В объятиях пламени (СИ), стр. 8

— Не понимаю, — не сдержался Арген, — я шесть лет работал один, и все было в порядке. Как так получилось, что Бог во мне уверен, а командование сомневается?

— А с чего вы взяли, что Бог в вас уверен? — поинтересовался приор.

— Ну… — каратель помолчал, затем наклонился ближе к столу и доверительно сообщил: — Я слышал Его голос во время последнего задания. Он меня похвалил.

— Похвалил, — выразительно повторил Вайс. — Но ничего не сказал о том, что вам нужно дальше работать одному и никак нельзя присоединяться к пятерке Пеллека?

Арген вздохнул. Плечи обвисли.

— Мне это казалось очевидным.

— Так вот, смею разочаровать, но это совсем не очевидно. Вы поступите в распоряжение сержанта уже сегодня. Или так, или у вас будут проблемы. Все ясно?

— Да, — упавшим голосом ответил он.

Карателей вне ордена не бывало. Закон соблюдался строго.

— В таком случае вы свободны. Господь милостив.

Арген развернулся, не став повторять традиционную фразу. Его переполняла злость, и происходящее он ничьей милостью отнюдь не считал.

Уже у самых дверей каратель не вытерпел и повернулся.

— Отец Вайс, вы когда-нибудь убивали?

Приор, успевший погрузиться обратно в бумаги, удивленно приподнял от них голову.

— Нет. Духовенству запрещено отнимать жизнь.

— Значит, и никогда не убивали тех, кто стал вам ближе семьи. Вы не понимаете карателей и не поймете, пока с вами не случится то же самое. Надеюсь, оно случится.

И он вышел, не дожидаясь ответа.

Уже выскочив из здания, Арген вдруг осознал, что так и не сообщил Вайсу о своих подозрениях насчет «нечестивцев», которые увозили перстень на юг. Однако возвращаться уже не хотелось.

Что ж, как-нибудь в другой раз. В конце концов, если следовать логике самого Вайса, ведь Бог не приказывает делать это прямо сейчас? Ну а значит, отчет подождет.

Глава 2

Арген знал, что попадание в пятерку неизбежно. Знал — и все равно злился, шагая по монастырю так яростно, что монахи в смятении расступались, лишь завидев его впереди.

Всего несколько дней назад он поддевал Вигера на эту тему, ехидно подмечая, что если каратели владеют магией и прекрасно тренированы, то им незачем ездить всюду впятером. Но это делалось не потому, что слава карателей была преувеличена и те не могли противостоять врагу в одиночку.

Все слабы перед дьявольскими соблазнами. А магия соблазнительнее золота, женщин и долгой жизни, потому что она способна дать все это сразу, причем поразительно дешево. Нужно лишь найти подходящий артефакт. Или того, кто такой артефакт создаст.

Каждый каратель хоть раз испытывал искушение поддаться. Большинство боролось, но некоторые все же проигрывали. Что далеко ходить за примером — это и произошло со второй пятеркой Аргена. А ведь он там был самым молодым и неопытным…

Арген провел в одиночных заданиях шесть лет — поразительно много. Потому, наверное, он уверился, что так будет всегда. В крайнем случае, не сомневался Арген, он успеет умереть прежде, чем кому-то из приоров стукнет в голову идиотская мысль подсунуть его какому-нибудь несчастному сержанту.

Пеллек несчастным не был. Арген его ненавидел заранее, и из-за тянущегося за ним шлейфа дурной молвы, и просто потому, что теперь придется получать от него приказы.

Сержанта он нашел в монастырском саду. Тот валялся под оливковым деревом с миской винограда в руках и плевался косточками в кружащих неподалеку ос.

Парочку даже сбил.

Увидев его, Арген заставил себя разжать кулаки, так и чесавшиеся кому-нибудь вмазать, и успокоил дыхание.

Драки между карателями наказывались. Склока с вышестоящим в иерархии тем более могла грозить серьезным взысканием, а Арген и так уже сегодня «показал себя» в разговоре с приором. Кроме того, он попросту не был уверен, что победит.

Высокий рост и воловья выносливость Пеллека делали его опасным противником. Еще до присоединения к ордену он отличался бычьей силой, а получив дар и пройдя особую орденскую подготовку, и вовсе превратился в гору мышц, дьявольски стремительную и способную с одного удара вышибить дух даже из брата-карателя. Арген же привык полагаться не столько на физическую силу, сколько на ловкость и изворотливость.

— Привет, Арген, — поздоровался сержант, сбив плевком косточки осу, которая подлетела слишком близко к карателю.

— Привет, — сухо сказал он, проводив взглядом упавшее насекомое.

— Что, зол, да? — равнодушно поинтересовался Пеллек.

— Ага, — согласился Арген. — Не принимай на свой счет. За шесть лет я привык принимать приказы только от Бога.

— Да не волнуйся, я тоже не так чтобы готов от радости в штаны наложить, — хмыкнул он. — Командовать завзятым одиночкой — удовольствие не из больших. Никогда не понимал, что в голове у сопляка Вайса, когда он отдает подобные приказы… Впрочем, он, хоть и приор, даже не сам их придумывает, только по бумажке зачитывает то, что присылают от архиприоров. Ну а с тех что взять… Сложно подчиняться тем, кто Бога вообще не слышит, да, брат?

Арген кивнул. Злость немного развеялась, несмотря на осознание, что им умело управляют. Пеллек оказался не только физически мощным, но и умным. Хитро перенаправил гнев нового подчиненного с себя на безмозглое командование, которое якобы из одних дураков и состоит.

Под оливой затягивалась тишина.

— А ты не слишком-то разговорчив, да? — спросил сержант, видимо, рассчитывавший, что новичок начнет горячиться и поносить начальство.

Арген пожал плечами. Что тут еще скажешь?

— Ладно, — Пеллек хмыкнул, отставил миску с виноградом и поднялся, но вдруг замер, нахмурился и с шумом втянул воздух через ноздри. — Ну и запашок от тебя, брат. Ты когда мылся последний раз?

— Не помню, — честно ответил он. — Спешил сначала доложиться о завершении задания, потом уже отдыхать.

Сержант загоготал так громко и зычно, что два мирянина, шедшие через сад в сопровождении двух монахов, вздрогнули и оглянулись, а увидев, кто смеется, ускорили шаг.

— Ну ты даешь, — Пеллек снисходительно похлопал Аргена по плечу, не переставая смеяться. Его темная с рыжеватыми проблесками борода тряслась, будто живя отдельной жизнью. — Было бы куда торопиться… Бог-то знает, что ты Его волю выполнил, а приор может и подождать. Он, наверное, сидя там в своей клетке и нюхая лошадиные ароматы, только и думал, как от тебя избавиться. Ну ничего, пусть этот неженка вспоминает иногда, с кем в одной упряжке, да?

Каратель опять кивнул. Эти постоянные вопросы в конце фраз, заставлявшие собеседника волей-неволей соглашаться с сержантом, уже начали утомлять. Как и намеки на вонь.

Впрочем, может, к Пеллек стоит прислушаться. Сам Арген о таких вещах давно не задумывался. Ему было попросту не до того.

— Идем, — сержант опять похлопал карателя и хитро подмигнул. — Покажу тебе одну баньку прямо рядом с борделем, где можно хорошенько расслабиться после задания. Заодно с ребятами познакомлю. Они уже туда ушли, а я остался тебя дождаться.

— Ты знал, что я приеду именно сегодня? — удивился Арген.

— Да уж, — протянул тот, глядя на новичка с сочувствием. — Ты явно забыл, что такое работать с собратьями. Конечно, я знал. Как может быть иначе?

Арген склонил голову в знак согласия. Он и правда забылся.

Похоже, приор и сержант правы, а он, Арген, нет. Ему следует вспомнить, как трудиться в команде на благо Господа и веры, а то так можно дойти и до впадения в дьявольское искушение.

Пеллек поманил за собой, и каратель послушно зашагал следом. Вообще-то он знал каждый угол в Мальерте, но решил об этом не сообщать командиру. Пусть считает, что способен чему-то научить «новичка».

Может, они и сработаются.

Глава 3

Эска жила, танцуя. Иногда ей казалось, что если отнять у нее это, сказать, что больше никогда-никогда танцевать будет нельзя, то она тотчас падет бездыханной.