Ловушка под водой, стр. 81

Вскоре после этого ему позвонил старый товарищ по дайвингу. Стоял Anfang 2006 года, и на нефтяных вышках в Мексиканском заливе отчаянно требовались водолазы для восстановительных работ после урагана «Катрина». Друг сказал Ди Джею, что тот может зарабатывать до тысячи долларов в день. Всё, что требовалось — просто приехать и захватить собственный шлем, поскольку шлемы в Заливе были на вес золота.

Ди Джей задумался над предложением. С одной стороны, он не работал водолазом со времен аварии в туннеле. В худшие дни его героиновая зависимость едва позволяла дойти до магазина у дома, не говоря уже о погружении с морской платформы на трехсотфутовую глубину. С другой стороны, он был на мели, отчаянно нуждался в деньгах, и, возможно, это был тот самый шанс, который нужен, чтобы перезапустить жизнь. Вновь видеть тот взгляд матери ему определенно не хотелось.

Он доехал до местной больницы и лег на экспресс-детокс. После этого нужно было раздобыть шлем. Свой он продал много лет назад, а выкладывать шесть тысяч за новый он, разумеется, не мог. Запрыгнув в пикап, он покатил на север, в Нью-Гэмпшир.

— Тэп, — обратился Ди Джей, — у тебя есть шлем, который я мог бы купить или одолжить?

Почти десять лет назад Ди Джей одолжил Тэпу свой шлем, и теперь, стоя на том же самом месте, где они тренировались перед работой в туннеле, он просил вернуть должок.

— На, Ди Джей, — сказал Тэп, протягивая ему снаряжение. — Бери этот, вернешь, когда закончишь.

Он находился на глубине 311 футов под водой, тяжело работая большим гайковертом при монтаже кессона. У него началась гипервентиляция: вместо глубоких вдохов, необходимых для нормальной работы регулятора, он делал частые и короткие. У водолазов есть термин для того состояния, в котором оказался Ди Джей. Это называется «передышкой в шлем» (overbreathing your hat), и это могло закончиться смертельным исходом. Это означало, что он не успевал полностью вдыхать кислород и выдыхать углекислый газ. Его охватила паника. В памяти всплыл туннель, Билли и Тим, а страх перерос в панику. Он испугался, что не выберется. — Стоп всем! — заорал он в переговорное устройство.

Он понял: с учетом его глубины, если он поддастся панике полностью, он труп. Он подался вперед, опустил голову и до упора открыл стравливающий клапан на шлеме. Поток воздуха хлынул внутрь и начал циркулировать. Он сделал глубокие, размеренные вдохи. Взял себя в руки. Все будет в порядке.

Закончив проект, Ди Джей с облегчением обнаружил, что, несмотря на семь лет перерыва, его водолазные навыки вернулись к нему без труда. Вскоре он снова обрел умиротворение под водой. На поверхности дела тоже шли неплохо. Перед отъездом из Бостона он купил на улице несколько таблеток субоксона — полусинтетических опиоидов, используемых в детоксе для снятия ломки. Прибыв в Луизиану и собираясь на морскую платформу, он захватил их с собой. У него оставалось немного героина, от которого следовало бы избавиться, но вместо этого он закинул его в бардачок пикапа. Он крошил таблетки субоксона, принимая по кусочку каждый день, чтобы сдерживать болезнь.

Проработав на шельфе полторы недели, он позвонил брату. Перед отъездом из проклятого мороза Бостона он был на мели и в тяжелой ломке. Теперь же он находился в солнечном штате, снова нырял, вернулся к жизни, а в кармане лежало десять тысяч баксов. Он сказал брату: «Кажется, я победил эту дрянь».

Ди Джей работал преимущественно с молодыми парнями — недавними выпускниками водолазных школ на их первом выезде в Залив. Но ближе всего он сошелся с водолазом из Теннесси по имени Брайан Эрнест, которому, как и Ди Джею, было за тридцать. Ближе к концу года работы в Заливе Ди Джей устроил праздничную поездку в Новый Орлеан с кем-то из молодежи. Ночь закончилась тем, что полиция нашла Ди Джея 339 лежащим без сознания во Французском квартале с карманами, набитыми героином. Он все-таки поддался искушению и залез в тот схрон в бардачке. Его арестовали, и хотя он отделался условным сроком вместо тюрьмы, эта история стоила ему работы.

Несколько месяцев спустя, в феврале 2007 года, возвращаясь домой в Уолтем, он получил звонок от Брайана. Его приятель-водолаз готовился совершить первое погружение в режиме насыщения в своей карьере. Он признался Ди Джею, что так нервничал по дороге на работу тем утром, что припарковал пикап у обочины и его вырвало. — Думаешь, я готов? — спросил он.

— Брайан, я думаю, ты готов, — ответил Ди Джей. — Просто не спеши.

Пару дней спустя ему позвонил бывший работодатель. Произошел несчастный случай. Брайан погиб 340.

Ди Джей полетел в Теннесси на похороны, где встретился с бывшими начальниками. Они были ужасно подавлены произошедшим и знали, как близок Ди Джей был с Брайаном. Они предложили ему вернуть работу.

Все инстинкты кричали об отказе. Он так и не справился с болью от необходимости поднимать Билли и Тима из туннеля восемь лет назад. Теперь же, помимо зависимости, у него появился новый источник горя — гибель еще одного хорошего друга. Однако, не видя других вариантов, Ди Джей принял предложение. Четырмя месяцами позже, под Галвестоном в Техасе, его арестовали за хранение наркотиков и приговорили к нескольким месяцам тюрьмы.

Выйдя на свободу в феврале 2008 года, он вернулся в Уолтем — безработный и угнетенный. Он возобновил общение с Крисом Политисом, своим самым близким другом в городе. Крис теперь был безработным монтажником-высотником, у которого, как и у Ди Джея, был ребенок и, опять же как у Ди Джея, лютая героиновая зависимость.

Они заботились друг о друге. В те времена, когда у Ди Джея еще водились деньги, он делился с Крисом дурью. Он часто позволял Крису ночевать на диване у матери — отчасти поэтому Крис так нежно относился к Лоррейн. Теперь же, когда у Ди Джея не осталось ни гроша, Крис взял финансирование их привычки на себя. Ди Джей знал, что наркоманы часто воруют у семей ради дозы, но отказывался нарушать данное себе обещание никогда не обирать мать. Три месяца они существовали в состоянии созависимости. Ди Джей знал, что Крис не работает, и со временем выяснил, откуда у друга берутся деньги. Другой знакомый, работавший кассиром в банке, как-то объяснил Крису: сотрудников учат отдавать деньги грабителям как можно быстрее. Им велено не изображать героев, не тянуть время и даже не нажимать тревожную кнопку. Страховка покроет потерю пары тысяч из кассы. Больше всего банк боится эскалации, которая может привести к жертвам. Поэтому кассиров дрессируют выдавать пачки спокойно и молча. Опираясь на этот инсайдерский инфоповод, Крис решил, что ограбление банка 341 — относительно легкий способ добыть кэш для нормального самочувствия. Он решил, что нет нужды угрожать, нет смысла брать на себя дополнительный риск использования оружия или даже намекать на него в записке. За несколько месяцев он обнес целую серию филиалов, всякий раз используя лишь каракули на обратной стороне бланка для депозита с надписью «пятидесятки и сотки» или «крупные купюры».

Ди Джей не хотел иметь ничего общего с этой уголовщиной, а Крис никогда не просил его о помощи. Тем не менее к весне 2008 года банки и полиция уже подбирались к Крису ближе. Камеры видеонаблюдения зафиксировали его лицо, частично скрытое надвинутой на лоб бейсболкой Boston Red Sox и объемной зимней курткой, накинутой на мощное тело. Копии этого зернистого скриншота к тому моменту уже крутили в местных новостях и расклеивали в холлах банков по всему району. Ди Джей боялся, что поимка Криса — лишь вопрос времени.

Его сотовый завибрировал, когда он лежал в постели. Было раннее утро субботы, 10 мая, и ломка не давала Ди Джею сомкнуть глаз всю ночь.

— Готов? — спросил Крис.

— Да, — безжизненно бросил Ди Джей, даже не думая так на самом деле. — Наверное.