Расслоение (СИ), стр. 50
— Охренеть, новости!
Сказать, что я был шокирован, значит ничего не сказать.
Конечно, последнее десятилетие события в мире были довольно тревожными, но мне казалось, что до войны без победителей все же не дойдёт.
— Теперь ты понимаешь нас с матерью? Случись что, и вашим отрядом будет затыкать все дыры, да и по Москве прилетит в первую очередь.
Несколько минут я сидел, переваривая новость, отец молчал, давая мне время уложить в голове новую картину мира.
Я всегда умел быстро принимать решения, а здесь особого выбора не было, либо без шансов сгореть в ядерном огне, либо спрятаться в комфортабельном подземном городе. Конечно, был вариант просто свалить в Сибирь и пересидеть самое «мясо» где-нибудь в тайге, тем более финансы позволяли, вот только в Москве оставались мои родители, которых я, несмотря ни на что, по-прежнему любил.
— Хм, ладно, уговорил, но жить я буду у себя.
Отец тепло улыбнувшись кивнул.
— Если это всё, то я, пожалуй, пойду в отдел кадров писать заявление на увольнение.
Травнин старший тяжело вздохнул и перестал улыбаться.
— Нет, Алексей, это не всё.
По интонациям отца я понял, что сейчас будет что-то очень для меня неприятное.
— Какое ты имеешь отношение к
Семеновой Еве Аркадьевне две тысячи десятого года рождения?
Пару секунд я тупил, пытаясь понять, о чём вообще говорит отец, пока вдруг не вспомнил, что так зовут моего миньона, которого я отправил домой.
Несмотря на то что, на моём лице не отразилось ни одной лишней эмоции, отец всё понял.
Вообще-то это была одна из граней его силы, на определённом расстоянии он мог отслеживать буквально все физиологические процессы, протекающие в живом организме. Поэтому соврать Лазарю было попросту невозможно, кстати, при желании он мог разговорить любого человека одним прикосновением, заставив его собственный организм выделять какие-то не то гормоны, не то токсины, что вызывали у любого невероятный прилив доверия и болтливости.
«Бля! Чего и следовало ожидать»!
После чего я стал понемногу «колоться».
Конечно, я не рассказал отцу о системе, просто выдал её за ещё одну неожиданную сторону своей силы. Что, кстати, очень озадачило отца, он всю жизнь занимался исследованием сил и успел создать собственную теорию о паранормах, и я в рамках этой парадигмы, обычный «амбал», никак не мог иметь такую грань силы.
— В общем, я и сам не знаю, как это работает.
Пожал я плечами, не соврав ни в одном слове.
— Просто у меня накапливается энергия, и я как бы «покупаю» случайного умершего человека.
— Подожди!
Отец, вскинув руку, остановил мой рассказ, потерев лоб, пробормотал:
— Какого хрена, это не может так работать!
Через секунду он снова был готов меня слушать.
— Так, вопрос. Ты хочешь сказать, что ты «покупаешь», только уже умерших людей и не можешь сделать клона живого человека?
— Да, любого умершего человека, когда-либо жившего на земле.
— Что за бред!
Тихо, но очень эмоционально пробормотал Лазарь, его теория о паранормах, доказанная не один десяток раз, трещала по швам.
— Я как понимаю, это твоя «покупка» — чистая лотерея, и ты не можешь выбрать кого-то определённого?
— В точку! Именно лотерея, лучше и не скажешь.
— Я должен присутствовать, когда ты в следующий раз будешь покупать человека.
— Конечно, если не ошибаюсь, через пару дней я смогу купить сразу несколько «мертвецов».
— Хорошо, это потребует некоторых исследований.
Отец с силой потер гладко выбритый подбородок и на несколько секунд выпал из реальности, о чем-то задумавшись.
— Что насчет контроля клонов?
— Абсолютный, конечно, телепатически ими не управляю, но мой приказ имеет для них незыблемую силу закона.
— Любопытно. Думаю, на испытание этой новой грани твоей силы придётся пригласить некоторых серьезных людей, иначе, боюсь, они себе на воображают лишнего и начнут создавать нам проблемы.
Пробормотал отец.
— Так ладно, с этим разобрались, с самим я переговорю, он тебя от особо непонятливых прикроет!
Я молча кивнул, так как возражать просто не видел смысла.
— Кстати!
Вдруг вспомнил я кое-что.
— Отпустите девчонку.
Отец просто кивнул, по его лицу было видно, что он чем-то усиленно думает.
Я откинулся на спинку кресла, чувствуя себя выжатой тряпкой, разговоры с отцом всегда давались мне тяжело.
— Кстати, что за коллекцию странного хлама ты собрал у себя в ангаре и главное — зачем?
«Оказывается, за мной следили, и как это я ничего не заметил»?
Усмехнувшись, Травнин старший укоризненно покачал головой и, словно прочитав мои мысли, ответил:
— Да никто за тобой не следил, просто проверили геолокацию твоего телефона.
«Вот же идиот, мог бы и догадаться не таскать с собой мобилу».
— Кстати, твой понтовый автомобиль тоже оснащен GPS-трекером.
Усмехнулся отец, а я в который раз почувствовал себя идиотом.
Врать на прямой вопрос было глупо, отец бы сразу заметил, глубоко вздохнув, ответил правду.
— Это тоже моя сила.
Лазарь нахмурился.
— Не совсем понял, сила — коллекционировать всякую ерунду?
— Нет, призывать случайные вещи, меняя их на энергию.
Несколько долгих секунд отец недоверчиво смотрел мне в глаза, кажется, он уже устал удивляться.
— Не врешь! Ну или сам веришь в то, что говоришь. Хорошо, ты сейчас можешь продемонстрировать мне этот призыв случайной вещи?
— Прямо сейчас нет, видишь ли, пока я не проявлю в реальность предыдущий предмет, не смогу призвать новый.
— В чем проблема? Почему не оставил его в своем ангаре?
— Э-э-э, потому что это американский стратегический бомбардировщик с ядерными зарядами на борту.
Отец резко встал, его лицо исказилось от страха, быстро шагнув ко мне, коснулся рукой моего лба. Я немедленно почувствовал, как по моему телу прокатилась волна едва ощутимых покалываний, после чего у меня реально зачесались мозги.
— Чисто, никаких следов кукловода.
Забормотал отец.
Уровень гормонов в норме, точнее, в норме для паранорма «амбала». Следов психических расстройств тоже нет.
Вернувшись на место, отец почти минуту о чем-то усиленно размышлял, но долго не просидел, вскочив на ноги, стал нервно расхаживать по кабинету, бормоча себе под нос.
— Это полный бред! Такого не может быть, потому что не может быть. Это же противоречит даже здравому смыслу!
— Пап!
Окликнул я погрузившегося в свои мысли отца.
— Хорошо!
Вернулся в реальность отец.
— Я тебе верю!
Решительным движением Травнин старший достал из кармана телефон и, ткнув клавишу быстрого набора, кому-то позвонил.
— Владимир Николаевич, добрый день.
«Что! Это батя сейчас с президентом разговаривает!»
— Да поговорил. Есть информация, так сказать, для узкого круга. Думаю, для наглядности и убедительности нужна будет демонстрация. Да понял, решу с начальником охраны!
Закончив разговор, убрал телефон в карман.
— Поехали, президент нас ждёт.
«А ничего так, быстро я карьеру делаю».
Как обычно, отец почувствовал мой ироничный настрой и, бросив на меня строгий взгляд, произнёс:
— Не подведи меня, сын.
Через пять минут мы в составе колонны из трех бронированных А́урус Сена́т двигались куда-то на окраину Москвы. Естественно, без мигалок не обошлось.
Два часа спустя мы въехали на территорию какой-то военной части и, не останавливаясь, проследовали к ряду огромных ангаров, даже больше того, что я снял под свои «призы».
Перед одним из ангаров, выстроившись в ровную линию, стояло десяток точно таких же аурусов, как и отца.
Перед воротами стояло десяток крепышей в пиджаках с лицами, что хоть котят бей.
Отец ловко выскочил из машины и энергичным пружинистым шагом пошёл к дверям, я, ускорившись, заторопился вслед, как обычно невольно сравнивая себя с ним.
Отец был высоченный, под метр девяносто мужественный красавец с твёрдым чёрным взглядом, всегда энергичен и знающий, чего хочет. Я же едва дотягивал до ста семидесяти сантиметров, и хотя имел атлетическое сложение, всё равно терялся на его фоне. Также не удался я и в плане мужественной внешности, до самого окончания школы меня путали с девушкой. А мой флегматичный характер и отсутствие хоть каких-то целей делали из меня аморфную амебу, последние слова, кстати, принадлежали отцу.