Инженер. Система против монстров 12 (СИ), стр. 57

Понимаешь, чего стоит свободное мнение

Звенья собираются в длинные цепочки

Линия жизни становится точкой

Строчки и дни, стежок за стежком

Шьют твоё дело с душой и огоньком

Мана сопротивлялась, норовила сорваться, ударить по рукам откатом, но мой Интеллект и концентрация были на пике. Я буквально впрессовывал алгоритм гравитационного коллапса в податливую среду.

Последний узел замкнулся. Фрактал вспыхнул ровным, холодным фиолетовым светом. Структура стабилизировалась. Я открыл глаза. На ладони лежал готовый модуль управления. Откинув верхнюю полусферу, опустил шестигранник в специальный паз рядом с основным рубиновым кристаллом и защёлкнул бронированную крышку «Якоря».

По поверхности шара пробежала фиолетовая волна. Раздался низкий, вибрирующий гул, от которого задрожали полки стеллажей, а у меня заложило уши. Гул тут же стих, перейдя в режим ожидания.

Сборка завершена!

Изготовлен предмет: «Гравитационный якорь»

Количество: 1

Качество: Эпическое

Получено опыта: 1000 × 3 = 3000

И тут я представил лицо Соболева, если ему сказать, что это не подарок Системы, а прибор, выплавленный, собранный и запрограммированный в подвале «на коленке» студентом. Прям любопытно, на сколько градусов упадёт температура?

Я хмыкнул и активировал свой любимый модуль.

— Коннект.

Запущен интерфейс «Техно-Око».

Обнаружено устройство: Гравитационный якорь (ID: 101)

Соединение установлено.

В углу зрения появился новый виджет: ползунок радиуса (от 10 до 300 метров), расход энергии, большая красная кнопка активации поля и «обратный импульс». Прометей, всё это время неподвижно наблюдавший за процессом, склонил голову. Его сенсоры мигнули, анализируя телеметрию прибора.

— Фиксирую потенциальную кинетическую энергию устройства, — произнёс андроид. — Мощность зависит от радиуса. Чем он меньше, тем сильнее эффект. При радиусе в десять метров сила притяжения к центру сферы превысит триста G. Любая биологическая цель будет мгновенно раздавлена собственной массой, а бронетехника спрессована в металлический ком. Создатель, вы только что сконструировали своё самое мощное оружие.

Я посмотрел на сферический прибор, любовно погладил его холодный металл и покачал головой.

— Ошибаешься, Прометей. Самым мощным оружием была и остаётся «Сверхновая». Там чистая, первобытная ярость плазмы. Тот залп выжег всё живое, — я позволил себе хищную улыбку. — Но вот самым необычным и тактически гибким — это да. Представь: мы закидываем эту штуку в толпу мутантов, жмём кнопку, и они все, вместе с кусками асфальта, машинами и мусором, слипаются в один плотный, беспомощный шар.

Я убрал «Гравитационный якорь» в Хранилище. Разгладил пустой пергамент, свернул его обратно и тоже убрал, но в свой личный инвентарь.

— Это нам точно пригодится. Особенно, когда мы пойдём передавать привет личу и его Тёмному Рыцарю. Но сперва нужны испытания. Пошли, я хочу опробовать подарки Системы, а то ты здесь засиделся. Управлять отелем можно и дистанционно.

Поднялся и набросил куртку. Прометей двинулся следом.

Вечернее небо над Красногорском горело болезненным оранжевым заревом. Солнце висело низко, отражаясь в битом стекле на асфальте. Мы стояли на пустыре за торговым центром, в полукилометре от эпицентра — того самого места, куда «Сверхновая» обрушила карающий кулак. Чёрная проплешина выжженной земли была хорошо различима даже отсюда, а дальше начиналась зона тотального разрушения.

Но нас интересовал не эпицентр.

Я смотрел прямо перед собой. В трёхстах сорока метрах высилась девятиэтажная панельная коробка хрущёвской эпохи. Фасад был изувечен: балконы обвалились, оставив рваные бетонные культи, правый торец просел, в стенах зияли дыры от пробивших их лиан. Панелька стояла, покосившись на четыре градуса. Один хороший порыв ветра, и она могла рухнуть сама, в любое время, в любую сторону. Прямая угроза нашим патрульным маршрутам.

Искра и Ершов рассматривали её в бинокли. Рядом застыл Прометей — его сенсоры были направлены на меня, ожидая команд, а здание он уже и так просканировал с помощью дронов.

— Алексей, — Ершов убрал бинокль, обернулся и серьёзно посмотрел на меня, — ты уверен, что хочешь это сделать? Прямо сейчас? Мы даже близко не представляем, как работает этот навык на практике. Может, стоит начать с чего-нибудь поменьше? Сарай? Гараж? Ларёк?

— Тарас, я не для того качал ветку строительной инженерии, чтобы сносить ларьки, — ответил, разминая шею. — Эта панелька — реальная проблема. Если она упадёт сама, обломки перекроют нам дорогу. Навык говорит: контролируемое складывание. Я должен проверить слово «контролируемое».

— Проверить, значит, — Ершов скрестил руки. — Ну-ну.

— «Должен проверить», — Искра опустила свой бинокль и зыркнула на меня с фирменной ухмылкой. — Давай уж прямо: «горю желанием, чешется, не могу усидеть за работой, пока не разнесу что-нибудь большое». Тарас, ты же видел, как он на эту панельку посмотрел? Это же любовь с первого взгляда!

— Шутки потом, — буркнул я. — Отойдите за меня и наденьте очки с респираторами. Оба. Прометей — экран.

Андроид шагнул вперёд и развернул энергетический барьер. Недавно встроил ему эмиттеры, причём кристалл поставил более мощный. Так что щит получился объёмный, как персональный кусок прозрачного забора. Искра и Ершов послушно отступили и надели защиту. Бинокли снова вернулись к ним в руки.

Я вытянул руку перед собой, направив ладонь к зданию, и сосредоточился.

Активирован навык: «Снос».

Мир перед глазами дрогнул. На долю секунды всё поплыло, а потом зрение перестроилось — привычные контуры городского пейзажа покрылись полупрозрачной сеткой, похожей на исполинский каркас из светящейся проволоки. Каждое здание в поле зрения превратилось в рентгеновскую модель. Я видел всё: несущие стены, межэтажные перекрытия, колонны, ригели, арматурный каркас внутри бетона. Видел так, словно кто-то сорвал обшивку и оголил скелет.

Но главное — я видел узлы. Десятки пульсирующих красных точек, россыпью разбросанных по каркасу каждого строения. Слабые места. Трещины, усталостные разломы, перегруженные балки, сгнившая арматура. К каждой точке тянулась тонкая нить информации: процент несущей способности, вектор возможного обрушения, масса давящего сверху материала.

Я уточнил фокус. Остальные здания потускнели. Панелька выступила вперёд, обросла деталями. Система показала мне каждую её болячку.

Экран моего интерфейса развернул тактическую карту объекта и расставил приоритеты.

Объект: Панельный жилой дом, серия II-49.

9 этажей, 4 секции.

Критических узлов: 37

Оптимальная последовательность для контролируемого складывания: Рассчитана.

Расход маны: 180 единиц.

Подтвердить снос?

— Подтверждаю, — произнёс я вслух.

Мана хлынула из меня ощутимым потоком, как если бы из лёгких разом вышел весь воздух. Сто восемьдесят единиц — меньше трети запаса, но отдача пробежала по телу лёгкой дрожью.

Я увидел, как красные точки на каркасе здания вспыхнули одновременно — ярко, ослепительно, будто кто-то включил гирлянду. Мана просачивалась внутрь бетона, находила микротрещины и усталостные разломы, расширяла их, разрывала арматурные стержни, превращала опорные узлы в труху. Не снаружи. Изнутри.

Первые полсекунды ничего не происходило. Здание стояло, как стояло. А потом внутри панельки раздался звук, от которого у меня инстинктивно сжались зубы. Глухой, утробный стон, будто великан застонал от боли. Бетон ломался. Строго по заданной Системой последовательности. Снизу вверх, от первого этажа.

Я видел это в режиме навыка: опорные стены первого этажа лопнули, панели перекрытия просели на считанные сантиметры. Этого хватило. Каскадное разрушение пошло вверх, и вся конструкция потеряла равновесие разом.