Твердь: русская борзая. Дилогия (СИ), стр. 71

Мы ехали несколько часов по ржаво‑красной земле. Сперва по грунтовке – хорошо, что Соло взяла внедорожник – потом вдруг выехали на неожиданно хороший новый асфальт, с которого вскоре свернули на грейдер. Я старательно запоминала все названия с табличек, но они никак не помогали понять, хотя бы в какой части континента мы находимся. Чувствовала я себя из‑за этого дура‑дурой – экую неуч завербовали в секретные агенты! Впрочем, для этой миссии и требовалось не примелькавшееся в регионе лицо… В любом случае когда я выйду на связь с базы Мачоси, ее координаты должны, по идее, определиться автоматикой. Но пока я и доступа к средствам связи не получила, и нахожусь неизвестно где, но точно не там, где нужно…

Иногда мы проезжали поселки – когда заброшенные, а когда и обитаемые. В основном они состояли из цинковых коробок, покрытых ржавыми жестяными щитами. Машин и мотоциклов было мало, местные использовали волов и ослов или сами толкали тележки с грузами. К водным колонкам стояли очереди людей с канистрами, я заметила, что они расплачиваются картами или монетами – бесплатной воды здесь не водилось. Мне стало слегка неловко за наш подвальный бассейн, хоть я сама его только чистила.

А ведь этот континент по природным богатствам многократно превосходит все остальные! В Африке родились драгоценные камни, которые украшают короны самых могущественных монархов Тверди – и здесь же добыты золото и платина, из которых эти короны выкованы. Здесь есть уникальные залежи металлов, незаменимых в высокотехнологичных производствах. Наконец, здесь много солнца и ветра, на которых строится новая зеленая энергетика. Но если все эти богатства и используются, то выгоду от этого получает кто угодно, но только не те, кто рождается здесь.

Впрочем, о спасении континента думать рано! Сейчас моя задача – спасти конкретных людей, и я очень мало продвинулась в ее выполнении. Соло вела машину уверенно и ровно. Она была в маске, но даже когда я видела ее лицо – могла прочитать по нему не намного больше, чем теперь. Эх, будь на моем месте авалонский агент Йамес Вондион, он бы давно уже очаровал злодейку и вытянул из нее все темные тайны рынка живого товара! А я разве что марку ее прокладок смогла узнать. Эта женщина с ее тщательно обустроенным одиночеством оставалась для меня такой же загадкой, как местонахождение базы Мачоси. Соло даже не сообщила мне, куда мы направляемся и зачем – но тут интуиция подсказала, что лучше не докучать расспросами. И пистолеты я просить не стала, хотя под свободными одеяниями Соло угадывалась кобура. Конечно, убивать хозяйку для рабыни с лезвием у горла – верная смерть, но можно же, например, прострелить колено и потребовать снять ошейник. В общем, доверие надо сперва заслужить. Без оружия я чувствовала себя хуже чем голая, но никто не обещал, что в рабстве будет комфортно.

Мы проехали очередные полузанесенные красным песком руины и остановились возле заброшенного, но неожиданно современного по дизайну трехэтажного здания округлой формы – хотя красивые панорамные окна давно были выбиты, в проемах мерцали острые сколы. А вот вывеска над входом сохранилась, и я ее узнала. Полгода назад я оплачивала импортное оборудование для мастерских через один авалонский банк, так он после каждого платежа настойчиво предлагал сделать взнос в благотворительный фонд "Africa Awareness', что примерно переводится как "будем внимательны к Африке'. Я, правда, ничего туда не жертвовала – у меня на Севере хватало собственных подопечных. Но эмблему с кудрявой темнокожей девочкой, доверчиво протянувшей вперед ладошки, запомнила.

– Здесь был авалонский благотворительный центр, – неожиданно сказала Соло.

Я обрадовалась возможности завязать наконец разговор:

– Местные могли получить здесь помощь?

– Смотря какую помощь, – по паузе в металлическом голосе я угадала усмешку. – И смотря какие местные. Нужные люди получали кое‑что нужное, это да… Прочим могла перепасть миска супа, и то не во всякий день. Но да теперь финансирование освоено, и проект свернут. А здание пустует. У меня тут встреча… до нее около четверти часа.

Не дожидаясь моей реакции, Соло вышла из машины и решительно направилась к тяжелым двойным дверям – замок с них давно уже был сбит. Я направилась за ней, думая, что стоит радоваться хотя бы таким разъяснениям.

Должно быть, когда‑то холл авалонского благотворительного общества был светлым, просторным и наполненным прекрасным кондиционированным воздухом – но теперь тут все было завалено изгаженными обломками того, что по каким‑то причинам не удалось украсть. Соло уверенным шагом пересекла холл и уселась в чудом сохранившееся офисное кресло. Я направилась за ней, по пути подобрав из праздного любопытства какой‑то измятый документ. Он оказался счетом на приобретение машинного масла. Я всмотрелась в цифры, мысленно пересчитала валюту и тихонько присвистнула: для деревообрабатывающих производств мы закупали точно такое же масло, той же марки – вот только стоило оно дешевле раз в пять‑шесть.

Так, опять не о том думаю! Освоение финансирования авалонскими благотворительными организациями – не моя головная боль прямо сейчас. Следует осмотреть помещение… Два выхода – главный, через который мы вошли, и боковой, заваленный обломками. На второй этаж ведет парадная лестница, перила выломаны. Сбоку, в техническом закутке, я разглядела ржавую пожарную лестницу.

Соло сидела неподвижно. В маске и просторном костюме она выглядела бесстрастной, словно египетский сфинкс. Я встала у стены сзади и чуть сбоку, чтобы видеть сразу и вход, и Соло, и закуток с лестницей.

Снаружи заурчал двигатель, и вскоре в дверях появились двое. Первый – плешивый мужичок лет пятидесяти, поджарый, с жестким птичьим лицом. Серый костюм, рубашка расстегнута, видна толстая золотая цепочка. Второй помоложе, широкоплечий, короткая стрижка, тяжелая челюсть. Вооружен пистолет‑пулеметом Uzzi. Дешевый спортивный костюм… почему так плохо сидит? Ага, под курткой – бронежилет. Глаза маленькие, водянистые, смотрят цепко. Вроде на первый взгляд не урод, но есть в нем что‑то… болезненно безобразное.

Плешивый оглядел брезгливо помещение. На меня обратил не больше внимания, чем на кучу мусора – его интересовала только Соло. Качок осмотрелся куда более профессионально: углы, проходы, потолок. Глянул на меня, но заметил ошейник и тут же потерял интерес. Рабыня не может быть угрозой.

– Соло, – сказал плешивый, не представляясь и не здороваясь. – Мы получили твое сообщение. Спасибо, что согласился на встречу. Надеюсь, это будет началом долгого и плодотворного…

– К делу, – оборвал его механический голос из‑под маски.

– Как скажешь, – плешивый заторопился. Я угадала в его авалонском какой‑то славянский акцент, но не русский. – У нас великолепное предложение для Мачоси! Товар – высший сорт. Школа, хм, моделей! Собираем контингент по всей Восточной Европе. Готовы регулярно поставлять крупные партии, в каждой до полусотни превосходных экземпляров!

Я понимала, что он говорит о живых людях, девушках – и сама удивилась, что это меня совсем не возмутило.

– Слишком рискованно, – сказала Соло. – Школа моделей – история громкая. Массовое исчезновение выпускниц заметят.

– Нет, ну часть девушек действительно станут моделями, – плешивый махнул рукой. – Или проститутками в европейском регионе, но там все добровольно… важно, что никуда они не исчезнут. Мы будем тщательно собирать сведения о каждой, и в Мачоси поставлять только сирот – их в Восточной Европе сейчас хватает!

– Это уже не товар высшего сорта, – заметила Соло. – Мачоси проводит собственную оценку по каждому экземпляру. Наши клиенты бывают весьма требовательны.

– Едва вы увидите первую партию – сразу же оцените качество, – плешивый потер руки. – И немедленно захотите принять вторую. Поэтому в первый раз мы даже не будем заламывать цену, вы сами увидите все выгоды сотрудничества…

Они принялись торговаться – этот процесс одинаков везде, неважно, черешню на базаре покупают или полсотни молодых жизней. Я стояла, опустив глаза, и наблюдала из‑под ресниц, тщательно запоминая каждое слово. Правда, ни малейшего намека на местонахождение Мачоси так и не прозвучало… Качок в скрытом бронежилете продолжал сосредоточенно мониторить помещение. Я осторожно оценила ауры обоих – цивильные, никакой магии. То есть они не должны стать проблемой, если что…