Инженер. Система против монстров 12 (СИ), стр. 30

Но главная фишка в другом. Обычный фильтр быстро забьётся нашей щелочной дрянью. Поэтому я добавил в чертёж ультразвуковые излучатели на контур сброса. Трубки будут непрерывно мелко вибрировать, стряхивая налипший пепел, после чего мощные вентиляторы-эжекторы выплюнут его наружу. В двигатель пойдёт чистый воздух.

«Тигель» снова загудел, формуя изогнутые лопатки завихрителей. После за сборку взялся «Верстак». Я как раз закусывал всё это дело пирожком с вареньем, когда в углу зрения мигнул мессенджер фракции.

Степан: «Мы во дворе».

Я: «Почти готово, скоро придём устанавливать».

Обернулся к Прометею. Сенсоры андроида вспыхнули вновь — вынырнул из размышлений.

— Создатель, — доложил он. — Решение найдено. Покрытие на основе аморфного углеродного эластомера с эфириумной присадкой для мгновенной полимеризации. Я подготовил рецептуру. Потребуется один грамм Эфириума. После синтеза загружу вещество в распылители дронов. Однако обязан предупредить: гарантия успеха ниже тридцати процентов.

— Тридцать так тридцать, — я пожал плечами. — Лучше, чем ноль.

«Синтезатор» загудел, создавая принципиально новый мета-материал. Андроид не стал придумывать название, просто указал ряд цифр.

— И ещё, — Прометей чуть склонил голову. — Несмотря на изменения вашей физиологии, я настоятельно рекомендую воздержаться от личного участия в этой авантюре.

Я усмехнулся, вытирая пальцы от пирожка салфеткой.

— Не волнуйся. Я там не нужен. Пилотировать будет Степан, а магичить — Циклон. Моё дело — техника на земле.

Производство вещества закончилось. Очень быстро, но с учётом моего сорокового уровня, это нормально. Как Система и обещала, все мои навыки работают быстрее и мощнее. Голубая вспышка — и весь арсенал готовых деталей, контейнеры с реагентами, распылительная система и сепараторы исчезли в моём инвентаре. Мастерская опустела.

— Идём. Работа ждёт.

Мы с Прометеем поднялись из подвала и вышли во двор. Пепел всё так же неторопливо сыпался с серого неба, оседая на бетоне и крышах. Я повёл андроида к новенькому ангару — огромному, предназначенному для «Вулкана». Ещё вчера тут была пустая площадка, но строительная бригада с её магией ускорения возвела всё это буквально за день. Запах свежего бетона ещё не выветрился.

Внутри ждали Степан и Циклон. Пилот нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Ну? Где твои чудеса техники? — буркнул он. — Сам же сказал, что установка ждёт.

— Сейчас будет.

Я вышел на середину ангара и потянулся к Хранилищу. Объёмное голубое сияние разлилось под перекрытиями. Воздух пошёл рябью, словно над раскалённым асфальтом, и из ничего начал проявляться вертолёт.

Сначала проступил массивный обтекаемый фюзеляж с характерной короткой носовой частью и большими блистерами кабины. Затем высокие стойки шасси, две колонки соосных винтов, торчащие над крышей одна над другой, без привычного хвостового винта. Двойное вертикальное оперение на коротких балках. Чёрные борта с жёлтыми полосами. Ка-32 материализовался целиком, грузно опустился на бетон.

— Красавец, — невольно выдохнул Степан, и вся его ворчливость куда-то делась. Он любил такие машины.

— За дело, — велел я. — Степан, помогай.

Дальше пошла слаженная работа. Я призвал контейнеры, насосный узел и всё остальное. Баки встали строго в центре масс вертолёта, так по мере выработки раствора машину не будет заваливать на нос или хвост. Степан мгновенно сориентировался в стандартных узлах крепления, показывал, где штатные точки фиксации груза в кабине, где можно безопасно вывести шланги.

Я подгонял геометрию рампы под обводы фюзеляжа, крепил штангу с восемью бронзовыми форсунками поперёк брюха. Кристалл в батарее засветился — насос, провернувшись для проверки, дал ровный гул. Степан помог закрепить кассеты с пиропатронами. Штатных пилонов у гражданской машины нет, так что я наскоро скрафтил трубчатые кронштейны и намертво приварил их прямо к основным стойкам шасси.

Тем временем Прометей работал на крыше фюзеляжа, у воздухозаборников двигателей. Не лично, разумеется, а с помощью пары «Хватов».

Дроны демонтировали штатные пылезащитные устройства. Прометей точно посадил на их место мои усиленные сепараторы, законтрив крепёж.

— Сепараторы установлены, — доложил Прометей.

— Отлично, — сказал я и выбрался из машины.

Мы со Степаном и Циклоном отошли подальше, надели респираторы и защитные поликарбонатные очки. Прометей призвал распылители и передал дронам. Манипуляторы аккуратно сомкнулись на баллончиках.

Летуны зависли над винтами и кабиной и принялись методично наносить покрытие. На лопасти и остекление ложился аморфный углеродный слой и мгновенно схватывался, оставляя на поверхности едва заметный маслянистый отблеск.

Степан, наблюдая за всем этим, всё-таки не выдержал и снова нахмурился.

— Лёх. Всё это, конечно, красиво. Фильтры твои, плёнка эта космическая. Но я тебе как пилот говорю — этого мало. Лететь через тучу пепла в тысячу раз хуже, чем в метель. Помрут движки.

— Остальное сделает магия, — спокойно ответил я и перевёл взгляд на Циклона.

Метеоролог, до этого скромно стоявший в сторонке, вздрогнул. Поймал мой взгляд, потом взгляд Степана — и понял, что вся надежда теперь упирается в него. Глаза парня округлились.

— Я… эм… — он сглотнул. — Мне же… только тучи собирать и дождь запускать… В каком смысле — остальное сделаю я?

Глава 11

Над облаками

На разделённом голографическом экране «Техно-Ока» одновременно жили шесть картинок. Четыре «Стрекозы» — снаружи, в небе и на крыше отеля — давали панораму. Пятая, бортовая, смотрела на двор из-под фюзеляжа. А шестая, самая важная сейчас, сидела на приборной панели Ка-32 и глядела в кабину.

Циклон устраивался в кресле с лицом приговорённого к расстрелу, которому сообщили, что казнь состоится не утром, а прямо сейчас. Бледный, с поджатыми губами и слегка расширенными зрачками. Он нацепил шумоподавляющие наушники, подтянул микрофон к уголку рта, пристегнул четырёхточечный ремень и вцепился в подлокотники. Потом отцепился, поправил ремень. Снова вцепился.

Степан, наоборот, выглядел как рыба, вернувшаяся в воду. Пилотское кресло приняло его, словно родное. Наушники, микрофон, ремни — всё легло за секунды, на автомате.

Я откинулся в кресле у себя в мастерской, подтянул тарелку с котлетами из сома. Филе, перемолотое с хлебом и специями, обжаренное до золотистой корочки. Ммм! Наколол на вилку и стал наблюдать.

— Аккумулятор — подключён, — проговаривал Степан, пощёлкивая тумблерами на верхней панели. — Питание бортсети — есть. Топливные насосы… Так, левый — работает. Правый — работает. Давление в гидросистемах в норме. Выходим на предстартовый.

Степан щёлкнул ещё одним тумблером — завыла вспомогательная силовая установка. Вертолёт дрогнул, как живой, просыпающийся зверь. Циклон втянул голову в плечи.

— Запуск первого, — Степан качнул рычаг. Из виртуального динамика в мою мастерскую полился нарастающий свист — турбина ТВ3–117 раскручивалась, набирая обороты. Стрелки приборов ожили: температура газов за турбиной поползла вверх, обороты стабилизировались.

— Первый — в норме, — сообщил пилот. — Запуск второго.

Второй двигатель подхватил тональность первого, и оба турбовала вышли на согласованный режим. Я перевёл взгляд на внешние камеры. Верхний и нижний соосные винты уже сливались в сплошные полупрозрачные диски, выходя на рабочие обороты. Два диска, вращающихся в противоположные стороны. Даже через камеру ощущалась мощь: машина гудела, как чудовищный шмель, разгоняя пепел по бетону площадки.

— Степан, Циклон, слышите меня? — сказал я, прожевав.

— Слышу, — отозвался пилот, не отрывая взгляда от приборов.

— С-слышу… — выдавил маг погоды.

— Циклон. Повторяю инструкцию, — я подался вперёд, упёршись локтями в стол. — Твоя первая задача — аэродинамический щит. Ты должен сформировать вокруг машины «кокон» из чистого воздуха. Постоянно раздвигай пепел перед лопастями и воздухозаборниками. Понял?