Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ), стр. 127
– Это будет грандиозно! – подхватила мисс Остин, строча что‑то в блокноте. – Мэгги, нам нужно срочно утвердить программу. Итак: открытие ярмарки в десять утра. Парад участников. Конкурс детских рисунков. В полдень – торжественное перерезание ленточки мэром.
– И не забудь про конкурс на самую большую тыкву! – оживилась миссис Доршер. – В прошлом году из Меймерда привезли такую махину, что пришлось укреплять помост!
– А ещё... – мисс Патридж понизила голос до заговорщического шёпота. – ...говорят, что к нам приедут Фитцджеральды! Те самые, про которых всё время пишут в газетах! Из Лондона! Представляешь, Мэгги?!
– Да, я в курсе. Мистер Гилмер их пригласил, потому что они давно мечтали посмотреть на настоящую английскую осеннюю ярмарку.
– О! Так ты знала? – мисс Патридж была явно разочарована тем, что сплетня не стала новостью. – Ну ничего. Зато мы узнали другое! Говорят, что один из постояльцев «Королевского дуба»... очень влиятельный человек... готов стать нашим спонсором!
Я чуть не уронила чашку с чаем, которую только что взяла для миссис Доршер.
– Спонсором?
– Да‑да! Он хочет учредить особый приз! За вклад в развитие культуры Блайзбери! Или что‑то в этом роде. Я ещё не уточняла детали.
Я прекрасно понимала, о ком идёт речь. «Поучаствуйте в ярмарке, покажите всем, что вы приехали с добрыми намерениями», – так я сказала МакКиллиану. И он, похоже, воспринял это как прямое указание к действию.
– Это... замечательная новость, – выдавила я из себя.
– Ещё бы не замечательная! – воскликнул мистер Колгрив. – С такими деньгами мы сможем пригласить ещё и хор мальчиков из кафедрального собора!
Перед моим мысленным взором промелькнула картина: бывший солист Лондонского филармонического оркестра играет на одной площади с поющим псалмы хором мальчиков и конкурсом на самую большую тыкву. Это будет самый сюрреалистичный музыкальный фестиваль в истории Англии.
– Я так рада... – пробормотала я, пытаясь осознать масштаб надвигающегося бедствия под названием «Осенняя ярмарка».
– Ещё у нас в планах конкурс цветников, смотр домашних животных, спортивные состязания, ремесленные ряды, карусели и в конце – танцы.
– Феерично! – выдохнула я, представив себе масштаб предстоящего праздника.
– Ну вот и славно! – подвела итог мисс Патридж. – Тогда мы побежали! У нас ещё столько дел! Нужно утвердить меню для чайной палатки и решить вопрос с биотуалетами… Я тут тебе оставлю кое‑какие документы, ты потом посмотришь.
Делегация вывалилась из библиотеки так же шумно, как и вошла, оставив после себя шлейф аромата лавандовых духов и ощущение полного хаоса.
Я посмотрела на «Улисса» на столе, затем перевела взгляд на гору бумаг по ярмарке.
«Карта сокровищ? МакКиллиан? Тайные общества? – подумала я. – Какая ерунда по сравнению с Лондонским филармоническим оркестром и конкурсом пирогов».
Глава 14
«– Лёлик, но это же неэстетично!
– Зато дёшево, надёжно и практично!»
© «Бриллиантовая рука»
Всё время, оставшееся до обеденного перерыва, я потратила на то, чтобы хотя бы в общих чертах разобраться с бумагами, которые оставили мне члены организационного комитета. Сказать, что я впечатлилась – это ничего не сказать. Там были черновики и чистовики смет, списки участников мероприятий, заявки на участие в конкурсах и смотрах, наброски программы и ещё пара миллионов бумаг различной степени важности. Кто сказал, что страшны бандиты и мафиози? Нет, господа! Гораздо страшнее бюрократы и инициативные граждане. Последние – это вообще оружие массового поражения, потому как спасения от них нет нигде и никому. Теперь я это могу утверждать с полным правом, так как имела сомнительное удовольствие с ними сотрудничать. Нет, так‑то я с огромным уважением и нежной симпатией отношусь и к мисс Патридж, и к мисс Агате, не говоря уже об очаровательной миссис Доршер. Да чего уж там: меня даже мистер Колгрив уже почти не раздражает. Но как же их много! Не в плане количества, а в плане излишков энергии...
Поняв, что так я запутаюсь напрочь, я вздохнула и для начала разложила все бумаги по нескольким стопкам: мероприятия, финансы, заявки, списки жюри и так далее. Потом буду по очереди брать и просматривать уже целенаправленно. А сейчас мне нужен перерыв, потому как иначе можно рехнуться. Я и так на мистера Престона, который пришёл сдать книгу и взять новую, посмотрела с некоторым удивлением: мол, а вы что тут делаете? Но вовремя опомнилась и сообразила, что тут, вообще‑то, библиотека.
Потом позвонил Алекс и, сто раз извинившись, сказал, что на обед прийти не сможет, так как вынужден ждать звонка от делового партнёра. Да уж, вот когда оценишь всю прелесть мобильной связи, хотя я, к немалому собственному удивлению, практически безболезненно пережила исчезновение из жизни и ноутбука, и смартфона. Наверное, мне и без них информации и событий хватало.
Когда я пришла в кафе, Саймон уже был там и приветственно помахал мне рукой из‑за нашего любимого дальнего столика. Я заказала чай и сэндвич с овощами и тунцом, а Саймон взял салат и какое‑то мясо. Атмосфера в кафе была привычно‑уютной: негромкий гул голосов, звон посуды и запах свежей выпечки. Трудно было поверить, что всего в нескольких шагах от этого спокойствия разворачивается настоящая шпионская драма.
Джастин опоздал на пять минут, что было на него не похоже. Он ворвался в кафе, на ходу стряхивая капли дождя с куртки, и плюхнулся на стул.
– Ну? – нетерпеливо спросил Саймон, даже не донеся вилку до рта. – Что‑нибудь нарыл?
Джастин огляделся по сторонам, убедился, что за соседними столиками никто не прислушивается к нашему разговору, и только потом достал свой блокнот.
– Я навёл справки по своим каналам. И знаете что? – он сделал драматическую паузу. – Кристофер Эшворт существует. Он не выдумка.
– Вообще‑то Мэгги и Гилмер его видели, – фыркнул Саймон, – ясное дело, что он существует.
– И? – поторопила я его, стараясь не задумываться над тем, откуда Саймон узнал о том, что Алекс видел Эшворта. – Кто он?
– Он очень непростой молодой человек. Эшворт – фамилия его матери, которой он пользуется во время путешествий и в разных других ситуациях. Эшворты – это старая, очень богатая семья из Саунтгемптона. Финансовая компания «Ashworth Capital». Они не любят светиться в прессе, но их авторитет в финансовых кругах достаточно высок. Но дело не в этом. Мать нашего красавчика, Беатрис Эшворт, замужем за Хью Торнтоном. Да‑да, тем самым… Кристофер – единственный сын и наследник этих двух широко известных в узких кругах фамилий.
Саймон присвистнул.
– Ого. Значит, он не просто богатенький мальчик на байке. Он очень богатенький мальчик.
– Для тех, кто не в теме, – я подняла руку, как на уроке, – кто такой Хью Торнтон?
– Слушай, Мэгги, для тебя вот как‑то совсем неприлично не знать таких элементарных вещей, – Джастин посмотрел на меня чуть ли не с осуждением, – мы сейчас говорим об одном из наиболее влиятельных дельцов теневого мира Соединённого Королевства. Не позорь дядю и родителей!
– То есть он как Ласло? – осторожно уточнила я, проигнорировав упрёк в моей плохой осведомлённости о воротилах теневого бизнеса.
– Примерно, – кивнул Джастин, – только под его контролем находится южная часть страны.
– Ага… – глубокомысленно протянула я, судорожно соображая, не слишком ли много крупных представителей британского криминала собралось в одном скромном Блайзбери?
– Так что наш объект родился с целыми двумя серебряными ложками во рту, – кивнул Джастин. – Как только не подавился‑то, не знаю. Но мы не об этом сейчас. Так вот... Я попытался копнуть глубже, но наткнулся на глухую стену. Такое ощущение, что его как будто стёрли из всех открытых источников за последние пару лет. Никаких фото на светских раутах, никаких сплетен о личной жизни. Вроде он есть, а вроде как его и нет.