Алхимик (СИ), стр. 55

Кардыш не выдержал, отшатнулся, посмотрел на меня безумным взглядом.

— Ученик Лай! — прозвучал холодный голос. — Что здесь происходит?

Я отвёл взгляд от Кардыша, посмотрел в небо.

— Почтенный Мирий! — склонился я. — Не понимаю вопроса. Вроде бы почтенный Кардыш пришёл описать те ингредиенты, которые мы подготовили.

— Тогда почему он трясётся от страха? — спросил Мирий так же холодно.

— Не могу знать, почтенный. Быть может, у него совесть нечиста?

— Как тебя понимать?

— Это просто слова, почтенный. Я не хотел никого оскорбить.

— Ты играешь с моим терпением, — сказал он строго. — Кардыш, а ты что здесь устроил?

— Почтенный? — отмер Кардыш. — Как вас понимать?

— Что Лай делает в окружении твоих учеников? Или я что-то пропустил и теперь Лай тоже твой личный ученик?

— Упаси Река от такого ученика! — вернулся Кардыш на привычную колею. — Кто захочет связываться с этим…

Он явно хотел сказать что-то более резкое, но осёкся, покосился на меня, решил промолчать.

— Принимай ингредиенты и потрудись обеспечить достойное проведение отборочных испытаний, — сказал Мирий, и на этот раз в его голосе послышалась угроза. — А ты, ученик Лай, веди себя скромнее и не оскорбляй всех встречных.

— Буду стараться, почтенный, — склонился я ещё разок.

«Как смешно за тобой наблюдать, — где-то внутри меня веселился бинхуа. — И как быстро ты вошёл во вкус, отказался от всех идеалов. Бинхуэм тысячи лет оттачивали клановую систему подготовки, но у них всё равно то и дело появляются нежные души, вроде Алии и твоей мамочки, которые готовы предать семью ради непонятных идеалов… А ты, кого воспитывали добряком… Надо будет потом подкинуть старейшинам идею отправлять наследников в большой мир, чтобы сама жизнь научила их, как всё устроено», — чуть ли не хохотал бинхуа.

«В чём моя мать была неправа? Насилие порождает насилие. Я тому отличный пример. Как и ты, чудовище чудовищ».

«И это прекрасно. Осталось совсем немного, прежде чем все надежды твоей матери рухнут, погребённые вместе с тобой».

Опять на что-то намекает? Я вроде не дурак, мог сложить два и два. Если я вчера впервые так сознательно убил, и если сегодня прибываю в настолько дурном настроении, то несложно провести параллели между произошедшим и словами бинхуа.

Он намекает, что мои способности алхимии сегодня дадут сбой?

— Запиши всё! — рявкнул Кардыш своему помощнику.

Пока я отвлекался на чудовище внутри себя, почтенный Мирий улетел. Кардыш же, покричав, стремительно ушёл, оставил нас одних. Почти.

Траст в мою сторону повернулся, сделал большие глаза и одними губами сказал: ну ты псих!

Может, он прав? Чего я таким-то злым стал? Или это сказывается обучение отца, который учил сильного противника бить всем, что есть, вкладывая всего себя? Не вышло ли так, что я и ненавидеть в процессе научился всем сердцем?

«Бинхуа… — позвал я, смотря на то, как открывают мои шкатулки, описывают содержимое. — Мне постоянно бросают вызов. Чудовища, люди, сама жизнь. Не думаешь же ты, что я совсем не научился с ними справляться? Если я прав, и ты намекаешь на то, что моё чувство баланса или ещё что сегодня даст сбой, то… То это станет всего лишь очередным вызовом в моей жизни. Как советовал отец — мне придётся самому найти свой путь, нащупать баланс. Так что рано злорадствуешь».

Чудовище промолчало, и я счёл это хорошим знаком. Моё сердце не на месте и там добавилось шрамов? Внутри бурлит ненависть? Значит, нужно разобраться с этим. А то, что до начала отборочных остались считаные минуты, так мне не впервой действовать быстро, скованным ограничениями.

Шаг первый — восстановить ровное дыхание. Шаг второй — очистить разум от посторонних мыслей. Шаг третий — настроиться на ощущение гармонии.

И всё же я был прав. Стоило только сделать это, как ощутил, что внутренняя буря мешает чувствовать мир.

Но только ли в этом дело? Не верю, что насилие может помешать алхимии. Или… Догадка была подобна озарению. Что есть алхимия, если не чистый акт творения? Творения, в котором полно насилия. Сжигая одно, алхимики получают совсем другое. Если я прав, то само насилие не может быть препятствием перед созиданием. Одно является часть другого. Тогда… Тогда причина в эмоциях и моих убеждениях. Я сам, не без помощи матери, создал себе повод для чувства вины, которое запрятано где-то внутри.

К чёрту. Я не выбирал это. Но и отказываться не буду.

Возьму наследие матери. Возьму наставления отца. Добавлю свой опыт, всё то, что пережил. И получу из этого что-то новое.

Алхимик я или так, мимо проходил?

Эпилог

Почтенный Мирий и Дарсан Серый стояли на одной из веток центрального древа, откуда открывался отличный вид на всё происходящее внизу.

— Что там вчера случилось? — недовольно спросил Мирий.

Главе академии только что пришлось вмешаться в дела ученика Лая. В который уже раз. Лай продемонстрировал настолько концентрированное убийственное намерение, что Мирий всерьёз задумался о том, что сегодня академия не досчитается одного главы павильона.

— Подругу ученика Лая похитили, — сообщил Дарсан.

— И я узнаю только сейчас? — бросил тяжёлый взгляд Мирий.

— С этим Лаем не так просто работать, — спокойно ответил Дарсан. — Его прикрывают очень непростые люди. Также на его стороне Афелия. Это затрудняет возможность разобраться в происходящем.

— Дух понятно, но не хочешь ли сказать, что какие-то ученики превосходят тебя? — спросил мужчина.

— Как минимум они не особо слабее. Один из них. Очень деятельный парень.

— Так расскажи, поделись. Долго мне ещё доклада ждать?

— Я пока уточняю кое-какие детали, но из известного могу сказать следующее. Во-первых, Дармаус, новый глава Чёрной Орхидеи. Из своего путешествия он вернулся пиковым Старшим Мастером. Уже захватив власть, стал Королём. Подробности не скажу, но он встречался с Клеусом Агнием. — Дарсан кивнул вниз, где упомянутый парень стоял за соседним столом рядом с Лаем. — Встреча происходила тайно. Предположу, что Дармаус получил пилюлю для прорыва. В качестве платы у него могли потребовать убить Лая. Как вы знаете, не получилось. Дальше была предпринята попытка вызвать перед отборочными Лая на дуэль. Тут надо отдать Саркашу должное. Он так истрепал Кардышу нервы, рассказывая, какой Лая талантливый, что…

— Давай дальше. Про дуэль с Дарраном я в курсе.

— Я лишь обозначаю, какая последовательность событий привела к тому, что Лай готов оторвать Кардышу голову у всех на виду. Следующее событие — отравление.

— Когда успели? — заинтересовался Мирий.

Эту часть он пропустил.

— На днях и успели. Ничего такого. Слабый яд. Галия Белая вовремя предупредила парня, поэтому ему ничего не грозит. Самое неприятное случилось ночью. Одну из учениц по имени Маяда, на первый взгляд, ничем не примечательную девушку, похитили. Сделали это ученики академии. Ученик Ридгард, глава второсортной фракции, попытался вмешаться, но не преуспел. Он же сообщил Лаю о случившемся. Как я понял, девушку пытались увести как можно дальше. Лай смог её вернуть. Сама девушка не пострадала, к целителям они не обращались. Самое необычное в этой истории то, что её уводил отряд наёмников, которые не знали местного наречия.

— Как это понимать? — нахмурился Мирий.

Все три королевства, входящие в содружество, говорили на одном языке. Наречия между собой отличались и те, кто жил на дальнем юге, могли с ходу и не понять тех, кто жил на дальнем севере. Тем не менее основа всё равно была одной.

— Поэтому я и сказал, что ещё выясняю детали, — ответил Дарсан. — Можно напрямую спросить у ученика Лая.

— А если без этого?

— А это уже возвращает нас к окружению ученика Лая, — поморщился Дарсан Серый. — Есть там один парень, который отвечает за… — Мужчина запнулся, подбирая слово. — Он кто-то вроде меня. Отвечает за теневую сторону жизни и безопасность. Несмотря на молодость, очень талантлив. Сейчас я понимаю, что именно он обеспечил проникновение Лая в академию. Также их отряд проник к нам под новыми личинами. В Приюте они действовали вместе. Здесь разделились. Каждый из группы быстро объединил других учеников вокруг себя. Без всяких сомнений, это таланты какого-то могущественного клана. Кстати, Саркаш взял в личные ученицы девушку из этой группы.