Магазин волшебных питомцев. Дилогия (СИ), стр. 98

Янтарный кролик посмотрел на мир с ленивым достоинством вельможи, которого разбудили к завтраку. Густая рыжая шерсть с глубоким янтарным отливом мерцала, будто каждый волосок был стеклянной трубочкой, наполненной расплавленной медью. В тусклом свете торгового зала зверёк сиял, как маленькое солнце.

Первой исходящее тепло почувствовала Таня. Она стояла ближе всех.

– Ой… – женщина приложила руку к виску. – Ой, девочки…

– Что такое? – встревожилась Елена.

– У меня… только что… – Таня опустила ладонь и посмотрела на кролика расширенными глазами. – У меня прошла голова. Совсем.

Она шагнула к прилавку, не отводя взгляда от зверька. Осторожно протянула обе руки, будто к святыне. Кролик позволил себя взять. Его уши развернулись в стороны, свечение усилилось. Мягкая золотистая волна окатила Татьяну до макушки.

Женщина закрыла глаза. Жемчужное ожерелье мерно поднималось и опускалось на её выдающейся груди. Тишина длилась секунд пять. Потом она протяжно выдохнула, будто дышала по‑настоящему впервые за долгое время.

– Господи… Это чудо.

– Целительное тепло, – я произнёс негромко, но так, чтобы слышали все. – Его аура снимает усталость, боль, спазмы мана‑каналов. Ранг D, но потенциал развития высокий. Рекомендуется людям с хроническими головными болями и напряжением.

– У Тани мигрени, – подтвердила Елена. – Страшные, по три дня лежит. Витенька не может помочь, хотя сам целитель.

– Сапожник без сапог, – подтвердила Ирина.

– Сколько? – Таня даже не открыла глаз. – Называйте.

– Я тоже хочу! – Нина попыталась дотянуться до кролика. – Таня, дай подержать!

– Нет, мой, – Таня прижала зверька крепче.

Ирина, баюкая своего Крылатого на сгибе локтя, наблюдала с выражением человека, которому достался лучший лот, и он это знает. Я честно сомневался, ведь у неё просто декоративка, а это – настоящий профи. И его магия стоит дороже, пусть ранг и ниже.

– Триста? – предложила Нина.

– Триста пятьдесят, – ответила Таня, открыв глаза. – Денис, триста пятьдесят тысяч. Только не отдавайте Нине. Мне он нужнее. Правда нужнее!

Нина открыла рот, чтобы перебить. Но посмотрела на подругу. На её расслабленное лицо, на то, как разгладились морщинки вокруг глаз, на то, как ровно и спокойно она дышит. И закрыла рот.

– Ладно, – Нина поправила платиновую чёлку. – Ладно, забирай. Но мне тогда тоже что‑нибудь!

Глаза женщины горели решимостью потратить деньги. Я сделал вид, что обдумываю. Триста пятьдесят тысяч. Мог бы попробовать выжать больше, но не стану, как и с первым.

– Триста пятьдесят. Идёт.

Таня притиснула Янтарного кролика к щеке. Ушастик, расплющенный о женское лицо, невозмутимо шевелил носом, а целебное свечение угасало и разгоралось в такт биению его сердца.

– Назову его Лучик, – объявила Таня. – Нет. Солнышко. Нет, Лучик. Да, Лучик.

– Прр‑родано! – Архимед чувствительно стукнул когтем по моей ключице. – Следующий лот! Мышки! Кр‑р‑расавицы!

Я посмотрел на какаду. Попугай работает на чистом актёрском таланте. Почти заслужил процент с продаж в виде орехов.

– Мышки? – Нина повернулась к птице. – У вас есть мышки?

– Есть, вон там. Разве не заметили?

Обогнул прилавок и подошёл к стеллажу, на котором стояли террариумы с мышами. Пришлось рассадить их, чтоб не мешали друг другу такими особенностями, как электрические разряды.

– Коллекционная серия, – сказал я. – Волшебные, эволюционировавшие. Е‑ранг, каждая со способностью. Четыре типа.

Маленькие существа уже давно проснулись от шума и суетились за стёклами. Я указал на первый отсек.

– Здесь у нас Лунные мыши.

Один из серебристых зверьков со светящейся шёрсткой сидел на горке опилок и умывался. Остальные искали, чем поживиться. Нина припала к стеклу.

– Они… светятся?

– Постоянно. Живой ночник. Идеальны для спальни, подходят как для взрослых, так и для детей.

– А вот эти? – Нина перешла ко второму отсеку. – Ой! Почему они… искрят?

Между усиками мыши проскочила крошечная молния. Зверёк дёрнул носиком и пошуршал по дну, оставляя за собой мерцающий статический след.

– Искровые. Генерируют микроразряды. Абсолютно безопасные для человека, но не заводите, если живёте в газовом доме.

– А те, коричневые?

– Корневые. Зачатки магии земли. Самые спокойные.

Женщина постучала пальцем в стекло. Ближайшая к ней мышь перевела взгляд и отвернулась обратно. Выглядела она степенно, как маленький профессор.

Я указал на последний отсек, где палевые мышки с тёмными глазками сидели в облачке прохладного тумана. По стенкам террариума стекал конденсат.

– И Туманные. Выпускают невесомую освежающую дымку из особых желёз на теле. Много пьют, проверяйте, чтобы поилка всегда была наполнена. Скоро лето, в жаркую погоду пригодится, между прочим.

– Хочу‑хочу! – Нина выпрямилась и зыркнула на подруг. В голосе зазвенел тот особый металл, что появляется у коллекционеров, потерявших и кролика, и второго кролика, но решивших компенсировать это количеством. – Всех. По две каждого вида.

– По двадцать тысяч штука, – уточнил я.

– Сто шестьдесят, – она мгновенно перемножила и полезла в сумку за телефоном. – Отлично. Это я беру. Никто ведь не собирается перебить?

Подруги замотали головами, наглаживая свои покупки.

– Нина, восемь мышей? – Ирина приподняла бровь. – Ты же не…

– Аркадий собирает чучела и монеты, – отрезала Нина, видимо, говоря про мужа. – А я буду собирать мышей. Живых и волшебных. Это в сто раз интереснее.

– Жена‑коллекционер‑р‑р! – одобрил Архимед. – Гурман! Знаток!

Пока я отлавливал мышей, Архимед переместился на плечо Елене и бубнил ей на ухо: «Хорошая хозяйка! Умная!» – чем растопил её сердце окончательно.

Восемь мышей расселились по двум маленьким переноскам. Лунная пара светилась серебром, Искровые потрескивали, Корневые флегматично жевали кусочки моркови, а Туманные окутали переноску зыбкой пеленой, от которой Нина пришла в такой восторг, что едва не уронила зверят.

Теперь моя любимая часть – доппродажа.

– Дамы, позвольте, я подберу вашим новым питомцам стартовые наборы по уходу. Такие существа требуют особого рациона. Обычный корм ослабит потенциал, магические навыки начнут деградировать. Я бы рекомендовал профессиональную линейку.

Развернулся к стеллажу, где аккуратными яркими рядами стояли шуваловские пакеты и коробки. Элитные корма. Красивые упаковки с тиснёными эмблемами, золотистые пробки на флаконах витаминов. Девяносто процентов покупателей не разбираются в составе, они покупают ощущение заботы.

– Ирина, – я снял с полки мешок «ВитаФауны Голд», – Крылатому кролику нужно усиленное питание для летающих видов. Протеин, магокальций, полиненасыщенные мана‑кислоты. Без этого перья не наберут жёсткости и полёт так и останется коротким.

Поставил на прилавок корм, к нему добавил бутылку витаминного сиропа «Перо Зари» и мешок элитного сена.

– Вот базовый набор на первую неделю. И не забывайте про свежие овощи.

Ирина посмотрела на товары и на кролика, мирно дремавшего в её объятиях. Кивнула без раздумий.

– Конечно.

– Татьяна, для вашего Лучика нужно несколько другое. Акцент на поддержание целительной ауры. Травяные гранулы, экстракты и зелья, полезно также приобрести ошейник с кристаллом, прочищающим каналы…

– Берём. Всё, что скажете, – Таня даже не дала мне договорить.

– Нина Аркадьевна, мыши неприхотливы, но мана‑обогащённый корм удвоит их свечение и активность. Одна коробка вот этих добавок на два месяца. Вам нужно четыре – по коробке на пару.

– Четыре. Давайте.

Дамы внимательно слушали. Ни одна из них не спросила про документы на зверей. Это не входило в картину мира ни одной из них, кроме Ирины. Но и та оказалась слишком счастлива со своим пушистиком, чтобы задуматься о лишнем. Елена Борисовна привела их лично и поручилась – этого достаточно. Они покупали не товар, а доверие. И список на отпечатке чека – последнее, на что они станут смотреть.