Повелитель Стихий (СИ), стр. 37
Отряды были как небольшие, до пяти человек, так и чуть ли не целые поисковые бригады, человек под тридцать точно. И все сейчас стояли плотничком друг к другу, находясь в состоянии повышенной боевой готовности. Напряжение было такое, что стоит где-то появиться маленькой искорке, как вся гора тут же взорвётся.
И это немного смущало. Никому здесь не нужны были лишние конфликты, а раз люди ведут себя так, словно находятся на пороховой бочке, значит относительно недавно тут что-то произошло.
— Босс, смотри! — тыкнул пальцем Скиф куда-то в сторону.
Переведя взгляд, тут же увидел искорёженные остовы техники, обгоревшие до металла и покрытые толстым слоем копоти. Рядом валялись несколько тел, находившиеся в точно таком же состоянии. Судя по всему, вот нашлась и причина, из-за которой воздух на горе можно было чуть-ли не резать ножом.
— В мешанину не лезем, паркуйся ближе к краю, — скомандовал я Брамсу, продолжая сканировать окрестности.
— Рей, вы уверены? — Герте не очень понравился такой вариант, однако я не собирался менять своего решения.
— Да, можешь не волноваться.
Причины для сомнений были очевидны — если кто-то решит вывести из строя другие отряды, чтобы снизить количество конкурентов, то в первую очередь пострадают две группы. Самые слабые и малочисленные, а также те, кто находится вдали от скопления людей. И мы относились одновременно и к первым, и ко вторым.
Остановившись метрах в ста от крайнего отряда, Брамс заглушил машину. Однако несмотря на удаление от общей кучи, в нашу сторону тут же выдвинулся классический снегоход.
Нехороший знак.
Такой транспорт не мог использоваться для дальних вылазок, а значит его везли с собой прицепом. И группа, которая могла себе позволить нечто подобное, должна была быть очень и очень подготовленная.
— Вечер добрый! — подъехав ближе, водитель с нами поздоровался.
Ну, хотя бы не сходу качает права. Вежливость — хороший знак.
— Добрый, — кивнул я в ответ. Мы уже успели выбраться из «Рысёнка» и разминали затёкшие в долгой дороге конечности. — Чем обязаны?
— Я Дмитрий, представитель отряда Старба. В связи с тем, что на стоянке сейчас находится крайне много различных групп, мы взялись за обеспечение мер безопасности. Попрошу вас стараться воздержаться от конфликтов, по крайней мере на время ночёвки. Если возникнут какие-то неразрешимые разногласия, то все разборки исключительно у подножия горы. С восходом солнца все ограничения снимаются. Какие-то вопросы, претензии?
— Нет, — помотал я головой.
Дмитрий, а точнее его отряд, приятно удивил. В целом, инициатива была более чем разумная, только непонятно, для чего кому-то впрягаться за остальных. И ещё…
Тот сгоревший автомобиль и является причиной того, что появились смотрители за порядком? Или же всё наоборот — яркая демонстрация последствий, если кто вдруг решит показать несогласие?
Уточнять у Дмитрия это не стал, тем более что мужчина уже кивнул на прощание и разворачивал снегоход в обратном направлении. Всё равно требовалось переждать всего-ничего, и лишний раз привлекать внимания — далеко не лучшая затея.
Ночь тем временем вступала в свои права. Солнце полностью скрылось за горизонтом, температура вокруг резко упала на десяток-другой градусов, и вместе с этим Нижние Земли заполнила буря.
Красивое зрелище.
С вершины, на которой мы остановились, открывался поистине замечательный вид. Огромный кусок снежных просторов был как на ладони, и прямо сейчас по нему распространялось северное сияние. При этом совсем не такое, через которое мы с Эмилией шли пешком.
Гораздо более яркое. Насыщенное. Красочное.
Осколки Бури фиолетовыми росчерками появлялись и исчезали повсеместно, не прерываясь ни на мгновение. А главное — несмотря на то, что солнце зашло, света оставалось вполне достаточно, чтобы ориентироваться в полутьме. Освещения было примерно как в сильно пасмурный день.
Хорошо хоть в «Рысёнке» имелось достаточно места, чтобы вполне комфортно разложиться там вчетвером. И в отличие от палаток, в которых размещались большинство других отрядов, в кабине было темно.
Перед сном выпустил наружу нить воли. Будет работать в автономном режиме, сканируя окружающую территорию на предмет незваных гостей. И развеется как раз к утру.
Жаль только, что пока хоть одна нить активно используется, воля не может восстанавливаться. Одну нить я потратил на разведку местности и схватку с крионитом, одну после неё, когда искал подснежники, и ещё одну оставлю на ночь. Так что к утру останется только одна.
Надеюсь, ночь обойдется без сюрпризов.
Стоило мне рухнуть на скамейку, как я мгновенно отключился, напрочь наплевав на твёрдость лежанки. Однако стоило мне только коснуться головой надувной подушки, как я тут же вскочил по тревоге.
Нить воли засекла движение. Так быстро?
Быстро достал телефон и посмотрел на экран. А нет — я умудрился уже нормально так поспать. Четыре часа утра.
Не стал и дальше тратить драгоценные секунды. Спешно надел ботинки и снегоступы, параллельно считывая информацию, которую передавала мне нить воли. Да ладно?
В направлении нашей посудины двигался человек. Не спеша, лёгким прогулочным шагом, не особо скрываясь от кого либо. Вот только двигался так он по двум очень необычным причинам.
Во-первых, на неизвестном была специальная тканевая накидка, обшитая тончайшими глифировыми пластинами. Большой объем стихийной силы такая не остановит, однако преодолеть пассивную защиту некоторых сигнальных артефактов — вполне. Не всех, конечно, но не особо сильных так точно.
А во-вторых, гость являлся единённым со стихией тьмы. Очередная редкая стихия, которая хоть и встречалась чаще, чем жизнь, однако на голову обходила свои базовые четыре товарки. Уверен, что этот единённый не то, что не из Деймора — вероятно он даже не с Нижних земель или Первой Высоты.
Слишком уж полезна была эта стихия, и на её обладателей всегда имелся повышенный спрос. Ведь из таких единённых, как несложно догадаться, получались прекрасные диверсанты.
Откинул полог и выскочил на улицу, делая вид, что проснулся по нужде. На улице стало значительно темнее, чем вечером, и бушующая внизу Буря вместо света давала лишь огромные черные тени.
В одной из которых и прятался лазутчик.
Несмотря на то, что сейчас я смотрел прямо на него, глаза видели лишь пустой снег. Следов, кстати, тоже не было — диверсант предусмотрел и этот момент. Так что если бы не змейка воли, говорящая о том, что в пяти метрах спереди находится скопление стихии тьмы, то я бы ничего и не заметил.
Увидев меня, гость застыл на месте, оценивая обстановку. Я же, ничего не стесняясь, справил свои дела чуть в сторонке, после чего вернулся и остановился у входа в фургон, делая вид, что залюбовался ночным небом.
Однако шестеренки в моей голове вращались с натужным скрипом. И что прикажете, с ним делать?
Да, я смогу его устранить. Думаю, с учётом эффекта неожиданности, это вообще не составит никаких проблем. Вот только сразу после этого сюда заявится его отряд, с которым легко разобраться уже не получится.
Тело тут не спрятать, да и скорее всего они заранее обсудили всех потенциальных жертв. А значит, отыграть дурачка и сделать вид, что мы тут совсем не при чём тоже не получится.
О! Слава всем богам!
Пока я думал, диверсант тоже не стоял на месте без дела и о чём то размышлял. И поняв, что я не собираюсь отсюда уходить, неизвестный просто развернулся и двинулся дальше, направляясь к следующему отряду.
Это была очень хорошая новость. И не только потому, что проблему можно было не решать. Раз лазутчик даже не попробовал что-либо сделать, встретив на пути малейшее препятствие, значит можно было поставить на часы ребят.
Так и сделал, толкнув Скифа и сообщив ему радостную новость, что он заступает на дежурство. Сам вновь завалился спать, развеяв нить воли. Теперь к утру одна-две змейки восстановятся, и можно будет себя чувствовать значительно увереннее.