Меня не сломать. Развод (СИ), стр. 26
Мне никогда не было ТАК хорошо… И так стыдно, запретно, одновременно сладко и горько…
Почему-то я до конца ему не верю… Сомневаюсь в своей для него ценности, комплексую…
И дело не в нем вовсе – он всю ночь старался вернуть мне растоптанную самооценку, шептал, какая я красивая и аппетитная, желанная и замечательная… Наверное, все дело в ядовитых словах мужа и моей к ним восприимчивости?
Интересно, почему человек так легко верит в ложь и относится легкомысленно или поверхностно к комплиментам?
Или только я такая неправильная?
– Лев… Левушка… Прости, я не храпела? – сонно потягиваюсь я.
Кожу саднит от его поцелуев, касаний… Он всю меня зацеловал, заласкал… Да и я, что уж скрывать, не отставала…
– Нет. Надь, это безумие какое-то… Я снова тебя хочу… Ты просто… магнит. У меня никогда такого не было, чтобы так…
Он подхватывает мою ладошку и накрывает ею свой пах…
– Погоди, я только… зубы почищу, – сиплю я, вмиг срываясь с кровати.
– Я с тобой. И душ примем, если ты не против, – поднимается он следом. Такой большой, сильный...
– Нет, разве от такого можно отказаться? – густо краснею я.
Мы ни о чем не говорили… Наверное, только в юности можно разбрасываться словами и давать обещания, не боясь нарушить слово…
Или признаваться в любви, чтобы через время превратиться во врагов…
Не нужны мне его признания. Пусть все происходит постепенно, медленно… Не готова я прыгать в омут с головой в новые отношения…
Когда все заканчивается, Лев еще долго держит меня в объятиях… Целует в шею, обнимает, словно благодарит за доставленное наслаждение…
Смывает с меня пену, не переставая любоваться моим телом…
– Ты очень красивая, Надь…
– По-моему, мы кое о чем забыли, – прячу я взгляд.
– Прости… Они остались под подушкой. Пусть все останется как есть, ладно? Не нужно бежать в аптеку и принимать всякую гадость. Пообещай, что ничего страшного не сделаешь, если…
– Хорошо, обещаю.
Боже, только этого мне не хватает… Я, вообще-то, еще замужем… И никак не могу поставить точку в нашем со Стасом браке… Что делать? Стоит ли скрывать ото всех отношения со Львом, или…
– Надь, ну, чего ты опять нагрузилась? Все ведь хорошо…
– Ничего… Снова думаю о своей жизни. Столько всего… нерешенного.
– Переезжай ко мне, – шепчет он, прижимая меня к груди.
– Я и так живу в твоем доме, Лев.
– Я не об этом. Надька, я настроен серьезно. Может, ты ждешь каких-то слов и обещаний, а я…
– Я совсем не жду. Правда… Я, наоборот, не хочу торопиться… Лев…
Вода тихонько шумит, обволакивая наши тела, согревая и смывая пену… И мое напряжение потихоньку разрушается, позволяя прорасти в сердце веточкам привязанности и доверия… Почему это в меня нельзя по-настоящему влюбиться? Чем я хуже какой-то Камиллы? Черт, я снова думаю о них… Слишком все живо, больно, рано…
Сердце еще очухаться не успело от боли потери, а тут… новая любовь…
– Тебе неудобно добираться до города, Надюха. Так что мое предложение в силе. Буду рад, если вы с Катюшей поселитесь у меня…
Ну и ну… Вот так сразу?
– Я подумаю, Моисеев. Для начала я хочу познакомиться с твоей семьей – мамой и дочкой. Может, я им не понравлюсь?
– Ты не можешь не нравиться.
– Могу. Ты преувеличиваешь мои достоинства.
– А ты не верь мнению всяких придурков, вот и все. Я уверен, что твой муженек втайне мечтает тебя вернуть, потому и тянет с разводом.
– Не знаю... Способ он, конечно, выбрал ужасный... Проверки, крысы, привлечение миграционной службы... – бросаю, вытираясь полотенцем.
– Он по-другому не может... Как собака на сене. Пытается усидеть на двух стульях – и девку свою не торопится бросать, и с тобой ему неплохо... Ладно... Я ему тебя не отдам, так и знай, Надь... И я ему благодарен за то, что он изменил. Прости, если это звучит жестоко. По-другому мы бы не случились... Нас бы не было...
– А мы уже есть?
– Еще как... Мы есть, Надь. И я не намерен отступать... Больше нет...
Лев выходит из ванной, а я остаюсь наводить марафет. Сушу волосы, но макияжем пренебрегаю – я и без того свежая и румяная, с горящим взглядом и красными, пухлыми губами. Вот что с женщиной делает хороший мужик...
– Надь, тебе звонила Маслова, – стучится в ванную Лев.
Черт... Если адвокат звонит в выходной день, да еще и так рано, случилось непоправимое...
– Спасибо, да тут... И Филипповна звонила. Господи...
– Надь, успокойся. Мы со всем справимся... Скорее звони им. Сначала Масловой.
Лев суетится, с трудом скрывая волнение.
– Алло, Вероника... Что-то стряслось?
– Да. Оказывается, на Стаса были оформлены кредиты... И теперь его адвокат требует раздела обязательств. Вам что-то известно об этом?
– Как это... Я не знала ни о каких кредитах, ничего не подписывала. И не могла быть поручителем...
– Надежда Александровна, можно доказать, что вы не знали о кредитах, и запросить выписки со счетов Стаса. Уверена, Станислав тратил деньги на свои личные нужды.
– Вероника, о какой сумме речь? – дрогнувшим голосом спрашиваю я.
– Десять миллионов.
– Кошмар просто... Это мне половину выплачивать?
– Не торопитесь... Я намерена доказать, что кредит оформили без вашего согласия. И деньгами вы не пользовались в личных целях. Давайте не будем паниковать?
– Постараюсь.
Глава 37.
*Надежда*
Как тут не паниковать? У меня руки трясутся, в горле вмиг ком вырастает… Сколько он будет меня мучить? Не любит, так пусть отпустит…
– Надь… Наденька… Не плачь, прошу тебя, – обнимает меня Лев. Гладит по волосам, целует в лоб…
– Я не понимаю вас, мужиков. Он унижал меня, Лев. Высмеивал в разговорах со своей любовницей, жаловался. А теперь развод не дает. Как так?
– Он привык, что последнее слово всегда за ним. Вот и все. Только в этом дело. Не он тебя бросил, а ты его… И ты посмела без него стать счастливой: похудеть, открыть бизнес, выжить… Надь, Маслова докажет, что ты ничего не тратила. И, вообще, не знала об этих деньгах. Это несложно… Все, чего добьется Стас – снова потянет время…
Лев целует меня, успокаивает, а я… Почему-то, именно сейчас вспоминаю о его Рите. Кто она такая? Может, он на два фронта трудится? А, что, это ведь так удобно… Одна баба нервы треплет, можно на время к другой переметнутся…
Хочу ему верить, а в душе против воли сомнение рождается…
Мы ничего толком не знаем друг о друге… А он съехаться предлагает…
– Спасибо тебе… Лев, я могу кое-что спросить у тебя? Хотя… Наверное, не стоит? Ты все равно честно не ответишь, – качаю головой.
Хорошенькое дело – начинать отношения с недоверия. Стас будто запрограммировал меня не верить никому…
– Почему это не отвечу? Ну, ты даешь… Надь, этот хмырь, он… Теперь ты все будешь пропускать сквозь призму его слов и суждений? Твой муж – непререкаемый авторитет для тебя, так? И все, что он сказал – единственное, чему можно верить… И его поступки – мерило поступков других мужчин. Так, выходит?
– Получается, что так… У меня не так много опыта, чтобы говорить обо всех, – хрипло произношу я. – Ты прав, Лев… Я всех сравниваю со Стасом. И не потому, что люблю его, вовсе нет. Скорее, я его ненавижу. Терпеть не могу… И себя… за то, что верила ему и любила. Просто… – потираю плечи, невольно от него отстранившись.
– Надь, что тебя волнует? Разве я дал повод…
– Дал. Тебе какая-то Рита писала…
Боже, какая же я дура… Пообещала ведь себе, что никогда больше не буду проявлять слабость, ревновать, допрашивать…
– Черт… Была такая. Неужели, ты думаешь, я не решил с ней все, перед тем, как… У меня были с ней отношения, да… Я ничего не обещал, сказал ей честно, что планов в отношении нее не строю. Мы разошлись. Она стала время от времени мне писать.
– Лев, как ты не понимаешь, что с тобой нельзя не строить планов? Ты ведь…