Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 106

— Я не знаю. Клянусь. Только мастер знает. Нам… не позволено знать такие вещи. Теперь, пожалуйста, поцелуй меня еще. Пожалуйста…

— Кто этот мастер?

— Я никогда его не видел, — простонал мужчина. — Он всегда связывался с нами через… посредников. Пожалуйста, не отвергай меня.

Ульрика уткнулась носом в его шею.

— Ужасно быть рабом удовольствия, не правда ли? Скажи, где я смогу найти кого-нибудь из этих посредников, и я дам то, что ты хочешь.

Мужчина заколебался, затем всхлипнул и отвернулся от нее.

— Я не смею, — простонал он. — Они проклянут меня. Это обречет меня на вечные… мучения.

Ульрике пришла новая идея. Она улыбнулась культисту.

— Но я могу спасти тебя от них. Могу дать тебе вечное удовольствие. Ты можешь начать служить другой госпоже.

Глаза мужчины расширились.

— Ты… ты?..

Ульрика кивнула, глядя в его глаза, как змея, гипнотизирующая мышь.

— Ты знаешь, что я такое. Ты знаешь, что я могу дать. Ты сможешь служить мне вечно.

Мужчина сглотнул, глядя на нее.

— Вечно? Ты клянешься в этом?

— Клянусь могилой отца, — ответила Ульрика.

Мужчина помедлил, затем закрыл глаза.

— Я не знаю ни как его зовут, ни как он выглядит. Но живет он на улице Ювелиров, квартира над магазином Гурджиева, серебряных дел мастера. Шесть длинных ударов — сигнал. Он позволит вам войти. Теперь, пожалуйста… пожалуйста, — сказал он, отворачиваясь, чтобы поднести рану на шее как можно ближе к зубам Ульрики. — Дай мне то, что обещала.

Ульрика снова низко склонилась над ним и прошептала на ухо:

— У моего отца никогда не было могилы. Его сожгли на погребальном костре.

— Что? — Мужчина попытался повернуть голову, но она не позволила ему этого сделать и вырвала его горло зубами. Культист схватился за шею, пытаясь зажать зияющую рану, из которой хлестала кровь. Ульрика поднялась на ноги.

— Пусть твои боги окажут тебе достойный прием, — сказала она.

Улыбаясь, Ульрика двинулась к нише, чтобы забрать свой узелок с вещами. Вот так и надо действовать — спокойно и аккуратно, никакого буйства. Она получила необходимую информацию, никому не причинила вреда, за исключением намеченной жертвы. Кровь культиста уже начала действовать на ее рану, та потихоньку затягивалась. Ни разу Ульрика не потеряла контроля над собой. Вот так она всегда теперь и станет поступать.

Зайдя в опустевшую нишу, Ульрика сорвала с себя насквозь пропитанную кровью рубашку, вытряхнула вещи из мешка и вытерлась им. Отбросив испачканную тряпку, Ульрика натянула дублет и плащ. Костюм ее, разумеется, пришел в беспорядок, но и так сойдет. Прихорашиваться некогда.

Когда Ульрика натягивала сапоги, в зале раздался шум. Она подняла голову, неуклюже допрыгала до решетки на одной ноге и огляделась. Тень хромого человека выскользнула из зала по пандусу. Ульрика выругалась. Кто-то из культистов, умирающих в груде окровавленных тел, оказался не так близок к смерти, как она думала. Слышал ли беглец их беседу с лидером? Знает ли уцелевший, что тот предал вышестоящего мастера? Ульрика впихнула ноги в сапоги, проскользнула в щель в решетке и бегом бросилась к пандусу.

Мужчина услышал ее приближение и ускорил шаги как мог. Он нырнул под арку, ведущую наружу, и исчез в ночи. Ульрика побежала за ним, на ходу вырвав из тела обломок железного прута. Она успела уловить запах беглеца и слышала, как бьется его сердце. Ему не ускользнуть. Вампир выбежала во двор заброшенной квасокурни и увидела свою добычу. Спотыкаясь, беглец торопился к разбитым воротам. Ульрика последовала за ним, но тут ее внимание привлекла богато украшенная черная карета. Посреди заваленного обломками двора она смотрелась совершенно неуместно. На козлах сидел кучер и смотрел на нее, от морд лошадей шел пар. Ульрика замедлила шаги.

— Стой, где стоишь, — произнес голос за ее спиной.

Ульрика обернулась. Худощавая блондинка в длинном пальто и меховой шапке вышла из теней у стены квасокурни. Ее талию охватывал красный пояс пиратки, за ним торчали кинжалы. В руке незнакомка сжимала коссарскую саблю.

Ульрика услышала, как открывается дверца кареты, и посмотрела в ту сторону. Две женщины в меховых плащах и богатых платьях старомодного покроя как раз выходили из кареты. Одна высокая, ростом почти с Ульрику. У нее было холодное гордое лицо и царственные манеры. Вторая оказалась низенькой, рыжей и худой, как мумия. Она моргала мертвыми глазами фарфоровой куклы. Женщины остановились между Ульрикой и воротами, в которые как раз улизнул культист.

При виде этих женщин мурашки побежали по коже Ульрики от ужасного предчувствия, но, кем бы они ни были, им придется подождать. Сначала надо разобраться с культистом. Ульрика бросилась между ними, но высокая дама вцепилась в ее руку железной хваткой и дернула назад.

— Стой, — сказала она.

Ульрика вырвалась.

— Дайте мне пройти!

Женщина в длинном пальто подошла и приставила кончик сабли к горлу Ульрики, а две другие зажали ее между собой.

— Не так сразу, — сказала высокая. — Сначала поговорим, сестра.

Глава 14

СТАРЫЙ ПОРЯДОК

Сестра.

Одного этого слова хватило Ульрике, чтобы понять: ее опасения не напрасны. Тени, следовавшие за ней по пятам всю ночь, наконец проявились, оказавшись ламиями. Она огляделась в поисках вампира-мужчины, который следил за ней, но его нигде не было. Кем он был? Шпионом ламий? Их ищейкой? Нанятым убийцей?

— Отпустите меня, — сказала Ульрика. — Я должна остановить этого человека.

— Вы не должны ничего предпринимать без моего на то дозволения, — ответила высокая вампирша. Она наставила на Ульрику веер цвета слоновой кости. — Кто вы такая? Какой линии крови принадлежите? Зачем явились в Праагу?

Ульрике не понравился ее тон.

— С чего бы это вас касалось?

Женщина расправила плечи. Ульрика стояла так близко к ней, что видела паутину морщин, покрывавших ее лицо, — замаскированных, но не скрытых полностью толстым слоем пудры. Брови женщины были нарисованы на ее лбу.

— Меня касается все, что происходит в Прааге, — ответила она. — Я боярыня Евгения Бородина. Я правлю здесь по приказу королевы Серебряного пика, и всю кровь, которую пьют здесь, пьют только с моего согласия. Я получу ответы на вопросы, или Раиса снесет вам голову.

Ульрика бросила взгляд на женщину с саблей. Нос у нее был с горбинкой, длинные волосы падали из-под меховой шапки светлой волной. Выглядела Раиса вполне опытным и уверенным в себе воином, более чем способным снести Ульрике голову.

— Но пока я отвечаю на ваши вопросы, он убежит, — прохрипела Ульрика.

— В этом городе слишком много мышей, чтобы гоняться за какой-то одной, — хихикнула вампир, похожая на куклу. — Пусть себе бежит.

Она тоже была морщинистой и густо напудренной. Ульрика видела, что ее пышные рыжие волосы — на самом деле парик, который к тому же велик хозяйке.

— Вы не понимаете, — сказала Ульрика. — Он бежит предупредить своих лидеров обо мне, о том, что я явлюсь за ними. Они спрячутся, и я их потеряю!

Лицо древней боярыни осталось совершенно равнодушным.

— Вы правы. Я не понимаю. Вы, как я вижу, ведете какую-то вендетту на моих землях, сея кровь и разрушение на каждом шагу, и ни на мгновенье не задумываетесь о последствиях. Мы не можем допустить, чтобы люди Прааги шептались об обескровленных трупах. Рассказывать друг другу сказки о летучих мышах размером с человека они тоже не должны. Ваши глупые выходки угрожают нашей безопасности. Чекисты уже начинают задавать вопросы. Теперь отвечайте. Кто вы такая?

Ульрика заскрипела зубами от досады.

— Меня зовут Ульрика Магдова-Страхова, и я прибыла в Праагу, чтобы защитить ее от орд Хаоса.

Рыжая старуха засмеялась.

— Тут вы немного припозднились.

— Тише, Галина, — сказала боярыня Евгения, не сводя глаз с Ульрики. — Ваша линия крови?

Ульрика заколебалась. Не стоило, наверное, рассказывать этим и так порядком настороженным старухам о своем истинном отце по крови. Узнав, что в нем текла кровь фон Карштайнов, они вообще могут потерять голову от страха.