Путь Строителя 12 (СИ), стр. 43

— Ждем, — ровно прозвучало рядом. — Не переживай, все готовы.

Герда не вздрогнула и не обернулась, хотя за весь вечер не слышала ни двери, ни шагов. Муж умеет так, оказаться рядом без единого звука и просто стоять, не вмешиваясь, а сколько он простоял этой ночью, она выяснять не стала. За сорок лет оба привыкли обходиться самым необходимым, и всё необходимое уже прозвучало.

Разбудили меня голоса во дворе, и спросонья сразу вспомнился сон, в котором меня выволакивали из собственного дома трое типов в париках. Неприятно кольнуло, рука сама потянулась в сторону лопаты, но уже через пару ударов сердца стало ясно, что до похищения дело не дойдет. Судя по звуку, двое стоят недалеко от дома и заходить не пытаются, и на том спасибо. Правда, мой домик они обсуждали в таких выражениях, что лучше бы зашли.

— Ну и дыра… — протянул первый, на что его товарищ лишь рассмеялся.

— А чего ты хотел? Такая даль от обжитых земель. Тут и люди диковатые, любой нормальный радовался бы нашему появлению, а эти тупицы даже не поняли, что мы их спасли.

Спасли они, значит, ага… Им действительно не рассказали, что деревня пережила штурм задолго до их появления, и такую заботу наверняка оценит? Впрочем, доказывать что-то не вижу смысла, все равно не поверят.

Я же повернулся на соломе и прикинул утренние планы, благо выспался отменно и тело само просилось в работу. По-хорошему стоит дойти до тренировочной площадки и спустить хотя бы пять единичек Основы, тогда и день пройдет как надо. Время на это есть, все равно жду, пока Дагна закончит лоток, а Хорг со своими работягами дороет канаву, так что размяться можно с чистой совестью.

Поднялся и отодвинул шторку, пора взглянуть на ценителей архитектуры лично. Двое молодых парней в относительно чистой одежде, на поясах мечи, на груди гербы, а вид у обоих такой, будто держит их тут одна жалость. Ну, эти хотя бы гранитный биде не требуют, уже прогресс.

— Да уж, ты на крышу посмотри… — помотал головой второй.

Крыша, между прочим, чинена на совесть, пусть дыру в ней я в свое время проделал сам, изнутри и во сне. Но посвящать гостей в эту историю, пожалуй, не стану.

— Я тебе сразу говорил, никакой это не мастер. Нормальные мастера в хороших домах живут, у них слуги, лошади, мастерская обязательно. А это нищий оборванец какой-то, а не мастер.

— Ну кто ж знал, я думал, врут люди, — пожал плечами его товарищ.

— Конечно врут, мастера они прячут. Скорее всего вон тот здоровый, который сейчас копателей гоняет, он и есть. У него и дом всяко поприличнее будет.

Надо будет Хоргу передать, что он у нас главный мастер и живет в приличном доме. То-то обрадуется. Впрочем, он ведь и спорить не будет, скажет что и без сопливых это знает.

Я же тем временем взял ведерко воды, развернул тряпицу с мылом и занялся умыванием, не отвлекаясь на публику. Хвойный дух пополз над двором, и разговоры за спиной заметно притихли.

— Гм… Хвоей пахнет, — протянул один из них. — Это не такое же мыло, какое нам Корвен продал?

— Да вроде то…

— Так оно же золотой стоит.

— Знаю я, сколько оно стоит. — недовольно буркнул рыцарь, — Этому, небось, из жалости кусок дали. Ты сам глянь, торговал бы он мылом, стал бы жить в такой халупе?

Прерывать утренние процедуры ради такой аналитики я даже не подумал, домыл лицо и взялся за шею с ушами.

— Слышь, чернь. Тебя как звать?

Реагировать не стал, я как бы не чернь. Хотя по местным меркам, может, и чернь, но ярлыки такие не люблю, так что пусть постоит и поработает над формулировкой.

— Тебя Реем звать? — отозвался второй, у которого на гербе корявый кораблик. — Это ты веревки делаешь, нам правильно сказали?

— Да, веревки преимущественно мои, — утер я лицо и наконец поднял на них взгляд. — Купить хотели?

— Я видел веревки, на них у вас решетка висит, которая вместо ворот, — пояснил тот. — Такую сплести можешь?

— Могу, но дешево это стоить не будет, и единственный вариант — пробник. Двадцать метров тонкой веревки, думаю… — я начал прикидывать цену в уме.

— Каких еще метров? Это что вообще? — не понял он.

— Это вот столько, — показал я руками. — И стоить будет, скажем…

Считается тут всё по идее просто, ради веревки волосянке придется скормить как минимум поросенка, точнее ту часть, что останется после разделки на стейки. Поросенок потянет серебряка на три, а с доставкой в нашу глушь и на все четыре, скотина сюда своим ходом не бегает, ее надо подгонять. Сколько нитей выйдет из одного целого поросенка, пока загадка, но точно больше метра, так что запас в цене имеется. Сверху ляжет работа прях, ну а редкость товара позволяет округлить в приятную для меня сторону.

— Тридцать серебряков за метр, — озвучил я результат этой высшей математики. — это если тонкая.

— Да откуда такие цены⁈ — возмутился второй.

— Ты чего, не видишь, дуркует он, — махнул рукой первый. — Всё, пойдем, я на дурачка уже насмотрелся, теперь не так смешно. Лучше в трактир давай.

— Да погоди ты. — отмахнулся рыцарь с корабликом, — Серьезно, ты мастер Рей и можешь продать веревку? И она прочнее обычной?

— Она прочнее любой, которую вы вообще сможете найти, — развел я руками.

На этом завернул мыло обратно в тряпицу и унес поглубже в дом, нечего товару по цене золота мокнуть на виду у целого похода. А когда снова вышел, эти двое так и стояли на месте, первый тянул товарища за рукав, мол, ерунда всё это, зато второй, похоже, все-таки поверил, что я не шучу.

— Но по такой цене никто не купит, пробник тем более. Ладно бы ты партию мог предложить.

— Партия пока нужна тут, у нас и своего расхода хватает, — отмахнулся я и направился к тренировочной площадке, оставив этих двоих и дальше разглядывать мой домик.

А ведь домик мне уже нравится, вот что удивительно. С ним даже связаны теплые воспоминания, и для глиняной хибары с дырявой биографией это серьезное достижение. Правда, строить что-то достойное все равно придется, площадь тут маловата, да и материалы далеко не самые надежные.

И кстати, насчет цен я действительно пока тычу пальцами в потолок, но по-другому реальную цену не узнать. Вот, например, сегодня я услышал своими ушами, что мое мыло перепродается аж по золотому за штуку. Что из этого вылезает? Как минимум здесь и сейчас я могу сбывать его в такую цену и всё равно будут покупать.

Рынок может в какой-то момент насытиться, рыцари закупят себе необходимые запасы мыла и дальше платить не захотят, но… Разве это все рыцари и знатные персоны, которые есть в королевстве? И разве в этом мире всего одно королевство? В общем, покупателя найдем, в этом можно не сомневаться, а вот цена сама сформирует себя. Как только перестанут покупать, значит надо или чуть снизить, или искать другие пути сбыта.

Частокол, пара знакомых улиц, немного мыслей и вот она, площадка. Чучело встретило меня во всеоружии, щит таращился меловой мишенью, пень сверху улыбался во всю рожицу, а мешок с песком висел на жерди и мерно покачивался, намекая на чей-нибудь затылок. Приятно посмотреть на собственное изобретение, деревня до сих пор зовет его убийцей, и это прозвище чучело отрабатывает честно.

Размялся, подхватил тренировочное копье и пошел по кругу. Сначала легкие удары по щиту, уход в сторону, снова удар, жердь пружинила и запускала мешок по новым траекториям, а тело вспоминало, за что его кормят. Пару ударов сдобрил единичкой Основы, и чучело ожило по-настоящему, мешок засвистел злее, так что уворачиваться пришлось уже всерьез. Один раз он все же мазнул меня по плечу, но вскользь, такое и засчитывать стыдно.

Потом отставил копье и для полного счастья порубил воздух лопатой. Со стороны это, наверное, смотрится дико, но в наших краях лопата выручала меня чаще любого меча, и забывать такое оружие я не намерен. Напоследок вернулся к копью подошел к частоколу где закреплены другие манекены в форме свинок, и нанес им пару увечий, деревянное острие оставило на боках вмятины, а песок внутри обиженно зашуршал.