Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 124
— Какая умная ловушка, — сказала она. — А я, такая глупая, попалась на этот трюк.
— Не глупая, — ответила Раиса. — На эту приманку можно поймать только очень хорошего фехтовальщика. Менее опытный боец вообще не заметил бы ее — и не попался бы.
— Тогда мне придется стать более чем хорошим бойцом, — заметила Ульрика.
Раиса убрала лезвие от ее груди, и вампиры разошлись.
— Интересно, на что вы ловите таких фехтовальщиков.
Мечница улыбнулась.
— О, у меня было много лет, чтобы выучить великое множество трюков, — сказала она. — И у вас будет достаточно времени, чтобы тоже выучить их.
— Жду с нетерпением.
Они снова встали на изготовку, но Ульрика опустила меч. Женщины-воины встречались редко, и ее распирало от любопытства.
— Простите мою назойливость, — сказала Ульрика. — Но как вы познакомились с этим искусством… и с боярыней?
На скулах Раисы перекатились желваки, и Ульрика испугалась, что зашла слишком далеко и сейчас от хрупкого дружелюбия, установившегося между ними, не останется и следа. Но Раиса ответила ей:
— Да так же, как и вы. Я из семьи воинов. Мои братья служили в коссарах, как и мой муж. Во время последнего нашествия орды забрали мою ферму, дочерей и, в конце концов, мужа. Когда братья вернулись, они привели коня моего мужа, на котором привезли его доспехи. Я надела их, села в седло и поехала с ними на войну.
— Во время последнего нашествия? — переспросила Ульрика. — Этой зимой?
Раиса покачала головой.
— Двести лет назад, во время Великой войны с Хаосом. Мы сражались здесь, в Прааге, у Ворот гаргулий. Потом, когда Магнус и царь отбили город, мы дрались прямо на улицах. Тогда я и встретила госпожу Евгению.
Морщина прорезала лоб Раисы — мечница нахмурилась.
— Евгения и ее слуги защищали дом — тогда она жила в другом месте — от грабителей. Мы с братьями пришли ей на помощь. Все… все, кроме меня, погибли в той схватке. Я умирала от ран. Евгения одарила меня кровавым поцелуем. С тех пор я с ней.
Ульрика кивнула, хотя конец рассказа ее удивил. До сих пор ничего похожего на сострадание в поведении боярыни не наблюдалось.
— Боярыню тронуло ваше самопожертвование? — спросила Ульрика.
Раиса фыркнула.
— Она увидела, что на улице валяется очень годный меч, и подобрала его. Вот и все.
Ульрика посмотрела на нее.
— Вы ее не очень-то любите, да?
— Боярыня Евгения всегда поступает по справедливости, — ровным голосом ответила Раиса. — Чего еще можно желать от господина?
Она встала на изготовку.
— Еще разок?
Ульрика отсалютовала, но тут в коридоре послышались шаги. Двери открылись. Они с Раисой опустили клинки. Вошли Евгения и Галина, подметая пол шлейфами длинных платьев. За вампирами следовали солдаты-телохранители.
Ульрика низко поклонилась.
— Госпожа. Сестра.
Ответной любезности она не дождалась.
— Вы не вернулись вчера вечером, — сказала Евгения, пристально глядя на нее. — Мы уж начали беспокоиться за вас.
«Вы беспокоилась, не отказалась ли я от данной вам клятвы, — подумала Ульрика. — Ну если вы можете читать в моем сердце, то видите, что нет».
— Прошу прощения, госпожа, — произнесла она вслух. — Я охотилась на ваших врагов, и к рассвету охота завела меня далеко от вашего дома. Мне пришлось искать убежище поблизости.
— И каковы успехи? Вы проследили за культистом, о котором мне рассказала Раиса, до его логова?
— Нет, госпожа, — сказала Ульрика. — К тому времени, когда я начала искать его, его и след простыл.
Глаза Евгении вспыхнули.
— Итак, вы упустили монстра, лишившего Раису руки, а также потеряли ниточку к культистам, которую мы вам дали. Очень впечатляет. Так вы хоть что-нибудь добыли на охоте этой ночью?
Ульрике захотелось ответить так же резко, но она сдержалась.
— Да, госпожа. Я узнала, кто напал на госпожу Раису и каким оружием ее ранили.
Жесткое лицо боярыни немного смягчилось.
— Это хорошие новости, — сказала она. — Пройдем в гостиную. Там я выслушиваю донесения своих лазутчиков, но вас я приму первой.
Ульрика поклонилась, надела дублет, пристегнула пояс с мечом. Все вместе они направились в гостиную, комнату со стенами цвета крови и холодным, как могила, камином. Как и прошлой ночью, Евгения заняла свое место на диване. Галина свернулась клубочком в кресле, а Раиса встала за плечом боярыни. Ульрике пришло в голову, что этот ритуал, похоже, остается неизменным на протяжении последних двухсот лет.
— Что ж, рассказывайте, — произнесла Евгения, когда Ульрика встала перед ней. — Что за культист владеет таким мощным оружием?
— Это оружие называется Кровавые Осколки, госпожа, — ответила Ульрика. — Существует еще пять таких. Они ловушки для душ. Они высасывают из жертвы сущность и могут удерживать ее внутри себя хоть вечность. Будь ранение чуть серьезнее, душу Раисы… ее бы поглотили.
Галину передернуло. Лицо мечницы стало еще мрачнее обычного. Евгения оставалась все такой же хладнокровной и сдержанной.
— А культист? — спросила она.
— Он не культист, госпожа, — сообщила Ульрика. — Это всего лишь маскировка. Это кое-кто из вашего прошлого. Вампир.
— Не кокетничай со мной, девочка, — отрезала Евгения. — Кто это?
— Его зовут Константин Кирай, — сказала Ульрика. — И он прибыл на север, чтобы отомстить вам за…
Евгения сухо засмеялась и перебила ее:
— Кто наговорил вам эти глупости? Кирай давно мертв. Я сама убила его. Я отрубила его голову.
— Говорят, что его отвезли в Сильванию и… и вернули к жизни.
Евгения нахмурилась.
— Кто говорит? Что это за человек, который знает Кирая?
Ульрика заколебалась. Она достигла точки невозврата. Если она сейчас не сможет убедить Евгению в правдивости истории Штефана и что Штефан — не враг ламиям, ее в лучшем случае вышвырнут из особняка боярыни. Ульрике снова захотелось обладать тем же фантастическим умением уговаривать людей, которым обладала графиня Габриелла. Девушка сглотнула.
— Мне рассказал об этом Штефан фон Кёльн, госпожа, — ответила Ульрика. — Этот вампир желает отомстить Кираю — тот убил отца Штефана по крови. Штефан также хотел бы заключить союз с вами против Кирая и культистов.
Евгения нахмурилась, повернулась к Галине.
— Штефан фон Кёльн. Это тот самый щенок из Сильвании, который околачивался здесь?
— Да-да, — сказала Галина.
Она подозрительно уставилась на Ульрику своими яркими темными глазами.
— Он недавно приходил к вам, госпожа, — сказала Ульрика. — Вы выставили его прочь, не дав сказать и полуслова.
Евгения скривила губы.
— Выставили? Да Раиса прикончила бы его, если бы он не убежал со всех ног. А теперь скажи мне, этот убийца — так он твой наперсник?
— Он не убийца, госпожа, — ответила Ульрика. — Ваши враги — его враги. Он так же преследует культистов. Штефан дал обет убить Кирая — а тот поклялся убить вас. Нам стоит сражаться вместе.
Глаза Евгении вспыхнули, она стиснула подлокотники дивана.
— Вы либо простофиля, каких свет не видывал, либо вас тоже подослали убить меня. Я даже не знаю, что опаснее. В любом случае вы нарушили клятву защищать меня, снюхавшись с этим сильванцем, и заплатите за это.
— Госпожа, я вас не предавала! — сказала Ульрика, против воли повышая голос. — Вы знаете, что нет. Все, что я сделала, я сделала из самых благих побуждений. Я пыталась защитить вас.
— Значит, вы просто дурочка, которую обвели вокруг пальца, как я уже сказала, — фыркнула Евгения. — У нас такие глупые не выживают.
— Пожалуйста, госпожа, — взмолилась Ульрика. — Неужели вы даже на мгновение не можете предположить, что это правда? Кирай жив! Он напал на нас с Раисой! Или вы будете отрицать, что она лишилась руки?
— О, я уверена, что с кем-то вы с Раисой столкнулись, — сказала Евгения. — И я уверена, что знаю, кто это, — так же, как и ты.
Этот намек пронзил Ульрику, как удар молнии. Неужели это правда? Мог ли под маской культиста скрываться Штефан? Это казалось невозможным. Она видела его лицо, когда он услышал о Кровавых Осколках. Он впал в ужас. Он чуть с ума не сошел, перерыл весь Новоград в поисках Кирая. Мог ли Штефан все это подстроить, разыграть ее? Ну, возможно. Но с какой целью? Никаких причин для подобного спектакля Ульрика не находила.