Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 219

Эмманус выругался.

Глаза фон Мессингхофа расширились.

— Вот уж воистину плохие новости.

Ульрика нервно сглотнула, вспомнив, какая роль отводилась доктору Гэблеру в их замысле.

— Кроме вас и меня, господин, только Ульрика знала о плане, — сказала Отилия. — Помогавшие слуги не знали ни имени Гэблера, ни его значимости. Так что она — шпион.

Ульрика отступила на шаг.

— Господин, я не шпион!

— Можете доказать? — спросила Отилия.

— Нет, — ответила Ульрика. — А вы?

Фон Мессингхоф вскинул руку.

— Не будем опускаться до препирательств. Круг потенциальных шпионов шире, чем вы думаете.

Обе женщины обернулись — Отилия с презрением, Ульрика с надеждой.

— Любой на поляне мог подслушать сквозь стены палатки. Также это могли быть рабы, кормившие Гэблера. Я открыл план Эмманусу, да и Блютегель находился здесь, когда мы говорили об этом, не так ли, Блютегель?

— Да, господин, — кивнул камердинер. — Хотя я и не говорил никому, как вы и приказывали.

— Даже Рукке? — уточнил фон Мессингхоф.

— Клянусь, что нет, господин. От меня он точно ничего не слышал.

— И вы определенно не можете подозревать меня, — прорычал Эмманус.

— Господин, — вставила Отилия, — круг, может, и шире, но это не значит, что не следует подозревать Ульрику. Она по-прежнему самый очевидный виновник.

— Как и вы, — ответил фон Мессингхоф.

— Господин! — вскинулась Отилия.

Фон Мессингхоф жестом остановил ее.

— Я не имел в виду, что вы общались с ламиями, но вы ходили к доктору Гэблеру и сообщили ему, что его сын у нас. И соблазнили его.

— Надеюсь, к этим моим действиям милорд не имеет претензий, — сухо сказала Отилия.

— Ничуть. Но, возможно, за вами следили. Вы могли невольно навести ламий на доктора.

— Я приняла все меры предосторожности, — настаивала Отилия. — Я…

— Как они узнали значит меньше, чем что они узнали, — рявкнул Эмманус. — Если среди нас шпион, он не только рассказал ламиям о докторе Гэблере, но и разгласил наши планы напасть на Карла-Франца у Аршеля. Тогда они устроят засаду. И могут даже сообщить о готовящемся покушении императору. Наш план рухнул, и, пока шпион не пойман, мы не имеем права строить другие.

— Но мы должны, — заявил фон Мессингхоф. — Нет времени охотиться на ведьм. У нас всего день. Я должен сформулировать новые приказы, которые не позволят моим офицерам предать меня.

Он горько рассмеялся и вновь перевел взгляд на карту.

— Оставьте меня. Да, даже ты, Блютегель, и вы, легат. Мне надо подумать.

Глава 25

АМБОСШТЕЙН

Полчаса спустя, когда от ночи осталось меньше половины, фон Мессингхоф вышел из шатра и позвал офицеров.

— Поднимайте войска, — приказал он. — Выезжаем сегодня, через час.

— Сегодня? — удивилась сеньора Целия. — Но я думала, что мы не выступим до завтра.

— Планы изменились. Собирайтесь.

— Да, господин, — ответил Лассариан. — Но куда мы поедем?

— На запад, — отрезал фон Мессингхоф и вернулся в палатку, на ходу щелкая пальцами, подзывая слугу. — Блютегель! Готовьте летучую мышь. Я должен отправить послание.

— Да, господин, — пробормотал Блютегель, качая головой и торопливо семеня за ним. — Мало времени, чтобы упаковаться. Очень мало.

Ночью армия фон Мессингхофа двинулась к Рейку по самому прямому пути и добралась до реки, когда небо уже посветлело, а проснувшиеся птицы начали петь. Ульрика удивилась, увидев ожидавшие их на отмели баржи и лодки, и поняла, какое послание отнесла летучая мышь фон Мессингхофа, вновь поразившись его организованности и основательности. Кодреску никогда бы не озаботился разместить лодки выше по течению на случай необходимости переправиться через реку. А фон Мессингхоф ничего не оставлял на волю судьбы. Ничего.

Колонна рассыпалась, растянулась вдоль реки, спешившиеся офицеры уже отдавали приказы разбить дневной лагерь, но генерал сердито закричал:

— Нет! Все в лодки! Сперва пересечем реку, потом отдохнем. Мы должны быть готовы выступить завтра в полночь!

— Но, господин, — выразил недовольство Рукке, — пока мы все переберемся, рассветет.

— Вы рискуете шкурой, — заметил Эмманус.

— А если мы выждем день, то рискнем своей победой! — отрезал фон Мессингхоф. — Садитесь в первую лодку и поручите людям переправить остальных, прежде чем заниматься укрытием.

Вампиры заворчали, но ослушаться не посмели. Ульрика передала Шталекеру распоряжения насчет переправы гусар и села в лодку с фон Мессингхофом, другими офицерами и их конями. На следующем суденышке ехали рабы, которым предстояло поставить палатки и устроить постели.

— Теперь вы скажете, куда мы направляемся, генерал? — спросил Лассариан, пока баржа медленно пересекала реку.

— На юг, — только и ответил фон Мессингхоф.

Следующим вечером, когда армия снова двинулась в путь, небо почернело от низких туч, а со всех сторон рокотал гром, словно там, в вышине, бранились рассерженные великаны. Фон Мессингхоф вывел войско из леса и быстро двинулся на юг по Рейкской дороге, не дожидаясь медлительных зомби сеньоры Целии. Несколько часов скакали они под злящимися небесами колонной в полмили длиной: рыцари-вампиры, костяные рыцари и люди-наемники в сопровождении белесых упырей и приземистых черных волчьих теней, мелькавших в лесу по обе стороны дороги, а также несшихся чуть впереди летучих фаланг призраков, привидений, баньши и духов, слепившихся в бесформенное облако.

Волки и упыри тоже опередили колонну, расправляясь со всеми встречными, и Ульрика, скачущая рядом с фон Мессингхофом, видела растерзанные останки пассажиров карет и лошадей, стражников и пилигримов.

За два часа до полуночи дорога повернула, уводя от реки, а еще через час фон Мессингхоф вскинул руку, приказывая остановиться. Колонна застыла посреди тракта, и генерал велел принести его стол с картами и поставить его на поляне, куда он созвал всех офицеров.

— Здесь, — сказал он, разворачивая карту, — я скажу вам наконец, куда мы едем, поскольку сейчас мы уже слишком близко, чтобы наши враги успели призвать подмогу. — Он ткнул пальцем в точку к северо-востоку от Аршеля. — Амбосштейн. Сегодня Карл-Франц ночует здесь, в гостях у барона Амбосштейна, чтобы завтра отправиться к Аршелю. Мы дождемся прибытия мертвецов госпожи Целии и атакуем, имея в распоряжении около четырех часов, чтобы убить императора прежде, чем нас настигнет рассвет, вынудив отступить.

— Генерал, — сказал Лассариан, — Амбосштейн — не поместье. Это маленький замок. Поэтому мы и собирались ударить по сельскому особняку Аршеля.

— Аршель скомпрометирован, — ответил фон Мессингхоф. — Ламии могут знать, что мы нацелились туда, и, вполне вероятно, устроили нам засаду.

Лассариан посмотрел на него.

— Среди нас шпион?

— Среди нас шпион, — кивнул фон Мессингхоф. — И каменные стены не пугают меня так сильно, как предатели и удары в спину. У нас более чем достаточно войск для штурма Амбосштейна. Не бойтесь, эта ночь станет нашей.

Несколько увесистых капель шлепнулось на карту, и граф снова свернул ее, глядя в небо.

— Мертвецы госпожи Целии нагонят нас часа через два. Тем временем мы отправим к замку разведку и выведем войска на позиции. За тем холмом справа от нас есть лощина. Уберите армию с дороги и перебросьте туда. Лассариан, Рукке и боярыня Ульрика отправятся со мной к замку. Идемте.

Отилия метнула убийственный взгляд на Ульрику, вышедшую вместе с фон Мессингхофом и другими под моросящий дождь. Ульрика ухмыльнулась, словно отыграла у Отилии очко, хотя на самом деле она сомневалась, оказали ей честь — или просто фон Мессингхоф не хочет выпускать ее из виду.

— По крайней мере, мы знаем, что он здесь, — сказала Ульрика.

— Да. — Фон Мессингхоф рассеянно пригладил аккуратную бородку. — И собрали больше войск, чем я рассчитывал.