Ревизор: возвращение в СССР 59 (СИ), стр. 21

А японцы для американцев люди чужие, они к вам очень специфически относятся, как и к китайцам. Уверены, что любой азиат не может быть ровней белому человеку, христианину. Вспомните хотя бы, что, когда в 1941 году война США с Японией началась, американцы собрали всех японцев, что были в стране, в том числе и тех, у кого американское гражданство было, и загнали всех в концлагерь на всякий случай, а всю собственность конфисковали. Долго они там просидели, несколько лет. А ведь американцы в это же время воевали с Германией, но что-то я не помню, чтобы всех немцев в США собрали и засадили в концлагерь, и их имущество забрали…

Поскольку Оониси особо возражать мне не рвался, понял, что он об этих исторических фактах прекрасно знает. Он в целом создал у меня впечатление очень даже образованного человека. Так что продолжил:

— А вы не только заваливаете сейчас экспортом американский рынок, вы еще панику у американских элит вызываете из-за того, что их привычные идеологические конструкции рушатся прямо у них на глазах. Как это возможно, что азиаты лучше белых товары делают? Они же недочеловеки… А когда вы бьете по идеологии, тут уже и до паники недалеко. А в панике люди, у которых какие-то недавно покоренные азиаты вызывают такие неприятные ощущения, способны принять очень жесткие решения в их адрес.

Кроме того, вам еще с одним моментом не повезло. Значимость Японии для США значительно упала. Еще недавно вы были главным форпостом для американцев и против Советского Союза, и против коммунистического Китая. А теперь вы важны только против Советского Союза.

С Китаем американцы уверены, что смогли уже договориться и натравить его против СССР.

Но и против СССР у вас эксклюзива нет. Чтобы в этом регионе антисоветские военные базы держать, вполне можно без Японии обойтись. Если американцы с вами поссорятся, к их услугам еще и Южная Корея имеется, Филиппины, Индонезия, и этот список не полон.

Так что какого-то эксклюзива у вас в военно-политическом отношении для американцев нет, чтобы они старались ни в коем случае вас не обидеть.

Ну все, услышав это, Оониси совсем пригорюнился. Но исправно привез нас в шикарный ресторан. Долго ехали в лифте, выйдя на самом верхнем этаже, и оказались прямо на крыше. Она оказалась полностью застекленной, с кучей тропических растений и прекраснейшим видом на город.

Увидел, с удовольствием осматривая открывшуюся панораму, какое-то необычно выглядящее здание неподалеку, похожее на огромный аквапарк, и тут же в голову мысль пришла. А что, если это действительно аквапарк?

Спросил Оониси, так ли это?

— Нет, Ивлев-сан, это торговый центр. Аквапарки у нас тоже есть, но не в самом Токио. К сожалению, мы сегодня уже не успеем туда до закрытия. А завтра уже в аэропорт с самого утра надо ехать…

Ну нет, так нет. Пришла мне было в голову мысль, что надо поискать в спецхране какой-нибудь зарубежный архитектурный журнал, и найти там план какого-нибудь американского аквапарка, там они однозначно сейчас должны быть получше, чем в Японии. Но потом сообразил, что мои воспоминания по аквапаркам из двадцать первого века, а это значит, что они гораздо более актуальны, чем любой нынешний аквапарк, что имеется в мире. Наверняка, многие фишки, что я велел московским архитекторам воплотить в первом московском аквапарке, еще и в Штатах не придумали. Так и смысл мне тогда ориентироваться на менее совершенные варианты?

И тут как здание затряслось! Аж люстры закачались! Землетрясение!

С тревогой осмотрелся. Но нет, никто на него внимание не обращал. Ну землетрясение, ну и что?

Ну да чего удивляться, находясь в стране, в которой до пяти тысячи землетрясений в год происходит… Это мне еще повезло, что я раньше ни разу не испытал такие вот ощущения. Ведь большинство из них совсем слабые.

Впрочем, вполне может быть, что землетрясения уже были в эти дни, просто когда я благополучно спал, или мы в машине по дороге ехали. Шины и рессоры все же толчки амортизируют. А во время сна землетрясение меня вряд ли разбудит. Был у меня опыт нескольких лет жизни неподалеку от железной дороги. Как поезд проезжает, так кровать подо мной раскачивается. Тело другое, конечно, но мозг-то помнит!

Затем поехали в Токийский театр, забрали Миронова с Бояновым и Вишневским. Сразу, как завезли их в отель, переоделся и побежал в бассейн. Решил наплаваться сегодня до упора, завтра же уже все, улетаем… С утра, правда, поедем сначала в отель, где остальная труппа обретается, какие-то там формальности Боянов и Вишневский должны выполнить. Подписать, вроде как, после выселения актеров, бумаги, что взаимных претензий у отеля и гостей нет? Нам вставать раньше придется, конечно, из-за этого, но куда деваться?

Спустя час, с приятным ощущением в натруженных мышцах, вернулся в номер.

Мои товарищи успели уже поужинать, что там им Анастасия сегодня наготовила, и ушли по своим комнатам вещи собирать.

Думал я, пока плавал, над тем, как выкрутиться с этими избитыми актерами «Ромэна». На случай, если к гостинице местные театралы приедут прощаться, можно еще в гриме в автобус садиться, хотя это и странно будет выглядеть. В автобусе уже грим смыть, и в аэропорт в нормальном виде приехать.

Но, блин, и в аэропорт кто-то из Токийского театра может приехать, чтобы так порадовавшую японских зрителей труппу проводить! И вот тут уже все, влипнем. Поймут они, что мы последствия мордобоя скрывали просто под гримом в стиле кабуки. И вполне может быть, что сильно обидятся.

Меня еще вначале волновала и реакция начальника делегации от Минкульта. С которым я, правда, практически и не общался, учитывая, что он тоже в этой гостинице вместе с актерами живет. И, как усмехнувшись, сказал мне недавно Боянов, бухает там по-черному. Этакий алкогольный туризм. Не совсем понял поначалу, правда, в чем смысл был тогда ему в Японию ехать, кто мешал ему в СССР водкой упиваться? Но потом все же до меня дошло. Там же на работу ходить надо. И начальство под носом. А здесь он главная шишка на этом выезде. И прекрасно понимает, что если он никаких претензий не будет в адрес театра, вернувшись в СССР предъявлять, то и Боянов с Вишневским будут помалкивать о том, как именно он провел время на выезде. Так что с этим товарищем вроде бы проблем возникнуть по этому поводу не должно.

Ну и, тем более, Боянов пояснил мне, что они нашли с ним общий язык и по товарам, которые он с собой привез. Цыгане эти товары вместе со своими продали и накупили ему сувениров. Да еще, само собой, от себя добавили. А куда ж деваться? Начальник есть начальник, от него по возвращении многое зависит. Так что и подарки он с собой тоже кому надо привезет в Москву по возвращении, как туда прилетим. По идее, не сдаст он своему руководству факт аморального поведения артистов за рубежом…

Пришло мне в голову все же решение. Не идеальное, но мало ли, у моих друзей и такого нет?

Не став тянуть с вопросом, тут же в дверь к Боянову с Вишневским постучался.

Глава 10

Токио, Keio Plaza Hotel

Боянов открыл дверь. Я внутрь зашел и спросил:

— А вы думали над тем, как выкрутиться из ситуации в аэропорту? Ладно, до автобуса еще, когда нас провожать будет Токийский театр, можно в гриме добраться. Но в автобусе-то уже грим снимать придется, иначе паспортный контроль в аэропорту не пройдете. А вдруг японцы из Токийского театра провожать приедут?

Лица цыган тут же омрачились.

— Думали уже, — сказал Боянов. — Нет у нас пока что никакого варианта. Лавандовое масло, как ты посоветовал, мы купили, и все возможное время синяки и фингалы мои ребята им мазали. Действует, но не совсем же чудодейственное средство, чтобы за пару дней лицо выглядело так, как будто ничего с ним не произошло.

— Ладно, я придумал идею. Тут, правда, тоже грим понадобится. Хорошо, что у вас есть свои специалисты.

— Ну-ка, — тут же оживились Боянов с Вишневским.

— Короче, я про аллергию кожную подумал. Давайте на нее попробуем все списать. Мол, крем для грима японский, для нашей советской кожи непривычный. Походили вот так вот в гриме два дня, пока представление давали. И все, у кого-то нормальная реакция, а у кого-то аллергия, лицо раздуло.