Ловелас. Том 6 (СИ), стр. 36

Мы оба с Полли уставились на Рейчел. Та пожала плечами:

— Вроде оставляет ребенка, уболтали. Плачет часто.

Отлично! Я мысленно потер руки.

— Ничего страшного. Больше поплачет, меньше пописает. Женские слезы мало что стоят, через них дамы удаляют из организма гормон стресса кортизол.

Мы поднялись на крыльцо, и Уоллес возник в дверях, как всегда, будто материализовался из воздуха — прямой, с бакенбардами, с непроницаемым лицом.

— С возвращением, сэр, — склонил он голову. — Позвольте поздравить с вашими нью-йоркскими успехами. Мы все следили по газетам. — Он выдержал безупречную паузу. — Ванна готова, ужин через час. Прикажете подавать в столовой или на террасе?

— На террасе, Джон. И позовите всех девушек.

— Как будет угодно, сэр!

В холле пахло свежими цветами и чем-то домашним, из кухни. За стеклянными дверями в сад мелькали фигурки — зайки, готовившие что-то к вечеринке, беготня, смех. Где-то наверху играло радио. Дом жил, дышал, гудел, как большой улей, и это был мой улей.

Полли остановилась у лестницы, сняла перчатки.

— Ну всё, я к себе, отсыпаться. — Она прищурилась. — А ты не забудь: тебе ещё речь на новоселье надо написать, завтра совещания в издательстве. Так что ты того… не увлекайся сегодня с девочками. Побереги силы!

— Полли, — я развёл руками, — ты когда-нибудь видела, чтобы я берёг силы?

— В том-то и беда, что нет, — вздохнула она и пошла наверх.

А я постоял ещё минуту посреди холла, слушая, как звенит голосами мой дом, как стучат за окном молотки строителей, как шелестит под ветром сад, — и впервые за неделю по-настоящему, всем нутром, выдохнул.

Дома.

* * *

Отдохнуть сразу не получилось. Сначала я разбирался с Рейчел — мы вдвоем проверяли все списки, поставки алкоголя и меню по подготовке к вечеринке. Потом дворецкий принес счета, пришлось тоже вникать.

Рутина быстро наскучила, и в процессе мы как-то незаметно для самих себя устроили собственную мини-вечеринку. Спустились в подвал, где был оборудован новый персональный кинозал, включили джаз, выпили. А затем запустили «Питер Пэн» от студии Disney. Картина только вышла, все газеты восторгались мастерством Уолта и его сотрудников.

Я с первого же мгновения заценил глубокие кожаные кресла и абсолютное удобство личного кинотеатра. Главный плюс такого места в том, что здесь можно делать вообще всё, что угодно, не оглядываясь на чужие взгляды. И это, поверьте, история далеко не про детские забавы вроде кидания друг в друга попкорном.

В приятной темноте, под мерцающие отблески проектора, я протянул руку и нащупал тугую резинку чулков у Рейчел прямо под ее шелковым платьем. Она прерывисто вздохнула и чуть раздвинула ноги. Я скользнул пальцами выше, лаская горячую, влажную кожу, постепенно наращивая темп и просовывая пальцы все дальше. Девушка закусила губу, ерзая на сиденье, ее дыхание стало частым, она открыла ротик.

— Ки-ит! Что ты делаешь⁈ — прошептала она, ахая — Не здесь же!

— Здесь! И еще не раз…

На экране Питер Пэн летал по воздуху, командовал ватагой мальчишек в лесу, а тут, в собственном кинотеатре, Рейчел бурно кончала, схватив меня за руку и вздрагивая всем телом. Зайки, что сидели впереди нас, так были увлечены фильмом, что не заметили нашего баловства с Рейчел. Я умело довел ее до пика, и когда она наконец, кончила, выгнувшись и содрогаясь в моих руках, я не дал ей опомниться — мягко, но властно наклонил ее голову к собственной расстегнутой ширинке.

Она всё поняла без слов, послушно обхватила член губами, а я откинулся на спинку кресла, просто держа ее за шею, периодически надавливая и диктуя свой быстрый ритм. Ощущения были просто космическими и держался как можно дольше, периодически поглядывая на мультик на экране.

В финале я попридержал Рейчел за затылок, мощно кончая, и отпустил только когда волна наслаждения полностью схлынула.

Увидеть огромные, удивленные глаза зайки уже после — было просто бесценно!

— Ну ты силен! — выдохнула она, облизывая губы и торопливо поправляя съехавший лиф платья.

Мы немного перевели дух, Камилла принесла нам по бокалу шампанского. Похоже она единственная поняла, чем мы тут занимались, прошептала мне на ухо:

— Вечером ты только мой! Соскучилась…

Ради только одного этого надо было создавать «Ловелас»!

Глава 22

В день новоселья с погодой повезло. Ни облачка, воздух прогрелся по-летнему, и к полудню над Холмби-Хиллз висело то самое золотое калифорнийское марево, ради которого сюда едут со всей Америки.

Гости начали собираться после трёх. Подъездную аллею запрудили автомобили — «кадиллаки», «линкольны», «роллс-ройсы», — и парковщики в белых куртках, нанятые Рейчел, едва успевали отгонять их на дальнюю стоянку возле бывшей конюшни. По дорожкам, обсаженным цветущими камелиями, к дому текла публика — голливудские актеры и режиссеры, деловые тузы, чиновники, нужные люди — все, кого мы звали, и добрая половина тех, кто напросился сам.

Я встречал их на террасе у главного входа, в белом льняном костюме, с бокалом в руке, и жал, жал, жал руки — пока ладонь не онемела. Позади меня, в рядок стояли зайки в корсетах, с ушками и тоже улыбались гостям, приветствовали их.

Первыми из важных прикатили губернатор с мэром — и оба уже подшофе, весёлые, размякшие. Сразу взяли по шампанскому, поразглядывали девушек, уделив особое внимание ногам в чулках.

Губернатор Эрл Уоррен — крупный, представительный, с широким открытым лицом и седеющей шевелюрой, из тех политиков, которым избиратель верит с первого взгляда, — облапил меня, как родного.

— Кит Миллер! — прогудел он, дыша на меня хорошим бурбоном. — Видел, по телевизору как ты Маккарти уделал. Молодчина. Давно пора было кому-нибудь щёлкнуть по носу этого выскочку. Совсем зарвался.

— Мы уже помирились с ним, — улыбнулся я.

Я вопросительно посмотрел на мэра. С Флетчером Боуроном мы были уже знакомы по вечеринке в отеле «Маджестик», когда я познакомился со всей верхушкой города. А еще с агентом ФБР, который охотился на меня. И мне стало любопытно, что они такое отмечают, что приехали к нам уже подпитые.

— Празднуем одно важное событие — на ухо прокомментировал мне Флетчер состояние губернатора, когда тот отошел к зайкам знакомиться — Эрлу Эйзенхауэр твердо пообещал выдвинуть его на пост председателя Верховного суда. Ты понимаешь, что это значит?

— Пожизненная синекура, высшая должность в стране после президентской

— Не только. Либеральные взгляды Эрла известны. Если вопрос сегрегации дойдет до Верховного суда… а он дойдет! Уже сейчас закладываются новые правила в отношении к цветным. Понимаешь, куда ветер дует? А мы тут, в Калифорнии — на передовом крае.

— Да… Высокая политика.

— Именно.

Губер тем временем взял уже Рейчел под ручку ручку, та вела его показывать наше поместье. Мэр тоже не хотел оставаться в стороне. Приобнял обеих близняшек за талии, повел вслед за Уорреном. Те хихикали, похоже Флетчер умудрялся их щекотать через корсеты пальцами.

* * *

К пяти часам поместье уже гудело, кипело, звенело смехом и музыкой. Открытый бассейн голубым зеркалом сиял под солнцем, и вокруг него бурлила самая гуща веселья. У дальнего края, на свежесколоченной сцене под навесом, гремел мой «Рок-н-ролл Экспресс» — Литл Ричард лупил по клавишам, скалясь во все зубы, гитары надрывались, барабаны выбивали тот самый бешеный, заводной ритм, к которому Америке ещё только предстоит привыкнуть. Публика — солидная, взрослая — не устояла: у сцены уже отплясывали твист, вихляя бёдрами, хохоча, теряя важность продюсеры, чиновники…. Молодая актриска в цветастом платье крутилась так, что подол взлетал выше приличий, и никто её не осуждал — все были уже в том градусе, когда скоро начнутся разные безобразия.