Уроки хороших манер для дракона, или Ведьмы гадостям не учат (СИ), стр. 23
- Чего это вы расшумелись, кнесс..
«Вжух» — массивная подставка просвистела мимо носа мистресс Талулы, заставив ее оторопело замолкнуть. «Хрясь» — смачно впечаталась в стену за ее спиной и выбив в штукатурке приличную дырку, с грохотом полетела вниз. «Хрусть»— по полу и стене зазмеились широкие трещины.
- А-а-а! Убивают! — взвизгнула помощница.
- У-у-у- застонала я, с тоской глядя на повреждения — опять придется ремонт делать!
- К-хм, — закашлялся генерал, и его лицо перекосилось в странной гримасе.
Некоторое время он старательно пытался придать своей физиономии нормальное выражение, а потом захохотал. Негодяй, весело ему! Ненавижу!
Тем временем мистресс Талула начала пятиться, ошалело переводя взгляд со смеющегося генерала на меня и обратно. На лице у неё проступила такая обида, что мне стало стыдно: ну зачем я так пугаю бедняжку?
- Вы убийца, кнессия! А я... увольняюсь! — выкрикнула девушка, опомнившись, и исчезла из кабинета.
Глядя на захлопнувшуюся дверь, я вздохнула: что же я такая косорукая, даже прицелиться толком не могу! И без помощницы на сегодня останусь. Завтра-то мистресс Талула успокоится и, как ни в чём не бывало, вернётся на рабочее место — такое не раз случалось.
Но, спорю на своего несуществующего фамильяра, сейчас она собирает вещички, чтобы уйти, громко хлопнув дверью. А у неё дел невпроворот, и в отстутсвие помощницы заниматься ими придётся мне. Ну что за день такой неудачный? И всё из-за этого дракона!
От расстройства я обвалилась в кресло и снова принялась всхлипывать.
Послышался тяжёлый вздох и меня подхватили сильные руки. Вытащили из кресла.
Усадили на что-то... ужасно похожее на мужские колени! Потом руки легли мне на спину и начали ее гладить.
Я дёрнулась, чтобы сбросить наглые лапы. Проорала что-то вроде «убирайтесь» и «ненавижу». Попыталась слезть с генеральских колен, но мне не позволили.
Вместо того чтобы встать, извиниться и уйти, Дирк-ар-Торн обнял меня еще крепче.
Буквально притиснул к своей затянутой в сукно груди и продолжил молча гладить по спине. Ну а я продолжила рыдать и лить на генеральский камзол слезы, сопли и свои недобрые чувства.
- Как вы могли так поступить, Дарий? я уже почти начала считать вас нормальным, а вы…
— Что я? — тёплое дыхание пошевелило волосы у меня на макушке.
- Обманули меня! Обошлись со мной, как с дурочкой какой-то, безмозглой и недостойной уважения! А я... достойна, хоть и не…
Я осеклась, буквально в последний момент поймав себя за язык и не дав себе ляпнуть то, о чём пожалею. Вместо этого выкрикнула не совсем логично:
— и ни на какой бал я с вами не пойду! Сегодня же напишу королеве, что отказываюсь иметь с вами дело! Еще и ремонт из-за вас в приёмной делать.
- Я исправлюсь. Честное слово! И ремонт сделаю за свой счет, — мой подбородок обняли мужские пальцы и мягко потянули вверх. Передо мной оказались темные, внимательно глядящие на меня глаза.
- Твоему дару ничего не угрожало, Блани, я позаботился об этом. И, конечно, ты пойдёшь со мной на бал. Только перед этим мы с тобой поженимся, — прошептал генерал хрипло. Рвано вздохнул, и чуть шершавые, изрезанные шрамами губы принялись осторожно сцеловывать с моего лица слезы.
36.
Королевский дворец. Дарий Дирк-ар-Торн
- Она мне отказала! — проревел я, врываясь в кабинет Рамстила.
- Кто? — спокойно уточнил он, откладывая перо и делая знак секретарю оставить нас. Пожилой мужчина подхватил папки с документами и, опасливо на меня оглядываясь, посеменил к выходу.
Я прошагал к креслу у окна и обвалился в него. Сжал подлокотники так, что дерево затрещало, и выдохнул:
- Бланшетта! Отказалась выходить за меня замуж
Рам с интересом на меня уставился и протянул, насмешливо округлив глаза:
- Да-а ты что-оо? Наверняка, после этого ты откусил ей голову?
Я возмущенно покосился на него.
- Издеваешься?
- Вовсе нет. Но, зная твои методы решать вопросы, могу предположить всё что угодно.
- Не путай войну и врагов с... Бланшеттой!
Рамстил ничего не ответил, с интересом изучая мою физиономию. Я продолжил калечить подлокотники кресла и переваривать своё возмущение.
- Чем она аргументировала свой отказ? — нарушил тишину Рам.
- Сказала, что о таком муже, как я, может мечтать только совсем отчаявшаяся. А она до такого состояния ещё не докатилась, — пробурчал я недовольно.
- Кхе-кхе…— закашлялся дорогой родственник.
- По спинке постучать?! — заботливо поинтересовался я, снова начиная звереть. —Весело тебе?!
— Что ты! Это я сочувствую тебе от всей души, — просипел Рам и захохотал.
Отсмеявшись, позвонил в колокольчик, вызывая слугу. Через несколько минут на столике у кресла стояла высокая бутыль тёмного стекла и пара бокалов. Рамстил неспешно наполнил их густой темно-золотистой жидкостью и очень серьёзно произнёс:
- Итак, генералу Дарию Дирк-ар-Торну. герою войны, герцогу, кузену короля, богачу и самому завидному жениху королевства отказал. И сделала это никому не известная, неродовитая и бедная, как храмовая мышь, леди. Предлагаю отметить это событие!
Хмыкнув, я поднял свой бокал и отсалютовал им другу:
- За леди Бланшетту!
- За неё!
Некоторое время мы сидели, потягивая напиток и размышляя каждый о своём. Я пытался понять, когда моё отношение к Бланшетте изменилось? Как раздражение и бешенство, которые мелкая, дерзкая кнессия вызывала у меня в первые дни знакомства, переросли во что-то другое?
Думал о том, почему при виде её сегодняшних слёз испытал жуткое чувство вины, хотя не должен был. Всё, что я делал, было сделано для её безопасности. И окажись на месте Бланш кто-то другой, мне было бы все равно, какие чувства вызывают мои методы. Главное результат!
Да, в подобных случаях мне плевать на всех. Но не на Бланшетту и её слёзы.
Ещё я спрашивал себя, почему её категоричный отказ от моего предложения о браке, вызвал... не злость, не возмущение - они появились позже. Вызвал у меня разочарование. Странное чувство, которое надо проанализировать.
Из задумчивости меня вывел голос Рамстила.
- Луциан Гримхарт попросил у меня аудиенцию, как ты и предполагал.
- Что хотел?
- Леди Бланшетту Эмерли в жены, — Рам отсалютовал мне бокалом. — Леди популярна, как я вижу. Может, она отказала тебе, друг мой Дарий, потому что в её сердце засел этот полудохлый некромант?
- Тоже заметил, что он полутруп? — спросил я, игнорируя предположение, что у Блани могут быть чувства к этому поднимателю мертвечины.
— Магия у нас с тобой родственная, хотя мне достался только отголоски дара нашей прабабули. Но даже этого мизера хватило, чтобы увидеть, что Луциан Гримхарт сильно ослаблен, — задумчиво проговорил король. — Ещё некромант попросил у меня доступ в пансион, где работает Бланшетта — хочет сделать ей официальное предложение руки и сердца. По крайней мере, так он сказал. Дескать, они давно влюблены друг в друга, но некоторое время назад поссорились. Бланшетта не отвечает на его письма и старательно игнорирует А он прямо до смерти хочет вымолить её прощение и отвести в храм.
- Урод, — прокомментировал я. — В храм он хочет... Только в какой, интересно?
- В общем, я не сказал ни да, ни нет, как ты и советовал. Но Гримхарт выразил надежду получить мой ответ завтра.
- Получит. Завтра скажу тебе, что ему предложить, — ответил я, отставляя бокал и поднимаясь. — Прости, покину тебя — мне надо повидаться кое с кем.
ЕГО Величество Рамстил неспешно шёл по коридору дворца. Задумавшись, почти не замечал кланяющихся ему придворных и вытягивающихся по струнке стражников. Рассеяно кивнув присевшим в реверансах фрейлинам, зашёл в гостиную супруги.
Королева Элиана сидела на низеньком диванчике возле окна и читала. Отложив книгу, протянула мужу руки.
- Дорогой! Есть новости?