Девятый. Тетралогия (СИ), стр. 39

Она снова поморщилась. Бросила чуть нервный взгляд в сторону, где вперемешку стояли самые разодетые стихийники и конгломераты.

— Так можно или нет? — добавила она.

— Ладно, стой пока, — ответил я после паузы. — Дальше посмотрим.

На это она уже более спокойно прореагировала. Кивнула.

— Это Тун Маккейб. Я Михаил Звездный, — добавил я. — А ты?

Она немного помедлила.

— Чу.

Что ж, емко.

Мы все зацепились за фонарь, встав на подножку. В чем и была изначальная идея. И нам сразу стало все идеально видно.

Собравшимся сделать объявление оказался крепкого вида мужчина. Одет он был примерно в то же, что носили псионики. Разве что туника была более строгого вида. С рукавами до запястий. Не белого, а темно-серого цвета.

На ткани виднелся значок в виде пары скрещенных перекладин. Одна из них изображала рукоять сайдера. А вот вторая… сложно сказать. По виду обычная палка. Это явно был какой-то символ, но пока неясно, что он означал.

Также сайдер висел у него на поясе.

— Приветствую всех вернувшихся в Аркум! — проговорил мужчина четко. — Мое имя Марк Коммод. Как и во время прошлого набора учеников, я буду преподавать в Аркуме псионику. Также я расскажу об организации учебного процесса в первые дни.

Говорил он хоть и предельно внятно, но зато очень быстро. Если у кого-то и возникали вопросы, то задавать их никто не успевал.

— Ваша первая задача — получить оценку потенциала по каждому из предметов, — продолжил он. — Для этого нужно пройти вступительный тест у преподавателя. По псионике — у меня. Испытания начнутся в зале псионики через десять минут. Для прохождения — следуйте за мной.

— Всем идти? — раздался голос.

И снова, как и во время речи директора, это оказался Бенджамин. Он явно не любил, когда происходило что-то, где он не был бы в центре внимания.

— Бенджамин Александрит, — ответил Коммод. — У вас какие-то другие планы?

— Давайте подумаем, — отозвался «четвертый наследник». — Может, мне лучше пойти в класс Стихии? И остальным стихийником тоже?

Ему вторило сразу несколько согласных голосов. Особенно усердствовал Эндрю Спарк. Парень едва ли из штанов не выпрыгивал, чтобы выслужиться перед родственником императора.

— Это все резонно, — ответил Коммод, будто задумавшись. — Что ж, Бенджамин Александрит и остальные стихийники могут отправиться в класс Стихии. Остальные — за мной.

Последнюю фразу он выдал резко. И тут же развернувшись, быстро зашагал вдоль забора, по другую сторону от которого находилась космическая пустота.

Бенджамин и еще, наверное, человек пятнадцать остались на месте.

— А где кабинет Стихии⁈ — крикнул кто-то.

Но Коммод то ли не услышал, то ли предпочел не услышать. Большинство учеников к тому моменту уже торопились за псиоником.

У меня, конечно, мелькнула мысль оторваться от группы. Но пока мы и так шли в незнакомую часть Аркума. Так что успею еще прогуляться без лишних глаз.

Несколько минут мы шли вдоль забора.

Всю дорогу ученики бросали по ту сторону завороженные взгляды. Визуально, забор никак не ограждал школу от космоса. Ни стекла, ни чего-то подобного не было. Только несколько метров древнего камня, еще и с промежутками шириной в ладонь.

— Есть такая технология, — заметил на ходу Тун. — Используют в доках, иногда на открытых площадках. Но там умные магнитные поля, а это очень много оборудования, а тут и не видно ничего…

Он ступил на полоску газона, которая шла между забором и выложенной камнем дорогой. И…

— Близко лучше не подходить, — донесся голос Коммода.

— Почему?

— Иногда перебираются с той стороны.

Тут все дружно отпрянули от забора как можно дальше.

— Кто перебирается⁈

— Неважно.

Ха! А не такой уж он и бука!

— Чувство юмора у него есть, — озвучил мою мысль кто-то.

Обернувшись, я увидел… Алекса. Хотя я был готов поспорить, что еще секунду назад его тут не было.

— Проспал, наверное, да? — участливо предположил я. — Мама будильник забыла поставить?

— У моей матушки прекрасная память, — отозвался Алекс с достоинством. — Если бы я попросил, она бы не забыла. Дела рода задержали.

— Я и не сомневался, — отмахнулся я. — Это Тун и Чу.

Мне было интересно, как Алекс прореагирует на парня и девчонку простолюдинов. Но наследник планетных графов (2) даже виду не подал.

— Алекс Сталев, — представился он.

Тун хотел что-то ответить, но его неожиданно опередила Чу.

— Ты аристократ, — сказала она, посмотрев на его перстень. — Из Империи.

— Да.

— У меня не будет дел с Империей, — сказала она.

В голосе слышалась досада, но в то же время и твердость.

Тут же отстав, она перешла в другую часть колонны.

— Чего это с ней? — не понял Тун.

— Не любит аристократов, — ответил Алекс.

Он прореагировал на произошедшее ровно. Я в принципе тоже не очень расстроился.

Я и сам империю не жаловал, но был далек от того, чтобы даже не опробовать наладить отношения с доброй третью учеников. Меня ведь самого формально можно было имперцем назвать. Так что зря она так.

И Алекс с Туном, кстати, руки пожали.

Коммод, тем временем, отвернул от наружной стены. Следуя за ним, группа прошла между парой невысоких корпусов и вышла к очень большому зданию. Оно имело форму правильной пирамиды. Сразу возникло впечатление, что она тут была не с самого начала. Архитектор явно пытался гармонично вписать ее в общий ансамбль. Частично это удалось. Но все же не полностью.

— Пси-накопитель! — выпалил кто-то из псиоников. — Огромный!

— Верно, — отозвался Коммод. Они уже почти дошли до пирамиды. — Думаю, многие заметили, пси-пирамида была построена сильно позже остальных строений. Все-таки Аркум возник задолго до того, как появились первые псионики. Однако впоследствии псионика заняла достойное место среди великих сил. Потому директор и озаботился тем, чтобы в Аркуме преподавали псионику на должном уровне. Пси-пирамида, внутри которой чаще всего будут проходить занятия, позволит вам лучше концентрировать энергию. Заходим.

Внутри пирамида оказалась не менее впечатляющей, чем снаружи. У нижних ребер были устроены какие-то помещения. Вероятно, раздевалки, душевые и тому подобное. Сам зал представлял собой одно общее пространство, залитое ярким электрическим светом.

Исходил он от массивного кристалла, вмонтированного в вершину.

Внизу зал был разделен на несколько больших зон. Каждая относилась к своему направлению в псионике.

— Цель теста — выявить ваш потенциал, — проговорил Коммод, встав перед всеми. — Это не фиксированная величина, но это то, от чего мы будем отталкиваться в обучении. То же будет и с остальными предметами. На столах, — он указал на пару столиков около входа, — лежат карточки. В каждой по семь граф, по числу предметов. У вас будет две недели тестов, включая сегодня, чтобы получить отметки во все графы. Один день испытаний, один выходной. По очереди. Продолжить обучение в школе сможет только тот, кто получит отметки по каждому из предметов…

— А если я семь нолей получу⁈ — раздался голос.

Морыш! Убежал он все-таки от дядьки на входе?

В ответ на вопрос Морыша послышались смешки. Даже Коммод удивился.

— В таком случае это будет рекорд, — ответил он. — Но нет, если вы заполните все графы, вас не исключат.

— Ништяк! В смысле, приятно слышать! Кстати, а…

На полуслове Морыш снова отхватил. Перебил его… Дикий стихийник. Тут сомнений не было. Чем-то он напоминал Голову, с которым я пересекся в мастерской Рипа. Он тоже явно сожрал Семя. Вот только результат получился куда удачней.

Он сохранил нормальную человеческую внешность, разве что вширь раздался и вырос больше двух метров. Размерами с ним только четырехрукий из Евгеники мог сравниться.

Внутри Дикого ощущалось какое-то безумное количество неупорядоченной Краски. Даже Ясновидение не было нужно, чтобы заметить.