Инженер. Система против монстров 12 (СИ), стр. 44
Ботинки коснулись бетона. Я выпрямился и осмотрелся.
Гражданские борта стояли вдоль перронов мёртвой шеренгой. «Боинги», «Суперджеты», пара «Эйрбасов». Разруха и упадок.
А посреди всего этого великолепия — армейский шатёр, два Ми-8 и две БМП-2, стоящие по флангам. Стволы тридцатимиллиметровых автоматических пушек аккуратно довёрнуты в нашу сторону. Не наведены — просто ориентированы. Вежливый такой полунамёк. «Добро пожаловать, мы рады вас видеть, но ствол смотрит куда надо».
За спиной открылась боковая дверь салона. Первой спрыгнула Искра. Рыжие волосы метнулись на ветру. Она одёрнула куртку, окинула лётное поле взглядом хищницы, оценивающей территорию, и подошла ко мне, сунув руки в карманы.
— Волшебник прилетел в голубом вертолёте, — промурлыкала девушка, кивнув на наш «Ансат». — Осталось только бесплатно показать кино.
— Лишь бы не пришлось раздавать эскимо, — мрачно ответил я.
Следом из салона выбрался Ершов. Тарас спустился по ступеньке молча, без суеты. Куртка застёгнута до горла, глаза сканируют периметр. Встал по левую руку от меня. Коротко кивнул.
— Три снайпера, — негромко произнёс он, едва шевеля губами. — Диспетчерская вышка, крыша технического ангара справа и… кажется, за хвостом «Боинга».
— Четыре, — поправил я. — Ещё один в терминале. Второй этаж, у выбитого панорамного окна.
Ершов на секунду задержал на мне взгляд, потом молча принял информацию. Привыкает. Мои обновлённые органы чувств засекли стрелков ещё на подлёте.
Борис и Медведь протиснулись через салонную дверь. «Ансат» — вертолёт комфортабельный, VIP-салон рассчитан на семь пассажиров в кожаных креслах, но когда из него выбираются два берсерка суммарной массой за четыреста кило… ну, скажем, хорошо, что вертолёт уже приземлился.
Борис потянулся и с шумом вдохнул воздух.
— Опа, давненько я во Внуково не был! — довольно произнёс он, озираясь. — Красота. Я отсюда в Анталью летал! Помню, жена полчемодана парфюма в дьюти-фри набрала. А обратно — полчемодана турецкого чая.
— Боря, — Медведь хлопнул его по плечу, — рейсы, боюсь, отменили.
— Ну, будет повод, и тут обустроимся!
Последней из вертолёта выпрыгнула Олеся.
Девочка приземлилась на обе ноги, покачнулась и тут же вскинула голову, разглядывая лётное поле и боевые машины с широко распахнутыми глазами. Русая коса из-под вязаной шапки, яркая куртка и варежки.
Я бросил взгляд на Соболева.
Полковник стоял у шатра — сто метров по прямой. Зимний бушлат, шапка-ушанка с кокардой, руки сложены за спиной. Монументальный, как памятник. По обе стороны от него — два офицера. Классическая мизансцена: командир и свита.
Я видел каждую морщину на обветренном лице полковника, каждую каплю конденсата на пуговицах бушлата и каждое микродвижение мимической мускулатуры.
Когда из вертолёта показалась восьмилетняя девочка, лицо Соболева дрогнуло. Едва заметно. Брови поднялись на два миллиметра. Зрачки расширились. Тренированное самообладание вернуло полковнику каменное выражение за полсекунды, но я уже всё увидел и едва заметно усмехнулся.
Он всё понял. Такое же послание, как пафосный вертолёт. Мы привезли ребёнка на переговоры с вооружённой до зубов военной группировкой, потому что нам нечего бояться. Ни снайперов, ни БМП, ни ваших навыков.
Впрочем, Олесю я заранее проинструктировал:
«Олесь, зверей не доставать. Вообще. Даже если тебе покажется, что дяденьке военному нужно срочно увидеть, какой Шипохвост красивый. Договорились?»
«А Мики и Бузю?»
«Нет».
«А Лунных Теней?»
«Нет».
«А белочек?»
«Олеся Сергеевна, раз напросилась с нами, так будь добра выполнять правила».
«Ла-а-адно…»
Олеся с улыбкой до ушей подбежала к Искре и вцепилась ей в руку. Аня машинально накрыла маленькую ладошку своей и подмигнула девочке.
Прометей: «Создатель, все оперативные единицы на позициях. „Стрекозы“ в режиме пассивного наблюдения. Подтверждаю визуальный и тепловой контроль периметра».
Я: «Принял. Продолжай мониторинг. Если кто-то из стрелков возьмёт нас в прицел — мне мгновенный алерт».
Прометей: «Да, Создатель».
Не хочется, чтобы всё это понадобилось. Серьёзно. Я за мирное сосуществование, обмен технологиями и дружбу народов. Но жизнь дала мне два ключевых навыка: рассчитывать конструкцию на прочность и рассчитывать людей на подлость. Второе, к сожалению, жизнь подтверждает чаще.
Варягина с собой не взяли. Гражданские только утром вернулись из леса. Отель неспокоен. Людей нужно ставить на работы, организовывать вечернее построение — первое в истории нашей фракции, после которого Варягин зачитает свод правил и введёт то, что он ласково называет «распорядок дня». По факту — военное положение.
Оставить эту кашу на Рейн я не мог. Она только недавно признала моё лидерство и запросто может попробовать «перехватить бразды». Так что судьба Варягину служить моим кастеляном и оставаться вместе с гарнизоном.
— Пошли, — сказал я.
И мы двинулись навстречу.
Я шёл впереди спокойным, размеренным шагом. Слева от меня Ершов. Руки в карманах, взгляд направлен на шатёр, лицо замкнутое, непроницаемое. Его «детектор лжи» скоро пригодится.
Справа, на полшага позади, двигалась Искра. Рыжая грива трепалась на ветру. Она шагала с нарочитой ленцой, но я видел, как её глаза бегают по позициям: снайпер, БМП, пулемётная точка, снайпер. Мысленно прикидывает, в какой последовательности будет жарить, если что-то пойдёт не так. Молодец.
Олеся держала Искру за руку и шла вприпрыжку. Коса прыгала по спине. Она улыбалась, разглядывая самолёты, как экспонаты в музее. Для неё это была не дипломатическая миссия, а экскурсия. Именно так и должно быть.
— Лёша, — шёпотом позвала девочка, — а вон тот самолётик с полосочками — это «Аэрофлот»? Я на таком летала с мамой!
— Он самый.
— А мы на нём полетим?
— Нет. У нас вертолёт.
— Наш красивее, — авторитетно заключила Олеся.
Борис и Медведь замыкали строй. Борис вышагивал спокойно, с флегматичностью профессионального грузчика, привыкшего таскать холодильники на девятый этаж без лифта. Медведь — чуть пружинистее, настороженнее. Перебитый нос, тяжёлый взгляд, борода. Если бы кастинг-директор набирал актёров на роли «людей, которые могут сломать вам позвоночник голыми руками», эти двое прошли бы без проб.
Мы приблизились.
Соболев ждал, не двигаясь. Излучал ледяное спокойствие. За его правым плечом стоял Воронов: худощавый, собранный, глаза прищурены. За левым — незнакомый коренастый офицер с красным обветренным лицом, в разгрузке и с АК-12 на двухточечном ремне.
Мы остановились в трёх метрах.
Секунда тишины. Очень насыщенная секунда, когда обе группы изучают друг друга. Считывают, прикидывают, оценивают. Нормальный ритуал хищников, встретившихся на водопое.
Я почувствовал, как взгляды Соболева, Воронова и незнакомого офицера скользнули на долю секунды вверх — выше моего лица. Типичный рефлекс. Системный интерфейс автоматически показывает над головой каждого человека его ник и уровень.
Алексей Иванов — Уровень 40
Взгляд Воронова задержался чуть дольше, чем полагалось бы для вежливого приветствия. Красномордый втянул воздух сквозь зубы. Всё правильно. Видели тех гигантских боссов? Перед вами такой же, только в компактной упаковке.
Над головой Соболева светилось:
Соболев — Уровень 25
Тоже неплохо. Значит, он уже дошёл до порога, за которым выбор специализации. Вопрос только, выбрал ли? Сейчас посмотрим. Активировал «Системное Зрение» и сфокусировался на Соболеве.
Класс: Маг Льда
Специализация: Ледяной Страж
Титулы: Лидер фракции «Рысь», Покоритель Холода
Энергия: 160/160
Мана: 355/355
…
Характеристики:
Сила: 30
Ловкость: 22
Выносливость: 35
Интеллект: 65