Криндж. Тетралогия (СИ), стр. 52

— Могу я запросить уточнения? — голос проштрафившегося агента Мерча, как и его внешний вид, говорили знающему, куда смотреть, о том, что этот клон уже признал себя совершенно неэффективным и готов к уничтожению, хоть ему это очень не по душе.

— Да, — спокойно кивнул ему Энвой, — Можете. Я суммирую. Проект «Грейвотер», проводящийся в условиях строжайшей тайны. Тривиальная процедура, выполняемая лучшим в галактике специалистом в крайне примитивных условиях. Резервуар столетней давности, один активированный робот с подходящими аксессуарами, несколько дверей. Субъект, он же Носитель, полностью спокоен и подчиняется любым приказам. После имплантации стандартного дуального набора личностей, у которых нет абсолютно никаких навыков, необходимых для выживания, Субъект осуществляет удачный побег, демонстрируя физические качества, превышающие параметры всех сделанных до этого момента измерений.

— Снятых мной лично в нормальной лаборатории с нормальным оборудованием! — голос доктора, поверившего Энвою на слово и обезвредившего внутреннюю бомбу, пылал негодованием, — Там, где я мог…

— Несущественно, — перебил его капитан крейсера, — Продолжу. Субъект успешно уходит от робота серии «Триумф», вариант «УРП-1902», в течение некоторого времени, расстояние между ними вполне соответствует предполагаемым скоростям. Затем, достигнув поселения, Субъект чрезвычайно быстро находит скоростной транспорт, начиная разрывать дистанцию. Робот активирует экстренные протоколы, мобилизуя все свои дублирующие системы. Эффективность преследования и убегания возрастает. Обрывочное наблюдение с дронов и орбитальных спутников демонстрирует нам логику происходящего, вплоть до момента, когда по нашему роботу, оказавшемуся в каньоне, не прилетает оружием массового поражения. Этот момент не согласуется ни с какими эмпирическими выводами аналитиков. У Субъекта не было ни времени, ни ресурсов, чтобы согласовать себе такой уровень поддержки. Следом — уничтожение группы «кинжального удара», вызванной агентом Мерчем, когда Субъекта локализовали в одном из небоскребов города Таймен. Группа была уничтожена в течение тринадцати секунд после того, как открылись шлюзы штурмовых капсул.

— Всё так и было, как только оказался разрушен робот. Я сразу активировал инфильтратора, поставившего на машину Субъекта нашу аппаратуру, — кивнул Фаволо Мерч, — Разработав максимально возможную легенду прикрытия, мы запустили по следу Субъекта местных наемников, в надежде, что они локализуют его хотя бы на двадцать-тридцать минут. Вели его дронами, но те постоянно разрушались кем-то со стороны. ЭМП взрыв, случайная пуля. Как только орбитальная группировка показала, где находится Субъект, я немедленно отдал команду группе «кинжального удара».

— И она была уничтожена, — кивнул Энвой, — Полный необъяснимый провал. Субъект, уникальный живой организм, не имеющий никаких аналогов в наших базах данных, утерян.

— Мы же знаем, где он! — взорвался Дональд Ти Эркштейн, подскакивая с места, — Мы же…

— Утерян, — с металлическими интонациями отрезал капитан судна, принадлежащего межпланетной корпорации, — Сейчас мы можем только предполагать. Пусть и с высочайшей степенью точности. Однако, я не могу рисковать, когда все аналитики корабля хором утверждают мне, что против нашей корпорации идёт игра, в которой Субъект играет роль наживки. Я уполномочен произвести тщательное и скрытое исследование всего инцидента, демонстрируя минимальную активность.

— Вы предлагаете нам сидеть и ждать? — язвительно спросил ученый, переглянувшись со своим ассистентом. Фаволо лишь кивнул ему, выражая свою поддержку.

— Нет, — Энвой, так и не расцепивший рук за всю беседу, качнул головой, — Для агента Мерча будут произведены определенные косметические процедуры, а также частичное удаление имплантов, после чего он отправится вниз, на Землю, искать Субъекта. Вы, доктор, можете к нему присоединиться, либо корпорация может предоставить вам одну из наших лучших лабораторий…

— На веки-вечные, не так ли? — дёрнул щекой человек с оранжевыми глазами, — Я вас понял, Энвой. Вы не можете предъявить мне обвинения в халатности, но не собираетесь держать на корабле, как и отпускать. Даете выбор из двух тюрем. Как понимаю, ценой моей свободы станет Носитель с полностью чистой от личностей черепушкой?

— Как и было прописано в контракте, доктор Эркштейн, — спокойные интонации капитана не изменились ни на гран, — Вы все верно понимаете. Если вы решитесь спуститься, то мы снабдим вас с Мерчем достаточным количеством ресурсов, чтобы ваша миссия завершилась результативно. Однако, я вынужден настаивать на том, что вам придётся действовать с максимальной осторожностью. Никто не должен заинтересоваться Носителем и, тем более, узнать, что им интересуется «Эгида». Это условие имеет высший приоритет.

— Отправлять ученого на сафари… — почти через минуту молчания, прошептал доктор, печально усмехаясь, — Паранойя вашего руководства не имеет аналогов, Энвой. Я согласен отправиться вниз. Там у меня будут хоть какие-то шансы.

Конец первой книги

Криндж и Свидетели Пиццы

Пролог

– За мной давай, тля! Шаг в шаг! Только тихо! – шипел Марусенок, продираясь сквозь густые заросли недавай‑кустов. Те отличались знатными колючками, легко обламывающимися с переплетенных веток, но что он, что Вавка, были худосочными детишками, вполне помещающимися между основных стволов гадкого растения. Понизу ходить они могли легко. Правда, на четвереньках.

– Да куда ты! – тихо хныкала Вавка, которой вовсе не улыбалось скакать на карачках непонятно куда, – Постой! Марус! Ну!

– Быстрее! – маленький, но очень целеустремленный мьют, пока еще не особо обезображенный возрастными изменениями, отличался нежно‑голубым цветом кожи, чем когда‑то и покорил шестилетнюю Вавку, – Там сейчас такое будет! Только тихо! Тихо, а то заметят!

Девочке уже было не по себе, но она продолжала упорно преследовать друга. В общем‑то, если не вылезать из недавай‑кустов, обильно растущих вокруг Покровки, то даже таким мелким как они двое, ничего особо не грозит. Потому‑то детишки в этом небольшом селении мало чего и боялись.

Но, всё‑таки, боялись. Ползущая за другом девочка, вполне мудрая на свой невеликий возраст, обоснованно считала, что Марусенок её волочит вовсе не на интересную жабу посмотреть или там, скажем, на драку барсуковых сусликов. Нет, с тех пор как этот мальчишка нашёл где‑то острый обломок железа, дополнительно заточив его и назвав ножом, он считал себя взрослым и интересовался «правильными» вещами. Продолжая таскать за собой Вавку.

Вот и дотаскался. С любопытством высунувшись вслед за мальчишкой из густой травы, девочка выпучила глаза и забыла, как дышать. Её тощее тельце, исцарапанное и костлявое, внезапно решило описаться, но владелица тушки этого даже не заметила. Она была слишком занята тем, что боялась. Очень боялась!

Ваг Рыскун был самой большой грозой Покровки, маленького поселения, состоящего в основном из мьютов и нескольких десятков людей‑беженцев, пришедших издалека. Этот крыс и его стая хозяйничали в поселении с момента, как оно образовалось. Маленькие и тщедушные, вонючие и жестокие, крысюки и лапой не трогали остальных жителей, пока те не пытались взбрыкнуть, но вот последнего хотелось совершенно всем! Ваг управлял всей торговлей, товары и соль можно было достать только через него, продать что‑нибудь можно было только ему. Эти мерзкие полулюди очень жестоко обращались со всеми, кто так или иначе смел нарушить установленные ими «правила».

Вавка знала, почему всё так. Все знали. Из‑за Морти, старого покалеченного робота, стоящего посреди Покровки. Само поселение, в общем‑то, образовалось вокруг него. Морти слушался только людей, мьютов воспринимал нейтрально, а вот крысюки этим, сохранившим свои лазерные пушки, роботом, воспринимались как вредители. Если Ваг хотел сохранить для себя безопасное убежище, ему приходилось как‑то выкручиваться, общаться с местными, ладить… иначе бы все они давно бы уже стали едой этих жестоких крысюков.