Расслоение (СИ), стр. 49
Пробормотала Свиридова.
Хотя последнее Светлана все же отнесла к плюсам.
В панике в первые секунды боя она вместе с поддоном кирпичей вывалила на головы бандитов и их марихуану.
«А ведь теперь только вопрос времени, когда на меня выйдут».
Вспомнив сколько человек она убила, швырясь машинами, Свиридова тяжело вздохнула.
Последние недели её достаточно закалили, и теперь грядущие проблемы хоть и вызывали опаску, приступов паники не вызывали.
К счастью, дома никого не было, и Светлана Анатольевна смогла спокойно обработать и перевязать рану Гуго. Рыцарь стоически вытерпел все медицинские манипуляции, поблагодарил Свиридову и, вооружившись бутылкой пива, устроился перед телевизором.
«Похоже, у всех мужиков это в крови».
Покачала головой Светлана Анатольевна.
«Буквально же из средневековья человек, а туда же, пиво, диван, телевизор»!
Разбитая несколько физически, сколько морально, Светлана поплелась в спальню, намереваясь устроить себе ненормированный сон час, но неожиданный телефонный звонок сломал её планы.
Вздрогнув, извлекла телефон из кармана и, чувствуя, как страх не даёт ей вздохнуть, уставилась на незнакомый номер.
«Глупо, если у них есть мой номер, то и меня вычислить вообще не проблема».
В этот момент Светлана вспомнила, как звонила покойному Ердену.
«Значит, мой телефон у полиции точно есть, но зачем мне звонить? Разве не проще прислать ко мне этих отморозков из отряда четыреста семнадцать и арестовать меня!»
Оборвав поток мыслей, решительно ткнула пальцем в «принять вызов».
— Свиридова, слушаю!
— Светлана Анатольевна, мы звоним по поводу вашего трудоустройства.
Раздался в трубке вкрадчивый мужской голос.
«Не поняла⁈ Это что, мои резюме, разосланные куда можно и нельзя, сработали»?
— Я представляю некую организацию, предоставляющую работу и защиту таким, как вы.
Продолжил голос в телефоне.
— Кто вы такие и что вы имеете в виду под такими, как я⁈
— Если возможно, я бы предпочёл не обсуждать такие вопросы по телефону.
— Хотите встретиться?
— Да, это бы разом закрыло множество вопросов.
Несколько мгновений Свиридова размышляла насчет ловушки, но отбросила эту мысль как несущественную.
— Хорошо. Через два часа в кафе «Грабли» на Арбате.
Светлана специально выбрала одну из самых оживлённых улиц в столице, в надежде, что её возможные работодатели, кто бы они ни были, не посмеют устраивать перестрелку в таком месте.
— Гуго, нам нужно идти.
— Да, моя королева.
Рыцарь встал и пошел собираться, причем сделал это гораздо быстрее, чем Светлана переодевалась.
Прежде чем выйти из дома, рыцарь попросил достать Свиридову все оружие, несмотря на своё «дремучее» происхождение, теоретически Гуго уже знал, что такое огнестрельное оружие.
Быстро перебрав АС Валы спецназовцев, отрицательно покачал головой, всё оружие было повреждено.
Целым остался только автомат Серика, с одним полным магазином, и пистолет ГШ-18 одного из спецназовцев.
Быстро разобравшись с оружием, убрал его за пояс, две наступательные гранаты, обнаруженные в разгрузках бойцов спецназа, засунул в карманы. Стилет по-прежнему прятался в рукаве в специальных ножнах, которые, кстати, Свиридовой пришлось шить самой.
Вызвав такси, Светлана обошла дом сбоку и уперлась в кучу разбитых бетонных блоков, валяющихся здесь еще со времен постройки, и убрала с десяток крупных обломков в инвентарь.
«Посмотрим, что ты за работодатель».
С неожиданной злостью подумала Свиридова.
Травнин.
Проснулся я от пронзительного вокала Эми Ли, как обычно я забыл завести будильник, к счастью, «умный дом» помнил и даже подобрал одну из моих любимых групп.
— Всё, умолкни!
Эми послушно прервалась на полуслове.
Шаркая ногами, поплелся в ванную комнату, на ходу проклиная «жаворонков», что прогнули под себя весь мир.
После дозы крепкого кофе мир немного посветлел и уже гораздо меньше бесил своей навязчивостью.
В подземном гараже меня ждал мой верный железный конь из Германии, обычно машину я оставлял на стоянке во дворе, но в связи с осенним временем перевёл своего скакуна в более тёплое стойло.
Как обычно на светофорах ловил девичьи улыбки, охотно улыбался в ответ, до базы добрался уже в приподнятом настроении.
Припарковавшись, бодрым шагом взбежал по ступенькам КПП, кивнул дежурному прапорщику из «маглов» и, пройдя здание пропускного пункта насквозь, вышел на территорию базы, и, естественно, первым встречным оказался полковник Варакута, заместитель начальника нашего отряда генерала-майора
Самарина. Я уже ожидал начальственного разноса за опоздания почти на полчаса, но неожиданно полковник отвёл глаза и, круто развернувшись, быстрым шагом удалился прочь.
— Вот сейчас не понял.
Пробормотал я, провожая широкоплечую фигуру Варакуты удивлённым взглядом.
«Что-то мне эта бабуйня всё меньше нравится»!
Особенно мне не понравился мимолётный взгляд полковника, в котором, как мне показалось, я заметил что-то похожее на скрытый страх.
— Да ну, не может быть, чтобы такой волчара, как Варакута чего-то боялся!
Больше нигде не задерживаясь, проскочил в раздевалку, по плану через десять минут должна начаться тренировка по рукопашному бою. Но на тренировку я так и не попал.
— Сержант Травнин, пройдите в кабинет начальника отряда.
Ожил громкоговоритель на стене.
«Ого, это меня что, целый генерал на ковер вызывает! Может, премию за подбитый танк хочет выписать»?
Подбодрив себя порцией сарказма, пошёл в генеральские палаты.
— Входите, вас уже ждут.
Оповестила меня личная секретарша Самарина, провожая любопытным взглядом.
Пару раз стукнув в дверь, вошёл и едва удержался от матерного возгласа, в кресле посетителя перед столом Самарина сидел мой отец. Сам генерал нашелся на своём месте за столом, судя по бутылке марочного коньяка и долькам лимона, скучно им не было. Отец, повернув ко мне голову, к моему изумлению скупо улыбнулся, при этом я отчетливо уловил в его взгляде непонятное мне напряжение.
— Рудольф Алексеевич.
Мягко произнёс отец, генерал молча поднялся из-за стола и вышел из кабинета.
«Охренеть, батя только что выгнал Железного Рудика из собственного кабинета, того самого Рудика, что в прошлом году при всем отряде послал нахер заместителя министра обороны»!
— Присаживайся, сын, у нас будет непростой разговор.
Подавив невольную дрожь, устроился в кресле напротив, почему-то чувствуя себя напакостившим школьником.
Начал отец с нейтральных вопросов, вроде как служится? Как отношения с начальством и сослуживцами, не завёл ли себе девушку?
Отвечал односложно, буквально нутром чувствуя приближающийся подвох.
— Домой вернуться не хочешь?
Неожиданно спросил отец.
— Это мать тебя попросила?
Спросил я, едва скрыв неприязнь в голосе.
Отец устало покачал головой.
— Она просила, но я и сам хочу, чтобы ты вернулся.
Вместо обычных для него холодных интонаций я вдруг услышал искренние нотки.
— Зачем? Ты же знаешь, что мы не с тобой уживёмся под одной крышей.
— Дело не в этом, просто мне нужно! Нам с матерью нужно, чтобы ты перестал рисковать жизнью и был к нам поближе.
Я нахмурился, отец вёл себя странно.
— Все ещё хочешь засунуть меня референтом к президенту? Что за мания с этим президентом⁈
Губы отца сложились в жёсткую линию, а взгляд превратился в пару винтовочных стволов, я по привычке ожидал гневной отповеди, произнесенной его фирменным холодно-безразличным голосом, но услышал совершено другое.
— Нет, потому что ближайший круг президента эвакуируются в бункер в первую очередь!
— Э-э-э, что⁈
Вытаращился я на отца, не совладав с нижней челюстью, стремившейся вниз.
Лицо Лазаря смягчилось.
— По прогнозам аналитиков, до начала третьей мировой войны осталось от полугода до трех лет.