Путь Строителя 12 (СИ), стр. 51

Мужики закрутили серебро в пальцах, переглянулись и заулыбались, и по этим улыбкам стало ясно, что монеты попали в правильные руки и молчать об этом они не будут. А ведь работали они честно, я не раз видел, как эти двое горбатились от рассвета до темноты, так что плата заслуженная от первого до последнего медяка. Ну и второй смысл у нее имеется, куда без него.

Прошелся вдоль обоза, отыскал среди уезжающих еще нескольких знакомых работяг и рассчитался с каждым. Так правильно, и так надо, и это не разбазаривание средств по случаю их внезапного появления. Деньги появятся еще, а честным человеком надо оставаться всегда, к тому же рабочие руки деревне пригодятся и через месяц, и через год. Мы делаем вещи, настоящую цену которым еще только предстоит узнать, а пока я занимаюсь рекламой, и обошлась она мне сегодня подозрительно дешево.

Обоз наконец тронулся, вытянулся за ворота и вскоре скрылся за поворотом, а толпа начала расползаться по своим делам. Я постоял еще немного и подвел короткий итог раннего утра, ведь день еще даже не начался. Фанера ожила, мыло разлеглось по сортам, а канат пряхи сделают, никуда не денутся, пусть и посчитают меня при этом безруким чудаком. В кошельке у старосты дожидаются семнадцать серебряков, зато репутация уехала в город бесплатным грузом, и такой размен меня устраивает.

Ну что, в добрый путь, теперь главное, чтобы добрались без приключений. А если всё пройдет как надо, обозы совсем скоро потянутся и туда и обратно, со временем в эти края вернется нормальная торговля… И тут меня кольнуло, я ведь даже не уточнил, какой налог полагается лорду с продажи того же мыла.

Помню, были ярмарочные дни, когда Тобас требовал с меня то ли серебряк за место на рынке, то ли все десять. Наверное, все-таки один, хотя и этот один казался тогда неподъемной суммой. Но то были другие цифры, да и деревня была другой. Я торговал копченой рыбой собственного приготовления, и баснословных выручек она не обещала при любом раскладе. Теперь же речь идет про оптовые продажи, причем не внутри земель лорда, а, можно сказать, со столицей.

Казалось бы, копченая рыба и мыло должны стоить примерно одинаково, в моем мире так вообще наоборот, мыло можно урвать куда дешевле. А у меня кусок уходит по цене среднепаршивого дома, и цифры эти выглядят дикими ровно до тех пор, пока не вспомнишь, как работает рынок.

Работает он просто, такого мыла в мире, ну или в ближайших окрестностях, попросту нет, купить его негде и не у кого, и ничего даже отдаленно похожего не добыть. Остается платить огромные деньги, а деньги у кого-то здесь водятся, еще и от родителей достались. Таковы прелести монополии, добавь сюда желание аристократов выделиться любой ценой, и вот тебе ответ, почему мыло стоит золотой, а вкуснейшая рыбка пару медяков.

— Чего нос повесил?

От неожиданности я дернулся, но всё в порядке, это Кральд подошел. Стоит без брони, только перевязь с мечом через плечо, и тоже провожает взглядом опустевшую дорогу.

— Хорошо же, теперь с городом хоть какая-то связь наладится. — усмехнулся он.

— Да хорошо, кто бы спорил, — возражать я и не думал. — Расстраивает другое, не успеваю рыцарей обобрать. Уйдут же скоро, и всё.

— Ха! Это успеешь, не переживай. Они денег с собой немного взяли, всё дома лежит, — хохотнул он. — И вот кстати, слышал я, что ты им мыло продавать собрался и даже что-то уже отдал, а я его в глаза не видел. Некрасиво выходит, если что.

— Так я технологию пока только отрабатываю, — развел я руками. — Но если нужно, могу и дать, бесплатно, в разумных пределах. Оно в производстве не такое уж дорогое и делается быстро… Да и чего рассказывать, пойдемте покажу.

Кивнул в сторону участка и зашагал первым, там как раз досыхают кусочки из разных партий под надзором тетки, Сурика, Дагны и Больда, так что за сохранность ценнейшего товара можно не переживать.

— Да пойдем, чего уж… — буркнул Кральд и недоверчиво поковылял следом.

На участке я широким жестом указал на разложенные разноцветные кусочки, сортов у нас теперь аж четыре, если считать остатки первой пробной партии. Которые, к слову, плохими никак не назовешь, для первой пробы получилось вполне достойно.

— Вот, дарю, — протянул кусок из премиальной линейки, где и цветочный жир, и мед. — Ну и хвойное до кучи. — Следом отправился кусочек из первой варки.

— О как… Это неплохое, кстати, — хвойное Кральд опознал сразу, а вот цветочное понюхал и завис. — А чего оно пахнет так сильно? Это если помыться, я весь буду благоухать цветочками, что ли? — хохотнул он, но я в ответ даже не улыбнулся, и Кральд озадаченно почесал репу. — А нахрена мне пахнуть цветами?

— Ну не знаю, рыцари вон по золотому готовы платить за кусочек, — пожал я плечами.

— Сколько⁈ — Кральд поперхнулся воздухом. — Нет, я знал, что ты пацан охреневший в край, но чтоб настолько? И что, правда платят? Или только обещают?

— Пока ни одного куска не продал, но сегодня всю партию должны забрать. Корвен, барон вроде бы, из столичных. Может, знаете такого?

— Да какой там, я к этой петушиной братии даже не подходил, — презрение в голосе Кральд прятать не стал. — Я земли от нечисти освобождал, пока эти детки винище хлестали по шатрам и думали, чем бы намазаться, чтоб цветочками пахнуть. Не, забери, не надо мне. — Он отложил цветочное мыло и вытер руку о рубаху, но тут же передумал и взял кусок обратно. — Хотя нет, верни. Жене подарю. Если она еще не забыла, как я вообще выгляжу.

— А дочка есть?

— А ты с какой целью интересуешься? — подозрительно прищурился Кральд. — Так-то аж две имеется, но тебе эта информация ни к чему.

— Да просто, вот, тоже передайте, — усмехнулся я и вручил ему два куска обычного цветочного. — Ну и лорду, разумеется, на оценку.

Запасы просели еще на кусок, и на этом фестиваль расточительства, надеюсь, закончен. С другой стороны, варить мыло я могу хоть тоннами, масштабировать настолько примитивное производство не проблема. Было бы сырье, а остальное приложится, и с сырьем мне куда вернее помогут Кральд или лорд, нежели какой-то неизвестный рыцарь из столицы.

— Ну, раз ты так разбрасываешься своими золотыми, которые всё равно вряд ли получишь, подари еще, что ли. Или продай, но по адекватной цене. — Кральд оглядел мыльные ряды. — Есть что-то, чтобы прям драло? Чтоб грязищу с кровью и кожей снимало. А то бывает, кишками облепишься и ходишь в них, пока сами не отсохнут и не отвалятся.

Кстати отметил, что Кральд сегодня в прекрасном расположении духа, а ведь до штурма он ходил суровый и натянутый до предела. Теперь всё позади, человек наконец выдохнул, выбирает себе мыло, торгуется, а не приказывает отдать партию на нужды гвардии. И даже совестно стало, они ведь всё это время воевали, зачищали земли, а я тут стою и мыло рекламирую.

— Вот, дегтярное, — вручил ему темный кусочек. — Залечивает хоть переломы, очищает даже душу, смывает грехи и плохие воспоминания. Пахнет, конечно, не цветами, но дрянь лютая. Можно мыть руки, если кожа дубовая, лицо, если оно всё равно некрасивое, и одежду, если ее всё равно выкидывать.

— Вот это я понимаю, вот это уже наш продукт! — обрадовался Кральд и начал сгребать куски с каким-то особым рвением. — И нашему лорду заверну тогда, раз оно правда такое, как расписываешь. — Спрашивать разрешения он уже не стал и прихватил с рядов еще пару дегтярных. — Он такое уважает, а не эти твои цветочки.

— Берите, и гвардейцам можно, сколько потребуется, я еще наварю, — поднял я руки. — Правда, для этого жир нужен, а наш почти закончился. Еще одна варка, и производство пока свернем.

— Так а в чем проблема? — удивился он, — Давно бы к старосте сходил, пусть предоставит.

— Я и без того брал деревенские запасы без спроса, — признался я. — Слишком хотелось проверить, что получится.

— Без спроса эт нехорошо… — нахмурился Кральд, не переставая при этом выбирать кусочки.

Всего он отложил себе десяток дегтярных, прикинул горку в руках и заключил, что на гвардейцев с солдатами хватит, а в крайнем случае можно нарезать и помельче.