Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 111

Но как их теперь найти? Они быстро и эффективно отрезали все хвосты — даже прижгли обрубленные ниточки. Ульрика вернулась к тому, с чего начала. Она долго ломала над этим голову, пока мысли ее наконец не стали бессвязными. Ульрика провалилась в сон и видела стремительные тени и фиолетово-пурпурное пламя.

На следующий вечер, когда солнце село, Ульрика, так и не придумав ничего лучше, вернулась в подвал брошенной квасокурни в поисках того, что могло бы навести ее на след. Но увы. Тела лидера культистов и его последователей исчезли, также были тщательно уничтожены все следы ритуала, круг на полу затерли. Фургон, в котором привезли девушек, тоже исчез, ни одного оброненного в борьбе кинжала или клочка одежды не обнаружилось между чанами, стоявшими вдоль стен. Ни книг, ни свитков, ни жутких надписей — только брызги, полосы засохшей крови, что пролила вчера Ульрика, охваченная горячкой боя.

Тем не менее она все еще могла напасть на след. Свой острый, как у дикой кошки, нюх Ульрика и раньше уже использовала, чтобы выследить добычу. Сложность состояла в том, что в этом помещении смешалось слишком много самых разных запахов. Во дворе, решила Ульрика, будет легче различать их.

Она двинулась к пандусу, но остановилась и потянулась за мечом. Кто-то или что-то спускалось в подвал. Она услышала звук, словно волокли что-то тяжелое… сюда ползет огромная змея? Проклятый колдун призвал демона? Ульрика напрягла сверхъестественные чувства, но не услышала биения сердца и не ощутила его тепла. Может, у демонов нет сердец?

Она спряталась за колонну и обнажила клинки. Длинная тень двигалась по залитым лунным светом булыжникам, как огромный слизняк. Шорох, как будто ползло — или волочили по камням — что-то большое, — все приближался. Ульрика подобралась для прыжка.

Незваный гость спустился по пандусу. Сердце его не билось, в одной руке он держал меч, второй тащил за собой труп, держа его за ворот. Ульрика узнала этот стройный силуэт.

— Вам следует соблюдать осторожность, — сказал мужчина и выпустил воротник, позволив трупу упасть на пол. — Ламии прислали сюда кого-то из своих доноров проследить, не вернетесь ли вы.

Ульрика хмыкнула от гнева и досады. Это был вампир, что спас ее, — и он продолжал сыпать оскорблениями. Ульрика вышла из-за колонны, но убрать оружие в ножны не поспешила.

— Если я так безнадежна и бесполезна, как вы говорите, зачем вы продолжаете ходить за мной по пятам?

Он встал на колени и вытер меч о плащ мертвеца.

— Я обдумал, что вы сказали о культистах и что видел сам, и изменил свое решение, — ответил вампир. — Боюсь, они являются реальной угрозой для Прааги. Я не могу допустить, чтобы город пал.

— Вас волнует судьба города? — скривилась Ульрика. — Я думала, дела смертных вас не интересуют.

— Судьба Прааги мне безразлична, — ответил вампир. — Но полнолуние Маннслиб наступит через три дня. Если этим придуркам удастся к тому времени захватить город… Даже если не удастся, но начнутся беспорядки — это может помешать мне отомстить.

Ульрика приподняла бровь.

— Отомстить?

Вампир встал и вложил клинок в ножны. Задумчиво посмотрел на Ульрику холодными серыми глазами.

— Вы глубоко презираете представителей собственного вида, это я уже заметил, и поэтому вам это может показаться непонятным. Я приехал в Праагу, чтобы отомстить за смерть моего отца по крови, графа Оттокара фон Кёльна, великого и благородного князя Сильвании, погибшего от рук ложного друга и предателя.

— Любовь ребенка к родителям я могу понять, — сухо ответила Ульрика. — Я любила отца больше, чем кого-либо в своей жизни.

— Вы ничего не понимаете, — снисходительно сказал вампир. — Ваш отец, человек, был вашим только благодаря случайности — вы родились именно у него. И все. А мой отец по крови выбрал меня, а я выбрал его. Он много значил для меня, гораздо больше, чем любой отец-человек может значить для своего ребенка. Он и в самом деле забрал меня у родителей-людей, за что я ему очень благодарен.

Вампир внезапно отвернулся так, чтобы Ульрика не могла видеть его лица.

— Так вот, — сказал он после долгой паузы. — Его у меня отняли, и я не успокоюсь, пока не убью его убийцу.

Его высокомерие выводило Ульрику из себя, но внезапное проявление чувств удивило и заинтриговало ее. Это последнее, чего она ожидала.

— И кто же убил твоего отца по крови? — спросила она.

— Константин Кирай, он тоже вампир. Он веками гостил у моего отца. Мы считали его другом… пока он не обнаружил свою истинную сущность и не убил моего отца, когда тот спал.

— Кирай? — спросила Ульрика. — Фамилия кислевитская.

Вампир кивнул.

— Пятьсот лет назад Праага и окрестности принадлежали ему. Потом королева Серебряного пика прислала прекрасную ламию, чтобы отбить их у него. Вы ее знаете, это боярыня Евгения. Годами она притворялась его верной супругой. Во время Великой войны с Хаосом отец отправился с армией доноров в провинцию, чтобы защитить свои владения. Евгения поняла, что это ее шанс. Она отрубила ему голову, когда они были в ее палатке одни, и свалила все на мародеров. Да только Кирай не умер.

Вампир прислонился к колонне и продолжал:

— Его верные последователи положили его голову и тело в гроб, наполненный кровью, и отвезли в Сильванию к моему отцу. Он был весьма искушен в разных способах лечения… некромантии тоже. Кирай пробыл в нашем замке триста лет, пока зарастали его раны. Он гостил у нас, медленно восстанавливая силы. Но думал он только о мести женщине, которая его предала. Теперь он полностью оправился. Кирай направляется сюда, на север, с потомками верных слуг. Он отомстит.

— А вы, — сказала Ульрика, — поехали на север, чтобы отомстить ему.

Вампир кивнул:

— Да.

— Вы предупредили боярыню Евгению о возвращении Кирая?

Вампир рассмеялся резким и холодным смехом.

— Она испугалась, что это я пришел ее убить. Выгнала меня прежде, чем я успел открыть рот.

Он покачал головой.

— Если я успею убить Кирая прежде, чем он убьет ее, я убью. Если нет… — Вампир пожал плечами. — Она мне не родственница.

Ульрика кивнула. Да, так Евгения и должна была себя повести.

— Кирай уже в Прааге?

— Тогда бы я охотился за ним, а не за культистами, — ответил вампир. — Нет. Он направляется сюда из Сильвании со всеми последователями, а они не могут двигаться быстрее обоза. Напасть на него по дороге, не имея убежища, где укрыться, если дела пойдут плохо, казалось слишком рискованным — да к нему ведь и пробиваться пришлось бы через армию. Я опередил Кирая и теперь жду здесь. В городе я сумею подкараулить его один на один и, если он начнет брать верх в схватке, смогу скрыться в лабиринте улиц.

Вампир вздохнул.

— Но все это только в том случае, если Праага останется стоять, когда он прибудет. Если она окажется в руках хаоситов до его прибытия, Кирай в эту кашу не полезет. Даже если культистам не удастся осуществить планы, они наведут здесь шороху, и Кирай может решить переждать. Он ждет уже двести лет. А я — не могу. У меня нет его терпения. Мой отец по крови должен быть отомщен! Потому планы этих идиотов осуществиться не должны.

— Так что же вам от меня нужно? — спросила Ульрика.

— Информация, — ответил вампир. — Эти культисты, кто они такие? Где их логово? Какой у них план?

Ульрика фыркнула.

— Вы думаете, я бы крутилась здесь, если бы сама это все знала? Последняя ниточка, ведущая к ним, оборвалась, когда сгорел склад Газнаева. Я знаю не больше вашего.

— Прискорбно, — сказал он. — Сегодня ночью я хотел покончить со всем этим.

Вампир пристально посмотрел на нее. Вздохнул и повернулся к пандусу.

— Как бы мне хотелось иметь не настолько желторотого напарника. Но время поджимает, придется работать с тем, что есть. Отлично. Вы поможете мне найти культистов. Пошли. Займемся этим немедленно.

Ульрика смотрела, как он идет к пандусу. Его наглость так потрясла ее, что она даже рассердилась не сразу.