Зима возмездия (ЛП), стр. 62
Весь клуб был запутанным, с множеством коридоров, залов и закутков. Всё пёстро, кричаще, разношёрстно.Так вот она какая, «игровая поляна»!
Только вот точки, откуда можно было бы охватить всё взглядом, тут не нашлось, и потому Пуласки протискивался мимо людей, незаметно заглядывая в каждую комнату. Поскольку костюм был только на нём, кое-кто отпускал глупые шуточки, но он великодушно их пропускал мимо ушей.
Скоро ему стало порядком жарко, и он расстегнул пиджак и пару верхних пуговиц на рубашке. Даже в более расхлябанном виде он смотрелся как вуайерист. Но под пиджаком у него была кобура с «Вальтером ППК». Если снять — недалеко и до массовой паники, а она ему сейчас была нужна не больше, чем двусторонняя пневмония.
Когда он проходил мимо широкой лестницы, ведущей вниз, до него донеслась душная смесь эвкалипта и резкого хлора. На мониторе прямой трансляции под потолком он увидел джакузи, в котором сидели две молодые женщины.
Не туда ли спустился Торфхофф?
После дневной сауны Пуласки не очень-то улыбалось теперь ещё и в джакузи нырять. Сначала он обойдёт все остальные помещения, а уж потом, в «мокрой зоне», пропотеет в рубашке и пиджаке. К тому же оставался верхний этаж.
Куда же делся этот тип? Чёрт! Сто тридцать евро можно было и сэкономить.
Народу становилось всё больше.
И тут краем глаза он зацепил красное пятно. Резко обернулся — и на мгновение увидел женщину в алом платье, но та исчезла в толпе так же стремительно, как и появилась.
Пуласки приподнялся на цыпочки, вытянул шею. Ничего.
— Ну что, заметил что-нибудь интересное? — спросила пожилая дама рядом с ним.
— Возможно.
Он торопливо протолкался дальше, собрав по дороге несколько ругательств в свой адрес.
А может, всё-таки совпадение? Женщина в красном и последний оставшийся в живых совладелец «Casino Kotten Deutschland GmbH» — в одном и том же месте. Да ещё и на пятый вечер после четырёхдневной серии убийств? Ни за что. Может, они даже знакомы? Может, за всем стоит сам Торфхофф?
Сейчас он не мог исключить ничего. Кроме одного:это не случайность.
Только вот для погони по такому клубу Пуласки был уже староват. Да и в одиночку всё равно ничего бы не сделал.
Он вытащил мобильник и набрал номер полицейского участка в Галле. Слушая гудки, продолжал протискиваться сквозь толпу — туда, где мелькнуло алое платье.
— Эй, ты что, видео снимаешь? Тут с мобилками нельзя, извращенец! — крикнула молодая женщина.
Две её подруги захихикали.
Пуласки и их пропустил мимо ушей. Он шёл вдоль ряда ниш с лежаками — подушки, моющиеся синие спортивные маты. У некоторых полупрозрачные занавески были задёрнуты, даря парам, развалившимся за ними, хоть какую-то крупицу уединения.
Это не помешало Пуласки откидывать занавески и быстро заглядывать в каждую нишу, пока он ждал соединения. Кое-кто из гостей орал ему вслед ругательства.
Наконец на том конце сняли трубку.
— Полицейский участок Галле-ан-дер-Заале.
Пуласки прикрыл другое ухо, назвал своё имя и сообщил, где находится.
— Что? — переспросил голос в трубке.
Пуласки повторил всё, теперь громче, прикрывая рот ладонью.
— Пуласки? — отозвался полицейский. — Вы же тот самый, кто уже звонил и отправил наших коллег к дому этого Торфхоффа. Там никого не оказалось. Так в чём, собственно, дело?
— Возможно, в убийстве. Точнее — в готовящемся убийстве, — сказал Пуласки. — Вам нужно немедленно прислать два патрульных автомобиля, перекрыть Дальштрассе и все подъезды и записать данные всех посетительниц. Я ищу женщину, которая, возможно, подозревается…
— Вы что, с ума сошли?
Да, звучит и впрямь как бред.
— Если не верите — позвоните прокурору Клеменсу в Лейпциг, — сказал он вместо объяснений, от которых всё равно не было бы толку. — Только поторопитесь!
— Хорошо, я ему позвоню, а потом мы пришлём машину. Ждите нас у «Dark Secret» и оставайтесь на связи.
— Спасибо.
Пуласки сбросил вызов.
А пока он заглянет в каждую кабинку и за каждую занавеску в этом сарае, и пусть себе народ верещит — теперь ему было всё равно.
Примечания переводчика:
Свинг-клуб — заведение для пар и одиночек, где практикуется обмен партнёрами и групповой секс; в Германии — легальный бизнес со своей субкультурой и правилами.
«Парный вечер» (Pärchenabend) — вечер, на который пускают только пары; в «не-парные» вечера допускаются и одиночные мужчины, но обычно по квоте.
«Игровая поляна» (Spielwiese) — на жаргоне свинг-клубов: общее пространство, где допустим открытый секс.
«Мокрая зона» (Nassbereich) — душевые, сауны, джакузи.
«Вальтер ППК» (Walther PPK) — компактный немецкий пистолет, классическое полицейское и «джеймс-бондовское» оружие.
Галле-ан-дер-Заале (Halle an der Saale) — крупный город в земле Саксония-Анхальт; рядом — Лейпциг (земля Саксония), где работает прокурор Клеменс.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 44
ГЛАВА 44
— Кто вы такая и что вам известно о Кристиане Квилле? — спросила Эвелин маленькую седую женщину.
— Я здесь работаю, а имя моё не имеет значения, — отозвалась сестра.
Эвелин не стала допытываться: швейцар у входа уже наполовину выдал ей имя — сестра Бригитта.
— Хорошо, пусть будет так. Давайте выйдем.
Фло потянул на себя створку, и они вышли на площадку перед входом. Отсюда мраморная лестница спускалась к посыпанной гравием дорожке, где под фонарём поблёскивал «ауди» Нагорского. Дальше тянулась гостевая стоянка — там, в темноте, осталась машина Эвелин, — а за ней начинался лес. Где-то ухнула сова, и ледяной ветер прошёлся по кронам деревьев.
Сестра Бригитта дождалась, пока Фло прикроет дверь, и быстро огляделась.
— Останемся здесь — тогда нас никто не увидит из окна. — Она зябла в тонком белом халате и сунула руки в карманы. — Я слышала, как доктор Нагорский орал. Даже сквозь дверь.
— Этого и впрямь трудно было не услышать. — Эвелин подняла воротник пальто. — У него часто такие приступы?
— Почти каждый день. Работать в этом санатории — сущий ад. По-хорошему, нам, персоналу, терапия нужнее, чем иным пациентам. А нашему шефу — нужнее всех.
— Почему же вы не уволитесь? — спросил Фло.
Она снисходительно улыбнулась:
— В моём-то возрасте?
В женщине было что-то располагающее — этакая бабушка-домохозяйка; и, судя по всему, унижения начальника ещё не успели окончательно её ожесточить.
— Я слышала, вы расспрашивали о Кристиане Квилле, — продолжила сестра Бригитта.
— Вы его знаете?
— Я была его сиделкой.
— Были? — переспросила Эвелин.
— Его привезли восемь дней назад. Посреди ночи. Ни обычной экскурсии по корпусу, ни знакомства с персоналом, как полагается новичкам, ему не устроили. Тогда я и поняла: с ним что-то не так. К тому же доктор Нагорский поместил его в старом крыле.
— В старом крыле? — переспросил Фло.
— Это позади главного здания. Там держат тяжёлые случаи. Окна с решётками, двери на замках. Доступ туда имеют единицы.
— Например, вы?
Женщина кивнула.
— Я работаю здесь уже пятнадцать лет — считай, стала частью обстановки. Можно сказать, мы с доктором Нагорским вместе ставили этот санаторий на ноги, когда он был ещё молодым врачом, чуть за тридцать.
— И всё равно он так с вами обращается?
— Именно поэтому. Знает, что я никогда не уволюсь и его не брошу.
— Рассказывайте дальше.
— С Кристианом Квиллом контактировали считаные люди: доктор Нагорский, два терапевта и я. Даже ночной швейцар его в глаза не видел.
— Вы всё время говорите о нём в прошедшем времени, — заметила Эвелин. — Что с ним? Он умер? Несчастный случай, его убили?
Сестра покачала головой:
— Нет, не убили. Хотя пытался покончить с собой — таблетками. Но взял не те и остался жив.
— Так что же с ним?
— Сбежал. Пять дней назад. Я знаю это точно: носила ему еду и убирала в комнате. Не знаю почему, но побег замяли.