное место для разговора без лишних ушей.

Сегодня где я только я не был… Весь день провёл на ногах: то встречи с командирами подразделений, что просили поделиться мудростью, то короткие переговоры с орочьими делегатами… Ничего героического и ничего интересного лично для меня в этом не было, но, раз уж я застрял в городе и мне скучно, значит, надо хоть чем-то себя занять. Вот Болдур и подсуетился, направил меня налаживать связи между людьми и орками.

Отец устроился напротив и привычно сцепил пальцы в ожидании официанта. Как только тот появился, отец, не открывая меню, заказал местное вино и сырную тарелку. Я же просто хотел утолить жажду, поэтому попросил кваса. Внимание официанта перешло на Алису. Она размяла пальцы, хрустя хрящиками, и, открыв меню, набрала полную грудь воздуха перед заказом.

— Основной документ уже подписан, недолго осталось, — словно прочитав мои мысли, произнёс отец, отвечая на самый важный из вопросов. — Название мне, правда, не нравится… «Античасовые». Оборонительный пакт между Советом Архонтов и царством Дира. Наказание нарушителю гарантировано Системой… Как и вступление в войну с Часовыми в случае набегов с их стороны на орков… Их давно не было видно и слышно, но, судя по последнему разговору на эту тему с Диром, это пугает ещё больше. Сколько они там механизмов своих построили — непонятно. А вот число приграничных крепостей у них растёт как на дрожжах, исследования странные ведут… Какие, правда, он так и не сказал. Ну да ладно… — махнул отец рукой и принял принесённый бокал и сырную тарелку.

Я задумчиво кивал, размышляя о переменах, что мы своими силами осуществили на северной границе Домена. У нас появился полноценный оборонительный союз с орками! Многие моменты этого союза, конечно, смущают, но сам факт — мы перестали быть данниками и можем рассчитывать на полноценные дипломатические контакты, торговлю и… А что там вообще нам гарантировано?

— Пап, а что, кроме гарантий о ненападении и совместных боёв против Часовых, предполагает этот союз?

— Там многое ещё предстоит решить, но кое-что мы уже согласовали и подписали. Например, права и полномочия авантюристов и спецпредставителей расширены, — продолжил он, массажируя пальцы. — Наши люди получают право действовать на орочьих территориях, а они — на наших. Розыск и задержание агентов Лиги Теней тоже согласованы. Дир оказался на удивление сговорчив в этом вопросе.

Это, пожалуй, самый полезный пункт из всех. Лига Теней ползает по всем государствам и прячется в тенях. Не хотелось бы бросать погоню из-за того, что они свалили на территорию соседнего государства.

Сбоку от нас в этот момент Алиса зачитывала одно название за другим из меню. Официант даже записывать перестал. Проще было указать, какие блюда ей точно не нужны.

— Мне вот это, и это, и вот этот пункт — по три блюда, а все остальные — по пять. И побыстрее, пожалуйста.

Официант замер с блокнотом в руках и уставился на неё, пытаясь понять, не шутит ли она.