Криндж. Тетралогия (СИ), стр. 110

– С тобой что, прим раньше ездил? – прозорливо догадался я, оценив вес обоих оружий.

– Да. Спился, – коротко отозвалась длинноногая, – С тех пор одна. Забирайся в кабину, Петрович. Поехали.

– Пожди. Вон у вас кирпичи старые лежат, давай с собой возьмем.

– Ты серьезно?

Вместо ответа я пошёл, взял один кирпич, а потом с размаху швырнул его в воздух так, что он ушёл с коротким злым гулом, скрываясь вдали. Посмотрев на меня, Микаэлла сказала, что знает, где есть кирпичи покрепче.

Ну вот, уже находим общий язык.

Интерлюдия

«Ты нам его обещала, а сама слилась. Не ссы, мы не свалили, а отправились на его поиски» .

Короткая записка, которую крохотная женская ручка придавливает к столу старым, потертым, уставшим от жизни фаллоимитатором. Его упругая мощь давно поистрепалась, розовый окрас пошёл пятнами, а поверхность полна щербин, но как пресс‑папье бывший богатырь сослужит самую важную службу в своей жизни. Особенно как символ.

Две женщины‑цверга, в данный момент выбирающиеся украдкой из запасной базы пиратов, куда совсем недавно перебралась вся шайка, полностью уверены в своем выборе. Эти дамы, брюнетка и блондинка, тащащие на спинах по увесистому рюкзаку, поступают с Артемидой и её ашурами точно также, как сами пираты поступили с Кринджем. Не то, чтобы они были ему нужны… а вот тут, конечно, нюанс есть, потому что цверги, гении механики и других точных наук, пиратам нужны были как воздух.

И, как этот самый воздух, собирались исчезнуть.

– Она посчитала, что мы никуда не денемся… – ворчала черноволосая Морриган, ползя по‑пластунски в коммуникационной трубе, – Бинго, ну что за херня?

– Шевели батонами, дура! – рычала на её задницу блондинка, – Уходим без палева, но нас в любую минуту могут хватиться! Тут всё еле живое! Когда им думать было? Когда весь бардак начался⁈

Это было правдой. Артемида была опытным, надежным лидером пиратов и замечательным прикрытием для двух цвергов, представителей самой редкой и самой желанной расы на Земле. Однако, совершенно никто, включая женщину‑ашура, не был готов к тому, что устроит Криндж в Риме. Да какой Рим, этот злодей всю планету сотряс своими выходками!

Тем не менее, математика была крайне проста. База, защита, лаборатории и мастерские – были для двух девушек (чей внешний вид вот ни разу не говорил об их возрасте!) делом привычным. Они не раз и не два начинали всё с нуля. А вот Криндж, таинственное существо, так сильно отличающееся от любого ашура, был насквозь уникальным явлением. И, расставшись с ним, Артемида потеряла рычаг влияния на цвергов, рассчитывая при этом, что две компактные девчонки изойдут на говно и мозоли, чтобы запилить пиратам такую же шикарную базу, как и та, которую они всем кагалом покинули.

Бегут и падают! Вот просто бегут и падают!

Особенно Морриган. Черноволосая была должна Кринджу, жестко должна. Не то, чтобы это имело для неё решающее значение, но также Морри было дико влом пахать на ашуров, создавая им механику чуть ли не с мусора. Рабочие базы, в изобилии нанятые Артемидой, вполне могли справиться с этим и сами. Ну, раз в сто медленнее и с ошибками. Но разве это важно для цвергов? Они живут, пока их не убьют, так что возраст – это просто цифра!

Выбравшись из базы, две миниатюрные девушки с рюкзаками нырнули в густой лес, простирающийся на десятки километров вокруг. Неоднородно, к счастью, так что им предстояло пройти всего каких‑то пять километров, чтобы попасть на огромную древнюю свалку, которой было уже несколько сотен лет. Расположенный неподалеку мертвый город насыщал это древнее чудовище всё время, пока был жив, а вымер он не так уж и давно. Одна из причин, почему Артемида выбрала такое место. На этой свалке можно было достать много полезных штуковин.

Бинго и Морри в своё время, еще когда разведывали это место, так и сделали. Достали и припрятали. Как знали, что пригодится.

– Ты вот прямо уверена, что он рванул на восток, да? – ворчала блондинка, лихорадочно быстро что‑то прикручивающая в потрохах полусобранной машины, стоящей на кирпичах и без колес, – Прямо точно уверена⁈

– Не тупи! – черноволосая, нервно ковыряющаяся в отдельно стоящем устройстве, напоминающем помесь древнего радиоприемника с реактором, была перемазанной в саже и с царапиной на ухе, но не менее воодушевленной, чем напарница, – У мужиков мозги обожают прямые линии! Он добрался почти до конца Трассы на западе, а теперь попрёт до конца на восток! На кой хрен ему что‑то придумывать, когда под ногами прямая линия⁈

– Ну я не знаю…

– Тебе просто ашуры последние мозги вытрахали. Ты вот когда с обычным человеком последний раз была?

– С одним?

– Ну хотя бы!

– Недели три назад. А с двумя – сегодня утром!

– Вот шлюха…

– Сама то!

Спустя пять минут, доделав прибор, от чего на нем вспыхнули голубым светом налившиеся энергией каналы, Морриган неожиданно озадачилась вслух:

– А ведь он нас может послать, когда найдем. Или удрать. Нас‑то двое, а он один.

– Он и одну‑то не вытянет, если разойдемся, – покивала блондинка, сдувшая с лица упавшую на него прядь волос, – А мы разойдемся. Мужик‑то может…

Это была та еще задачка. Цверги, миниатюрные, красивые и очень‑очень умные, были сплошь нимфоманками самого высокого пошиба. Секс для этих существ был единственным способом временно снять ментальное напряжение, одолевающее их всю жизнь. Как наркотик, только не наркотик.

– Думать будем на ходу! – решительно отрезала черноволосая, озираясь в поисках припрятанных колёс, – Сейчас надо рвать когти. Голо‑пояса проверила?

– Да, образы настроены, включим, как тронемся. Всё нормально, Морри, не переживай. Тащи колеса.

Брюнетка фыркнула, отправляясь, куда её послали. Голо‑пояса, способные замаскировать очень приметный вид цвергов, были техникой очень высокого пошиба сами по себе, но при этом еще и «заточенными» на гуманоида стандартного размера. Перенастроить их на компактный, почти карликовый, размер цвергов было невероятно сложно, но получилось. Теперь представительницы самого разыскиваемого вида на планете могли, при достаточной аккуратности, путешествовать и жить среди других рас. Недолго и с оглядкой, потому что износ голо‑проекторов был необратим.

Возясь с машиной, девушки обменивались впечатлениями, полученными от наблюдения за бывшим полицейским, которого нашёл, спас, вылечил и одел Криндж. Заинтересовавший сначала своим экзотическим обликом, Мурхухн Виверикс быстро отвратил от себя симпатию подслушивавших цвергов, найдя на базе Фредди, а затем, напившись с очкариком и принявшись ему жаловаться на Кринджа. Слушая рассказы полицейского о том, как ехидный гигант «издевался» над ним, Морри едва удержалась от того, чтобы не подлить обоим хамам в выпивку слабительного!

А вот Бинго – не удержалась, правда, поступила в разы подлее. Блондинка, ведомая своим сумрачным разумом, нанесла нужный для прозрения состав на запасы туалетной бумаги, выделенной Мурхухну. Фредди она пожалела, тот, всё‑таки, был человеком семейным, да еще и с ребенком, а вот у бывшего полицейского должен был случиться скорый многоразовый конфуз, закольцованный в круг порочного отчаяния.

Наконец, машина, внешне похожая на творение мусорных панко‑байкеров, была готова. Измазанные в грязи девушки забрались внутрь и, выдохнув, переглянулись.

– Ты уверена, что мы его найдем? – очень серьезным тоном спросила Бингалена, – Назад‑то дорога есть, но…

– Дави на газ, зараза! – тут же буркнула ей в ответ брюнетка, – Найдем. Главное, чтобы он не влип в такое же дерьмо, как в Риме. Не хотелось бы тащить его в Подземье. Он же там всё разнесет! Обойдемся Портом Еретиков. Звони домой, Бинго. Мы возвращаемся.

Глава 3

Развод и девичья фамилия

Как испортить себе жизнь одной фразой, преследуя самые благие намерения? Ну я же Криндж. Могу, умею, практикую. Чуткость по отношению к чаяниям ближнего своего, что может быть лучше? Что стоило мне промолчать? Да ничего, кроме опасения получить заряд в голову из огромного дробовика, пока сплю! А так, достаточно было сказать: «Да пошла ты в жопу, я сойду за тридцать километров до Перекрестка, запарила!»… и всё.