"Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ), стр. 911

Так что единственное, в чём я по-настоящему просчитался — это книга. Я не спрятал её. Не ожидал, что Пётр заберёт её вот так быстро, ещё до того, как остынет тело Гименея. Видимо, он спланировал всё заранее.

Что сказать. Молодец парень. В каком-то смысле я даже гордился им.

Но чтобы высказать это ему в лицо, нужно было, для начала, найти его.

Впрочем, я не торопился. Мы провели в городке у Академии всю последнюю неделю, заканчивая свои дела. Я точно не собирался делать глупости и ехать в незнакомое место наобум и в одиночку, если можно было поступить умнее. А Петя… как я и сказал, он умён. Достаточно умёл, чтобы быть осторожным. Он не станет пороть горячку и не станет делать с книгой что-нибудь глупое.

Значит, время у меня ещё есть.

Мой авторитет у мечников после всего произошедшего был непререкаем; большинство из них были готовы пойти за мной, куда бы я ни направился. Но я не видел смысла шататься по городу с личной мини-армией, а потому отправил их добираться до столицы своих ходом. Сама туда поехала и Елена.

Отказались покидать меня только эти четверо. Лебедевы сказали, что обязаны мне жизнью. Амира решительно заявила, что я — её единственный шанс когда-нибудь вернуть отца. А Хаск… ну, у Хаска был его топор, и этого оказалось достаточно.

Так что сейчас мы, погрузившись в роскошную супер-дорогую мажорскую машину Лебедевых, ехали в столицу, в роскошный супер-дорогой мажорский дом Лебедевых, и по пути я продолжал усиленно думать, с чего начать поиски Пети и книги.

В то, что он не наделает скороспелых глупостей, я не верил. Но вот в то, что он будет бездействовать — я не верил тоже. Он не запрячет книгу в глубокую дыру и не забудет о ней. Скорее всего, Петя намерен вернуть настоящего Стерлинга — но сам он этого сделать не может. Значит, он попытается найти кого-то, кто может.

Кого?

…если бы это было так просто — найти кого-то, что сумеет разобраться с тысячелетним магическим фолиантом, и в то же время согласится сделать то, что ему нужно. Нет, это задача со звёздочкой…

По счастью, он привык щёлкать задачи со звёздочкой как орешки. Недаром же Петя был одним из самых умных людей в Академии. Нет, он не будет торопиться, не станет делать глупостей, чтобы ненароком не превратить плохую ситуацию в кошмарную.

Честно говоря, парню очень хотелось засунуть эту книгу в глубокую дыру и забыть о ней. Но — нельзя. Пока он не вернёт Стерлинга — настоящего Стерлинга — книга нужна ему.

Но и лезть во все эти магические хитросплетения самому тоже нельзя; это может быть попросту опасно. Вон. Стерлинг полез, решив, что он умнее — и где он теперь?

Где бы он ни был, Петя точно не хотел оказаться там же. А значит, нужно искать другие способы. Нужно, чтобы кто-то другой — не он — проверил разные пути, поэкспериментировал с фолиантом…

Трясясь в троллейбусе, Петя погладил книгу, лежащую в шоппере.

Всю последнюю неделю он не вылезал из столичных библиотек. Он ведь не дурак! Сначала — получить информацию. Вот он и получал.

Он прочитал про Сизифа всё, что только нашлось в открытом доступе, а затем поискал ещё немного. Возможно, он теперь знает Сизифа даже лучше, чем сам Сизиф. Тот — знатный мастер побегов от Дита, Бога смерти. И пришёл он в тело Стерлинга именно из царства Дита. Петя был готов поспорить, что настоящий Стерлинг сейчас где-то там, в том месте, откуда Сизиф сбежал.

А значит, нужно искать тех, кто больше прочих знает про Дита, смерть и царство мёртвых.

Выйдя из троллейбуса, Петя быстро преодолел три квартала, завернул в тихую подворотню и достал телефон, чтобы свериться с адресом.

Впрочем, в этом не было нужды. Табличка на дверях и так говорила сама за себя.

«Некро-тауматургическое общество Танат».

Что и говорить, особняк Лебедевых был… под стать всему остальному. Со здоровенным парком, белыми мраморными колоннами, вышколенным дворецким в белых перчаточках и всем таким. Наверное, приятно пожить в таком, когда у тебя отпуск и нет никаких важных дел.

Что ж, у меня были важные дела, да и вся моя поездка в столицу герцогства на отпуск как-то не тянула. А потому задерживаться в особняке надолго я не собирался. Что я могу увидеть и узнать, находясь там?

Так что я шагал, засунув руки в карманы, по трущобам и подворотням столицы, мимо дверей, закоулков и переулков, случайных прохожих, бесконечных плакатов с лицом Антона Кислевского, слухов и в целом всего, что можно было встретить в этом городе.

Общества, которые готовятся к войне, всегда одинаковы. Одни испытывают гордость и причастность, другие — напуганы и не понимают, чего ждать, третьи ничему не верят и никому не доверяют. Но и те, и другие, и третьи всегда пересказывают друг другу слухи.

А именно слухи меня сейчас интересовали больше всего. Например — что же на самом деле говорят в народе про Кислевских, Академию, купол? Виконт Кислевский заставил всех называть своего сына героем, но всегда есть то, о чём говорят громко — и то, что пересказывают шёпотом, оглядываясь по сторонам.

…толкнув дверь захудалой пивнушки — место неприглядное, но именно в таких порой можно услышать больше всего — я сразу понял, что пришёл по адресу. Половина местных клиентов уже сгрудилась вокруг большого стола, и молодой парень с красным лицом и всклокоченными волосами возбуждённо им что-то пересказывал, взмахивая кружкой.

Я подошёл поближе; в пивнушке никто даже не оглянулся на меня.

— … и все лежал, вся площадь лежит, и не может встать — потому что эти божественные суки включили какое-то своё бл*дское заклинание. Как будто цепями к земле приковали, и груз навесили…

Ну, что я говорил? Пристроившись на стуле сбоку, я тоже стал слушать.

— А чего они хотели? — выдохнул один из слушателей, молодой парень максимально простодушного вида.

— Убить всех, конечно! — воодушевлённо отозвался краснолицый. — Ритуал как-то. Там всё было какими-то знаками расчерчено, и воздух весь светился от магии…

Ух ты. Светился? Что-то не припомню.

— Каким цветом? — самым заинтересованным и благожелательным голосом, на какой я только был способен, поинтересовался я.

— … чего? — не понял рассказчик.

— Цветом каким светился? — уточнил я. — Воздух.

— Э-э-э, зелёным! — он замешкался всего на секунду, сердито глянув на меня. — Слушай, ну что ты перебиваешь? Не о том же рассказываю…

Я понял руки — мол, молчу-молчу; из толпы слушателей на меня раздражённо зашикали.

— … в общем, — сориентировался рассказчик, возвращаясь к своему повествованию. — Мы просто лежим — и всё. И никого. Пошевелиться не можем, не то что убежать. Все уже к смерти приготовились, никакой надежды на спасение. И тут врывается Антон — в руке меч…

— Погоди, — изображая восторг в голосе, снова перебил я. — Так ты лично там был?

Что-то я не видел его там, на площади. Уж такую красную рожу я бы запомнил.

— В смысле⁈ — возмутился рассказчик, и на меня зашикали ещё громче. — Ну раз рассказываю, значит, был, наверное, да⁈

— Нет, но я думал, может, просто пересказываешь… — я развёл руками. — А ты прям оттуда… круто, чел!

— Оттуда! — отрезал краснорожий. — Так вот…

Подперев голову кулаком, я зачарованно слушал. Люблю сказки, знаете ли.

Впрочем, рассказ о событиях на академской площади в исполнении этого парня приобретал невиданные размах и удаль; он напоминал уже не сказку, а скорее фентези-эпик. Здесь Антон лично и в одиночку вырезал Богов, а когда те, запаниковав, пытались совершить ритуал — останавливал их, победив подлого Гименея в честной схватке. Гименей, конечно же, изо всех сил пытался сделать схватку нечестной, но доблестный рыцарь в белых доспехах всё равно его одолевал.

Что за спектакль здесь происходит, мне было понятно ещё после «светящегося зелёным воздуха». Кислевские, к сожалению, не дураки, и тоже понимали, что слухи пойдут плодиться. А потому, очевидно, заплатили типам вроде этого, чтобы они ходили по кабакам и распространяли свою, «правильную» версию произошедшего.