Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 73
Габриелла вздернула подбородок.
— И если вы не верите, что мы ответили на его безумные притязания настолько решительным отказом, каким только смогли, разве вы не видите тела наших рыцарей, павших, но сражавшихся до последнего вздоха?
Габриелла указала на обмякшее, без кровинки в лице тело Родрика на кушетке, на жестоко истерзанные трупы рыцарей Гермионы, лежавшие на полу тут и там.
— Мой паладин и все кавалеры из свиты леди Гермионы пали, защищая нас. Но остановить зверя не смогли. — Габриелла повернулась к Хольманну. — Вмешательство этого храброго молодого храмовника — вот что спасло наши души. Если бы не он, вы действительно обнаружили бы замок, полный вампиров, потому что тварь, несомненно, обратила бы нас всех. Этот молодой человек спас нас и, возможно, всех женщин Нульна. Мы в неоплатном долгу перед ним.
Габриелла присела перед Хольманном в реверансе. Шенк покачал головой и посмотрел на него.
— Правда ли это, храмовник? — прорычал он. — Вы спасли этих женщин от обращения в вампиров?
Хольманн ответил не сразу. Ульрика стиснула зубы. Это был момент истины. До сих пор храмовнику не пришлось произнести ни единого слова лжи. Солжет ли он сейчас, чтобы не нарушить клятву, которую дал ей, — или предпочтет сдержать обеты своему богу и ордену? Ульрика умоляюще посмотрела на охотника, но Хольманн отвернулся в сторону.
— Я… я подстрелил чудовище, капитан, — произнес он. — И мой меч снес его голову с плеч.
Ульрика с трудом сдержала улыбку.
«Отлично, герр Хольманн», — подумала девушка.
Он не лгал, но и не сказал всей правды.
— А эти дамы? — настаивал Шенк.
— Я не видел никаких доказательств того, что они являются чем-то другим, чем кажутся, — ответил Хольманн.
«Да из него бы вышел неплохой законник», — подумала Ульрика.
— Но ведь раньше ты указал на них как на вампиров! — пробормотал Шенк, кивнув в сторону Ульрики. — Вот эту даму ты назвал вампиром в моем присутствии!
У Ульрики в животе образовался кусок льда размером с голову. Она уже и забыла, как они с графиней столкнулись с Хольманном и Шенком во дворе «Головы волка». Заморочить голову охотникам на ведьм не удалось. Теперь остается только драться.
Хольманн сглотнул.
— Тогда… я полагал, что так и есть. Я увидел ее в бою и счел, что нормальная женщина не может обладать такой силой и ловкостью.
Он скривился, и Ульрика подумала, что храмовник готов расплакаться.
— Но впоследствии она доказала свою человеческую природу. Дело в том, что она — дочь боярина, знатного воина. Она дважды спасла мне жизнь от приспешников этого чудовища. Мы сражались против него плечом к плечу.
— А не очаровали ли тебя, мой мальчик? — рявкнул Шенк. — Мы видели этих двух дам вместе. Ты указал вот на нее! И сказал, что видели ее клыки!
— Когда это случилось? — быстро вмешалась Габриелла. — Я не припомню, чтобы встречала храмовника Хольманна до сегодняшнего дня.
Шенк повернулся к ней.
— Ха! Теперь ты лжешь? Вы были в том адском борделе «Голова волка» в Фаулештадте. Мы почти схватили вас, но вы проехались по нам каретой и ускользнули!
Габриелла надменно выпрямилась.
— Бордель? К югу от реки? Что за бред! Ни одна порядочная женщина моего происхождения никогда не появится там!
— Я готов выслушать ваши объяснения, — сухо сказал Шенк. — Но отрицать это смысла нет. Я видел вас там. Мои люди тоже.
— Видели, правда? — надменно спросила Габриелла. — Или вы относитесь ко мне настолько предвзято, что воспринимаете только то, что хотите?
Она подняла руку и пригладила сбившуюся прическу.
— Что ж, расскажите мне. Как у меня были уложены волосы? А Ульрика — она была в парике или без него, вот как сейчас?
Шенк фыркнул.
— Не пытайтесь провести меня, графиня. Вы прятали лицо под вуалью, а ваша воспитанница накинула на голову край плаща, чтобы защититься от солнца. Вот они — доказательства того, что обе вы — вампиры, если бы они, доказательства, еще требовались.
Габриелла замерла и крайне недоверчиво уставилась на него.
— То есть вы видели двух женщин. Лицо одной скрывала вуаль, другая укрылась краем плаща, но вы решили, что это Ульрика и я? Серьезно? Капитан, а может, это на вас наложили чары?
Графиня повернулась к людям Шенка, властно наставив на них руку.
— Кто-нибудь из вас видел лица этих женщин? Хотя бы один?
Охотники на ведьм молчали. Габриелла перевела взгляд на Хольманна.
— Храмовник?
Хольманн, окончательно сбитый с толку, покачал головой.
— Нет, миледи, если быть точным. Поручиться не могу.
— Но женщина сказала, что вы будете там! — с красным от возбуждения лицом завопил Шенк.
— Какая женщина? — спросила Габриелла. — Кто оболгал нас?
— Да та же самая, что вызвала нас сюда! — сказал Шенк, поворачиваясь к двери. — Фрау Крохнер, экономка леди Гермионы.
Все собравшиеся тоже посмотрели туда. Но Отилии там не оказалось. Судя по всему, она ускользнула незамеченной в момент жаркого спора. Смутившись, капитан Шенк замолчал.
Габриелла тонко улыбнулась.
— Капитан, я бы не верила словам этой женщины. Я не знаю, какое безумие ею овладело, но верю, что она была сообщницей чудовища с самого начала. Я считаю, что это она указала ему на предыдущих жертв, потому что, безусловно, это именно она призвала его сюда этой ночью.
— Что? — удивился Шенк. — И чем вы можете доказать свои смелые предположения?
— Ее бегство само по себе доказывает мои слова, — сказала Габриелла. — Но есть и кое-что еще.
Габриелла обратилась к Гермионе:
— Кузина, при тебе ли записка, которую мы нашли?
Гермиона смущенно моргнула, но тут вспомнила, о чем идет речь.
— Да! — сказала она. — При мне!
Она вытащила записку из рукава и протянула Шенку.
— Если сличите почерк, то увидите, что ее писала Отилия, — сообщила Гермиона.
— Мы обнаружили ее у одного из пособников чудовища, — добавила Габриелла.
Шенк развернул записку и стал читать вслух:
— «От Гб никаких известий. По вашему приказу уговорила Гм выехать в MX, М скоро прибудет туда же. Карта прилагается».
Шенк в задумчивости уставился на потолок, глаза его затуманились раздумьями. Затем капитан затем перевел взгляд с Габриеллы на Гермиону.
— «Гб» — это, конечно, графиня Габриелла. «Гм» — леди Гермиона. Но кто тогда «М»?
Ульрика напряглась, нервно взглянув на Габриеллу. Как графиня выкрутится на этот раз? Матильду упоминать нельзя, это снова приведет к «Голове волка», и паутина лжи расплетется. Габриелла могла придумать ничего не значащее имя. Но Шенк ведь наверняка проверит все, и ложь обнаружится.
— Я не знаю, — спокойно ответила Габриелла. — Но вас, если я не ошибаюсь, зовут Майнхартом, капитан?
Шенк открыл рот. Его люди переглянулись — в первый раз за все это время они повели себя как живые.
— Но… но зачем ей вызывать нас, если она — сообщница демона? — спросил Шенк, обращаясь ни к кому конкретно и ко всем сразу.
Габриелла пожала плечами.
— Какая-то хитрая западня? — предположила она. — Может, Отилия хотела, чтобы чудовище, убив нас, следом уничтожило и вас. Или, если нам удастся отбиться, чтобы перевести на нас подозрения и заставить вас арестовать нас.
Шенк скомкал записку в руке, выругался, закусил губу и повернулся к выходу.
— Она не могла уйти далеко, капитан, — сказала Габриелла ему в спину. — Схватите ее, и все узнаете.
Шенк повернулся к графине и пробуравил взглядом.
— Именно это я и сделаю, — сказал он. — И сравню то, что она расскажет, с вашей историей — до мельчайших подробностей. Правосудие Зигмара осуществится!
Капитан повернулся к двери. Взметнулись полы его длинного пальто.
— Выдвигаемся, — обратился Шенк к охотникам на ведьм. — По коням! Хольманн, ты с нами. Захвати эту голову.
Охотники на ведьм последовали за командиром. Хольманн и Ульрика обменялись взглядами на прощанье. Но не успел Шенк покинуть зал, как Габриелла окликнула его: