Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший (СИ), стр. 59

Ему нельзя было использовать магию. Даже немного.

А этот идиот взял и обратился в дракона!

Еще и бывшего мужа моего спалил так, что даже головешек не осталось!

Ну и кто он после этого?! Как мне его спасти? Горячей водой и холодной тряпкой на лоб, как при мигрени, тут не обойдешься!

— Ашер, ты меня слышишь? — ровно спросила я. — Ашер? Ашер, ты слышишь меня?

В этот момент за моей спиной раздались знакомые шаркающие шаги и приглушенный вздох.

Я обернулась и уставилась на Мортимера. Он был предсказуемо перемазан в грязи и держал в руках какой-то саженец. На лице Мортимера, пока он оглядывал развороченный холл, был написан ужас.

Как я и предполагала — ковырялся в саду. Мортимер вообще задался целью привести сад в порядок «для его светлости» как раз к следующему лету. Я точно знала, что он лукавил: Ашеру было плевать на сад, а вот сам Мортимер обожал огородничать.

Вот бы невинная ложь управляющего была главной проблемой.

Стараясь не паниковать, я ровным голосм приказала:

— Бегите в больницу, найдите Метьюза и скажите ему, что мне срочно нужна отражательная сфера и еще кто-то, кто поможет наложить стазис. Лучше пускай придет он сам, но если нет — то просто пускай отправит кого-то опытного. Практикантов чтобы не присылал.

Я на пушечный выстрел не подпущу к Ашеру кого-то, кто может ему навредить.

— Но…

— Быстро, я сказала! — не выдержала все-таки я. По щекам побежали слезы. — Иначе я вашу морщинистую задницу в стену впечатаю! — Я воинственно подняла руку, заставляя ее засветиться. — Или вам плевать на здоровье его светлости? Быстро, Мортимер! Или кого-нибудь другого пошлите, главное — побыстрее.

Мой голос вдруг зазвучал не твердо, а жалобно. Внезапно на меня навалилось, как волна, мучительное чувство дежа вю. Это ведь уже было.

Ашер уже использовал магию, его нервная система уже перегружалась, а я уже угрожала не желающему мне помогать Мортимеру.

В этот раз, правда долго препираться не пришлось.

— Так… — пробормотал он, серея еще сильнее. — Нету ж никого. Отпустил его светлость всех. Я вот только…

— Мортимер, если ты не поторопишься — может случиться страшное!

Управляющий попятился, уронил саженец и рванул наконец к двери.

Я перевела дух и снова позвала.

— Ашер?

Нет ответа.

По спине от испуга пробежали мурашки. Секунды текли медленно, слишком медленно. Ашер не приходил в себя, не отвечал и был горячим, как печка.

Драконов тяжело лечить. Они почти не поддаются магическим воздействиям со стороны, информации о том, как работают их тела, крайне мало.

Одним из немногих вариантов если не лечения, то хотя бы поддержания, был стазис. Но я не смогу наложить его в одиночку, только сделаю хуже.

А если Мортимер не успеет? А если стазис не поможет?

Как ему помочь? Что мне делать? Думай, Амелия Уэйн, думай! Что ты знаешь о драконах?

В какой-то момент мне показалось, что я в самом деле найду ответы.

Вспомню хорошенько все о том, как устроены драконы: и про двухуровневые системы их организма, и про колоссальную магическую мощь, и про все остальное, что успела узнать, — и найду решение.

Сделаю что-то! Ашер откроет глаза — и тут-то я хорошенько его отчитаю! Чтобы не вздумал больше так подставляться и вредить себе.

Но минуты шли, ничего не менялось. Прижавшись ко мне всем телом, рядом сидел притихший Джесси. Кое-как сбросив оцепенение, я отыскала в гостиной на первом этаже плед и накрыла им Ашера.

— Ашер? — позвала я. — Ты меня слышишь? Дерек?

Никакого ответа.

Спустя мучительные полчаса в особняк влетел Метьюз. Он замер на пороге, сжав обеими руками объемную отражающую сферу в кожаном футляре, и выдавил:

— Что ты… Что у тебя с лицом? Это… это сделал… вот этот? — Он указал взглядом на дракона.

— Ты с ума сошел?! Метьюз! Он без сознания! Нужен стазис.

Метьюз не пошевелился.

— Метьюз! — выпалила я. — Или ты немедленно подойдешь сюда — или я тебе что-нибудь оторву!

— Амелия, ты должна понимать…

— Сначала стазис — потом разговоры! — отрезала я. — Иначе он прямо сейчас п… погибнет!

Последнее слово я буквально заставила себя произнести.

Несколько секунд Метьюз колебался, а потом быстрым шагом приблизился к Ашеру, сел на корточки и скомандовал:

— Создай круг. Сначала наложим стазис. Потом проверим его сферой. Давно пациент в таком состоянии?

Ответа он, судя по всему, не ждал, потому что тут же принялся плести сеть стазиса, чтобы опустить ее на Ашера.

— Пульс в норме, — бормотал Метьюз, — дыхание учащенное, поверхностное. Температура тела…

Он замолчал.

— Сорок три градуса, — ответила я и задрала голову. — Мортимер, вы не могли бы отвести Джесси на кухню и дать ему горячего молока?

— Но…

— Это был не вопрос, — угрожающе сказала я и улыбнулась сыну: — Сходи пока отдохни, ладно? Я приду через час.

Джесси нахмурился.

“С ним все будет хорошо?” — показал он жестами.

Я сглотнула.

— Конечно! Разумеется! Гене… Дерек просто переутомился. Он скоро придет в себя. Ну, иди. Ты вернешься — и Дерек уже проснется.

Не припомню, когда я хоть раз врала сыну так бесстыже. Последним, что я увидела, был какой-то странный взгляд Мортимера.

В нем светилась… надежда?

Кажется, я обманула не только Джесси.

Вот бы еще и себя в этом убедить.

— Это то, что я думаю? — бросил Метьюз, как только они оба удалились.

Я сглотнула и ничего не ответила.

— Амелия?

— Нет.

— Амелия…

— Он будет жить, ясно?! — рявкнула я. — Это просто… просто переутомление! Нужен стазис, чтобы… чтобы он мог восстановиться.

Раз уж ничто другое на драконов не действует.

Золотистый круг с сетью внутри наконец был готов, и мы с Метьюзом опустили его на Ашера. Кажется, все то время, что мы это делали, я не дышала, и немного успокоилась, только когда золотистые нити коснулись кожи Ашера и растворились в ней, на секунду мигнув лиловым — это значило, что стазис наложен удачно.

Теперь оставалось только ждать, пока организм Ашера восстановится сам после переутомления.

Пожалуй, стазис был единственным магическим методом лечения, который действовал на драконов. Я на него очень рассчитывала.

— Метьюз, дай сферу. Нужно проверить внутренние повреждения.

Я говорила быстро, изо всех сил игнорируя взгляд Метьюза.

— Амелия…

— На пороге оставил? Да, вон она.

Я вскочила, и Метьюз тяжело поднялся одновременно со мной.

— Амелия. Ты сама знаешь, что драконы с отслойкой второй ипостаси не живут долго… Это было неизбежно и ты должна понимать, что стазисом мы просто отсрочим, то, что должно…

— Нет! — воскликнула я так громко, что моя собственная магия вырвалась наружу, и где-то под потолком лопнул светильник. — Отслойка второй ипостаси — идиотский диагноз. Как бы при этом пациент мог пользоваться магией, если бы у него вторая ипостась отслоилась? Правильнее было бы назвать это деафферентацией магической системы.

А из-за деафферентации нагрузку магических импульсов берет на себя нервная система — отсюда-то все проблемы.

Метьюз сглотнул. Конечно, он слышал от меня это уже не в первый раз.

“Поменьше умничай — побольше работай!” — такой у него был обычно ответ на мои теоретические изыскания.

— Как это ни назови, ты должна понимать: дни дракона сочтены с того момента, как он потерял вторую ипостась. А отслойка это или деафферентация — один хрен, уж прости за прямоту.

— Он его не потерял! Ты сам себя не слышишь! Ты идиот — и…

— Амелия! — рявкнул Метьюз.

— Ашер превратился в дракона! Сегодня. Это значит, что я была права! Никакая это не отслойка! Все ваши диагнозы и мрачные предсказания — чушь собачья! А значит, он не умрет. Ему не обязательно умирать!

Метьюз нахмурился.

— Что ты сказала?

— Ты слышал. А теперь — может, мы наконец обследуем его сферой?!

Я в тайне надеялась на чудо. Что сфера покажет что-то… что-то, что даст ответы.