Девятый. Тетралогия (СИ), стр. 219
Оставалась пара мест после всего.
И вот тут окончательно все перестало быть очевидно. Одного «добровольца» совершенно явно заслал ко мне Каверне (6) . Вычислить мне это удалось, но заставило стать еще более осторожным.
Ну и когда я ходил по залу, пытаясь сообразить, кого еще взять и наткнулся на…
– Надо поговорить.
Эндрю Спарк смотрел на меня одновременно яростным и «деликатным» взглядом. Второе в кавычках, потому что он пытался, чтобы взгляд был деликатным, но получалось у него как‑то не особо.
– Ты уверен? – отозвался я. – В прошлые разы у тебя не очень получилось.
– Ты… Ты обязан!
– Обязан?
– То есть… да! Да, обязан!
Я не удержался от улыбки. И пожал плечами.
– Ладно.
До начала пятого часа было еще минут пятнадцать, так что хрен с ним. Интересно, чего он хотел.
– Говори.
– Не здесь! – отмахнулся он. – Иди за мной!
Я уже не был уверен, что с него еще есть, что взять, но все‑таки решил попытать удачу.
Отвел он меня в итоге в мужской туалет. Там сначала проверил все кабинки, убедился, что никого нет и уже тогда выдал:
– Верни фамильную брошь! – заявил он.
Хм.
Вот так просто?
На дает!
– А ты мне что? – спросил я.
– Что? – явно не понял он. – Ничего, разумеется! Верни я сказал! Ты должен это сделать!
Нет, реально, если бы этого парня не было бы, его бы стоило придумать. Вот же святая простота.
Я решил все‑таки подсказать.
– Если хочешь что‑то получить, убедись, что и для второй стороны это будет выгодно, – объяснил я.
– Ты… – он явно изо всех сил боролся с эмоциями. – Ты обязан…
– Я начинаю терять интерес.
– Но… это фамильная брошь! Родители сказали, что если я ее не верно, то… Ты обязан мне ее отдать!
– Очень трогательно, но что взамен?
В итоге я потерял еще минуты три, но ничего адекватного от него так и не добился. Более того. Когда я развернулся, чтобы уйти, ощутил в Ясновиденье холодный ветерок…
И тут же обернулся обратно, чтобы забрать у Спарка мини‑импульсник, какой‑то хитрой модели, каких я прежде не видел.
– Ну, хоть что‑то, – протянул я, закидывая импульсник в рюкзак. И уже выходя из туалета, добавил. – Если хочешь вернуть брошь, предложи что‑то по‑настоящему ценное. Либо деньги. Много денег, сто тысяч пятипроцентовиков, например. Либо что‑то столь же ценное. И информацию, другой артефакт. Что‑то, что я смогу оценить. А до тех пор брошь останется у меня.
С этими словами я шмякнул его Телекинезом об потолок и оставил лежащим на полу в туалете.
Вернувшись обратно в зал, я подошел к своим.
Как раз в тот момент, когда завязалась какая‑то перепалка между Дикими и частью имперцев. Не главным ядром, где стояли Бенджамин и остальным, но с той стороной. Кажется, имперцы все‑таки сообразили, что им нужен второй факультет. Ну и стали собирать по залу всех подряд. Это не понравилось Диким, у которых еще тоже был не комплект.
– Как думаешь, будет драка, нет? – спросил меня Джимпо.
Я сам не заметил, как он появился.
Вот это не было, а вот уже рядом со мной стоит.
– Будет, – ответил я однозначно. – И скорей всего не только.
– И даже приколы? – понадеялся он.
– Сто процентов.
Это его явно воодушевило. А после…
Раздался крик. Но не просто. В Большом Зале уже и так было шумно, и такое бы никто не заметил.
Нет, возглас был испуганный, будто что‑то произошло. Потому внимание и обратили. Шел возглас, кстати, со стороны туалетов.
Кто‑то побежал туда. И достаточно быстро по всему залу разнеслось.
– … мертвый!
– … убит! Он убит!
У меня возникло какое‑то странное предчувствие.
И почти тут же:
– Эндрю Спарк! Его убили!
Глава 19
Ритуал
– Прикол! – выпалил Джимпо.
Взгляд у него буквально загорелся любопытством. Я понял, что он сейчас «прыгнет», и успел схватить его за запястье.
Нас тут же выдернуло в темноту, а спустя миг оказались уже внутри мужского туалета. К тому времени там уже была толпа.
При этом народ жался к выходу, не решаясь проходить глубже внутрь уборной.
И понятно почему.
Эндрю Спарк выглядел плохо. Прям совсем.
Понятия не имею, как все это модно было провернуть за те несколько минут, что прошли с момента нашего разговора, но факт оставался фактом.
Спарк был… растянут.
Точнее, наверное, было не описать.
Левая кисть прилипла к туалетному шкафчику, правая – к умывальнику напротив. Одна из ног лежала на кафельном полу. Голова – с выпученными глазами, у дальней стены. В центре оставалось только туловище с короткими обрубками, от которых к конечностям тянулись полоски нервов и вен.
Самое главное, что во всей этой чудовищной «картине» виделся некий противоестественный порядок. Кто бы все это не сотворил, он знал, что делал. Я так и представил, как сверялись миллиметры. И автор пытался привести свое «творение» к изощренной и безумной гармонии.
И более того.
Он жив, – раздалось в голове от Старика.
Что? – не поверил я.
Но он не ответил. Я ощутил какую‑то сложную эмоцию, исходящую от него. Но каких‑то осмысленных выводов сделать не смог.
Что ты понял? – спросил я мысленно.
Старик не ответил, почти сразу погрузившись «в себя».
Я нахмурился, и…
– Это ты! – почти тут же выпалил кто‑то из толпы. – Звездный!
– Чего? – обернулся я.
Одним из тех, кто стоял в первом ряду был Юшкин. То ли приятель, то ли подручный Спарка. Тот, с которым они тогда пытались отобрать у меня личную карточку.
– Ты его убил! – выпалил он.
Во взгляде у него плескался ужас. На то, что осталось от Спарка, он всеми силами пытался не смотреть.
– Не мели чушь, – ответил я.
– Только ты мог это сделать! Я видел, как вы заходили в туалет! Потом ты вышел, а Эндрю остался внутри! Все знают, что вы с ним не ладили!
«Не ладили»?
Я даже хмыкнул мысленно.
– А ничего, что это он меня позвал поговорить наедине, чему тоже есть куча свидетелей? – напомнил я. – Не очень логично выглядит. Тем более, что эта штука явно была спланирована заранее…
Юшкин на миг растерялся, а после… вдруг резко дернулся назад от меня. Причем не он один, а вся любопытная толпа.
Обернувшись, я видел, что туловище Спарка шевельнулось. Задергалось, будто в агонии, едва ли не подпрыгивая на полу…
Для народа это стало последней каплей. Почти все ломанулись к выходу, кто‑то упал… Останки Спарка к этому моменту, кстати, перестали шевелиться. И почти тут же я ощутил… смерть. Не всегда у меня получалось это определить, но сейчас я был уверен. К тому же Старик на это указал. Энергия или магия, которая содержалась внутри Спарка, окончательно пропала.
– Звездный, – раздался властный голос.
Я увидел зашедшего внутрь туалета Бенджамина Александрита (7) . Он протолкался сквозь тех, кто ломился наружу. Вслед за ним шло несколько имперских аристократов из его свиты.
Взгляд «четвертого в очереди на престол» упал на Спарка. После он снова посмотрел на меня…
Но сказать ничего не успел.
В паре метров от меня раздался хлопок, и в туалете возникла мисс Гринграсс. В той же мантии, в которой она была во время обеда. В руке она сжимала тот же артефакт – палочку. Теперь я точно разглядел, что деревянную. В Ясновиденье от палочки очень плотно веяло Краской .
– Что здесь… – начала она.
И оборвалась, увидев, что осталось от Спарка.
После резко перевела взгляд на меня, окинула взглядом остальных, кто еще находился в туалете. Подействовало это понятным образом.
Большая часть учеников окончательно рванула на выход. Стоявший рядом со мной Джимпо тоже исчез, использовав свою способность. Внутри остались Бенджамин, пара имперцев из его свиты – видимо, они исполняли роль охраны – и Теобальд Туманов (6) . Бледный аристократ, выйдя вперед, уставился на тело Спарка широко раскрытыми глазами.