Тирион и Теклис (сборник), стр. 22

Оттого-то этот способ передвижения и кажется таким быстрым. Корабль ведь на самом деле идет не быстрее лошади. Просто он продолжает двигаться и ночью, и днем, лишь бы кто-то стоял на вахте. Корабли не устают, а просто мерно приближаются к цели.

Он успел еще подумать, что из этого можно извлечь хороший урок, и провалился в сон.

Разбудили Тириона солнечные лучи, бьющие в круглое оконце, и Теклис, которого шумно тошнило в ведро, стоящее рядом с койкой. Воняло в крохотной каюте зверски.

Тирион аккуратно спустился, постаравшись не угодить ногой в ведро, дождался, когда Теклис закончит, и, кое-как справившись с защелками, выплеснул мутную жижу в иллюминатор, решив оставить его открытым для проветривания.

— Пожалуй, в следующий раз я попробую летать, — простонал Теклис. — У меня голова сейчас отвалится. Для меня каждый следующий способ передвижения оказывается хуже предыдущего.

— Ты привыкнешь. Это может занять несколько дней, но потом тело освоится.

— Искренне надеюсь.

— Не хочешь выбраться на палубу и поискать что-нибудь на завтрак?

— На палубу — да. Завтрак? Какой демон овладел тобой, чтобы предложить эту адскую пытку?

— Ну, я голоден.

— И, несомненно, как всегда, наешься за нас двоих.

— Попытаюсь, если найду какую-нибудь еду.

Тирион помог брату выйти на свежий воздух. Команда уже трудилась вовсю. Матросы драили палубу, начищали медь, сматывали канаты, карабкались по вантам, выполняли приказы корабельных офицеров. Один наблюдатель сидел в «вороньем гнезде», другой стоял возле гигантской фигуры — как будто море, окружающее корабль, нуждалось в постоянном надзоре.

Едва мальчики поднялись по лестнице, как вновь стали объектами всеобщего внимания. Причем взгляды привлекал не только Теклис. Посматривали и на Тириона, заставляя его чувствовать себя неловко, хотя он и улыбался каждому встречному. Он успел привыкнуть к тому, что на него заглядываются женщины, но сейчас на него косились и мужчины.

Тирион повертел головой в поисках Корхиена или Малены, но никого не увидел. Только пара солдат точили оружие и о чем-то болтали, изо всех сил стараясь не выглядеть бездельниками среди всей этой суеты.

— Где нам достать что-нибудь перекусить? — спросил Тирион. Один из солдат ткнул большим пальцем в сторону маленького закута у него за спиной, где, судя по доносящимся звукам, что-то побулькивало и откуда заметно тянуло дымком.

— Я мог бы и догадаться, что вы примостились поближе к еде, — заметил Тирион.

— Говоришь как бывалый ветеран, — фыркнул эльф. — Мы еще сделаем из тебя солдата.

— Надеюсь, — ответил Тирион и заглянул в камбуз. — Можно нам что-нибудь поесть? — попросил он. — Пожалуйста.

Повар улыбнулся и бросил ему две миски и несколько галет, завернутых в большой лист. В протянутую тару кок щедро плюхнул густой рыбной похлебки. Тирион передал одну миску Теклису, другую взял себе, и они двинулись обратно.

Удивительно, но уха оказалась вкусной, а сухари — питательными.

— Тут какие-то чары, — заметил Теклис. — Ну, как с дорожным хлебом.

— Команда должна быть сыта, — ответил Тирион. — Будешь свой суп?

— Что-то не хочется.

— Ну похлебай немного жиденького. Не хочу, чтобы ты умер с голоду еще до того, как мы доберемся до Лотерна.

— Это было бы облегчением.

— Даже не шути так.

Одна из девушек-матросов пристально разглядывала их, и Тирион ей улыбнулся. Девчонка — самая симпатичная на корабле! — тоже улыбнулась и стеснительно потупилась.

— Вижу, ты снова собрался разбивать сердца, — хмыкнул Теклис. Тирион делился с братом некоторыми подробностями своего общения с девушками-охотницами.

— Даже не намеревался, — ответил близнец.

— От намерений до последствий так же далеко, как от рая до ада.

— Кого это ты цитируешь?

— Никого. Только что сформулировал.

— Подумываешь о карьере философа?

— Надо же куда-то податься, если не получится стать магом.

— Сомневаюсь, что у тебя не получится.

— Как знать. Пока что моя жизнь не изобиловала успехами.

Близнецы долго еще сидели на палубе, наблюдая за кипящей вокруг корабельной жизнью. Тирион находил ее бесконечно увлекательной. А Теклис — всего лишь утомительной.

Глава 7

Тирион стоял на носу корабля, глядя поверх головы резной хищной птицы. Неподалеку из-под воды вырвалась стайка летучих рыбешек, и эльф невольно улыбнулся при виде коротко промелькнувшего сверкающего под солнцем серебра.

Ветер наполнял паруса, и судно, казалось, скользило над морем. Зеленые флаги с эмблемой Дома Изумрудного Моря полоскались на ветру.

Матросы перепрыгивали с мачты на мачту, карабкались по вантам, выполняя приказы капитана. Все их действия выглядели в глазах Тириона непостижимыми, но очень волнующими. Пока что ему нравилось все: каждый миг, каждый жест, каждый порыв ветра. Нравилось чувствовать под босыми ступнями твердое дерево палубы. Нравился соленый морской запах.

Мальчик со смехом подпрыгнул, поймал канат и, подтянувшись, оседлал рею. Поначалу корабельные офицеры беспокоились, что он может упасть и сломать себе шею, но быстро убедились, что среди снастей Тирион чувствует себя привольнее любого матроса и перемещается по вантам с прирожденным проворством.

Моряки не делали ему замечаний, пока он не мешал им. Тирион забрался на самый верх, к «вороньему гнезду» второй мачты. Фигурки на палубе казались отсюда совсем крохотными. Здесь мальчик чувствовал себя гораздо более незащищенным, чем на вершине скалы такой же высоты. Впрочем, скалы ведь не качаются, как качается рассекающий волны корабль.

Ветер рвал с него льняную рубаху. Неподалеку на перекладине расселись невозмутимые чайки. Тирион поднялся и, балансируя руками, направился по рангоуту к птицам, но те при его приближении взлетели и с насмешливыми криками принялись кружить над кораблем. Как бы ему хотелось тоже уметь летать!

Заслонив глаза козырьком ладони, Тирион вгляделся в даль. Под толщей чистой воды двигались гигантские фигуры — то ли киты, то ли какие-то легендарные чудовища, обитающие, по слухам, в этих морях. Пока никто из них не обращал внимания на корабль, и Тириона это только радовало.

Вдалеке, в нескольких лигах от корабля, иногда как будто мелькали острова. Иногда они действительно там были. Иногда нет. Вода, куда ни кинь взгляд, слабо мерцала. Дымка походила — только походила — на жаркое марево. Вероятно, море было напоено магией; большего Тирион сказать не мог.

Далеко внизу Теклис помахал брату. Тирион прыгнул в пустоту, ловко поймал висящий канат и, громко хохоча, с головокружительной скоростью заскользил к палубе. Когда ноги коснулись настила, мальчишка кувыркнулся, прошелся колесом и остановился точно рядом с братом.

— Чего ты там выискиваешь? — угрюмо поинтересовался Теклис. Он лежал в плетеном шезлонге и выглядел больнее обычного. Лекарства леди Малены, конечно, помогли ему, но вот путешествие сильно досаждало. Теклис по-прежнему страдал от морской болезни похуже любого гнома.

— Не знаю, — ответил Тирион. — Но, так или иначе, найти это будет трудно. Здешние воды зачарованы, и заклятье посильнее тех, что лежат на Кольцевых горах.

Теклис рассмеялся:

— Ты, как всегда, проницателен, брат. Перед тобой эффект одного из самых мощных и масштабных заклинаний мира. Бел-Хатор и его маги сплели эту кисею, чтобы укрыть Ултуан от людей. Если ты чувствуешь какое-то замешательство, поверь, человек испытал бы то же самое, но усиленное тысячекратно. Входя в ткань заклятья, люди теряются, кружат в лабиринте чар и в конце концов, если не умирают с голода или не садятся на мель, оказываются снова в открытом океане.

— Верю тебе на слово.

— Хорошо. И правильно. — Теклис скорчил рожу, и Тириону показалось, что брата вот-вот опять вырвет. Но он все же как-то сдержал позыв. — Ради богов, как же мне все это ненавистно.