Войны скавенов. Черная чума, стр. 98

— Ты уже получил зерно для своего народа, — заметил Крейссиг. — Два склада. Достаточно, чтобы целую зиму кормить весь Альтдорф.

— Хотеть-нуждаться больше, — повторил мутант свое требование.

Ужасная мысль пришла Крейссигу в голову, когда он услышал это чудовищное, наглое шипение. Отданного зерна хватило бы Альтдорфу на три месяца, но этим мутантам нужно больше. Если их так мало, как он думал… Но можно ли в это поверить? Сколько же этих паразитов там, под землей, на самом деле⁈

Крейссиг переместился на дальний край кровати, спустил ноги на пол и покрепче ухватил одну из подушек, собираясь использовать ее в качестве импровизированного щита.

— Зачем тебе еще зерно? — спросил он.

Крыса-мутант снова защебетала. Когда существо заговорило, его голос стал более размеренным, каждое слово — неторопливым и отчетливым.

— Нужно больше зерна. Если Крейссиг-человек не дать, то мы возьмем. Нужно, чтобы человек-священник оставаться мертвым. Если Крейссиг-человек делать нового человека-священника, мы будем убивать.

— Будете⁈ — воскликнул Крейссиг, бросаясь вперед.

Его кинжал сверкнул во мраке, но лезвие лишь рассекло тени. Красные глазки исчезли, сгинули, словно принадлежали призраку. Прежде чем Крейссиг успел сообразить, куда скрылся мутант, в спальню хлынул свет из распахнувшейся двери. Он резко обернулся, но не встретил ничего угрожающего, кроме взгляда Фурста.

— Я услышал ваш крик, командор, — пояснил слуга, сжимая в одной руке дубинку, а в другой — свечу.

Крейссиг жестом позволил Фурсту войти, приказал ему поднять свечу повыше и осветить как можно большую часть комнаты. Вдвоем они тщательно все обыскали, но ничего не нашли. Гость Крейссига растворился в ночи.

— Можешь идти спать, — сказал Крейссиг Фурсту.

Встревоженный слуга хотел было задержаться, но Крейссиг повторил свой приказ.

Несмотря на обеспокоивший его визит, Крейссиг хотел побыть один. Ему нужно было время, чтобы обдумать свои отношения с мутантами, сопоставить свои переживания и смутные детские сказки. Теперь он уже не был так уверен в том, что его нелюди-шпионы — действительно мутанты. По крайней мере, человеческие мутанты. В старых легендах говорилось о других существах, похожих на крыс, которые могли ходить, говорить и думать, как люди.

Холодная хватка страха сомкнулась на сердце Крейссига — органе, который многие его жертвы описывали как черный и бесчувственный. Теперь оно было больное, перепуганное, терзаемое сомнениями и дурными предчувствиями.

Что, если эти существа и в самом деле были такими, какими Крейссиг боялся их увидеть? Не просто мутанты или монстры, а тот самый ужасный Подземный народ!

Он снова задумался о складах. Завтра же он прикажет кайзеръягерам открыть их, чтобы посмотреть, сколько уже забрали мутанты. Это был один из способов оценить их численность.

Потому что Крейссиг опасался, что под Альтдорфом может оказаться больше крысолюдов, чем он мог увидеть в своих самых страшных кошмарах.

Сильвания

Нахексен, 1113

Запах победы наполнял нос лорда-провидца Скриттара, шагавшего по грязной деревенской дороге. В воздухе витало множество иных восхитительных ароматов. Пахло зерном и сушеным мясом, сыром и хлебом. Человеки в этом поселении были очень трудолюбивы. Внушительный частокол, который они возвели вокруг деревни, ясно говорил о том, что они намеревались сохранить плоды своих трудов. Они были вооружены лучше, чем большинство поселений Сильвании, и лучше подготовлены к бою.

Но все это, разумеется, в конечном итоге им не помогло. Скриттар никогда не переставал удивляться тому, как много веры человеки вкладывают в то, что их могут защитить стены. Скавенским рабам клана Гнойс потребовалось всего несколько часов, чтобы зарыться под эти стены и обрушить их. Прежде чем человеки сообразили, что происходит, крысолюды набросились на них, убивая всех, кто осмеливался сопротивляться. А поскольку враги человеков уже находились внутри их линии обороны, борьба получилась именно такой, какую предпочитал Скриттар, — короткой и односторонней.

Человеки, проявившие благоразумие и сдавшиеся на милость скавенов, получили пощаду, во всяком случае, на время. И причина была не в приятном запахе их страха, а в вопросе грамотной политики. Человеки-рабы обычно оказывались сильнее своих собратьев-скавенов, а когда они в конце концов изнашивались, ими было гораздо приятнее питаться.

Тонкая струйка слюны сбежала с клыков Скриттара, когда он задумался над различными способами приготовления человеческого мяса. Он велит крысам-мечникам Манглрра принести ему на ужин симпатичного молодого человека. Молодые гораздо нежнее, их плоть, похоже, впитывает приправы гораздо лучше, чем плоть более старых особей.

Обратив внимание на кишащих на улицах клановых крыс, Скриттар раздраженно хлестнул хвостом. Несчастные разносчики клещей! Если бы они думали чуть дальше своих желудков, то могли хоть чего-нибудь стоить! Эти постоянные отвлекающие маневры ради добычи провизии становились невыносимы. Они отвлекали от истинной цели — сбора искажающего камня. Не для того Скриттар потратил столько магических сил и устроил мученическую смерть двадцати четырех своих самых могущественных серых провидцев, чтобы клан Гнойс рыскал по Сильвании, удовлетворяя свои ненасытные гастрономические аппетиты!

Повелитель провидцев раздраженно ударил посохом проходящую мимо клановую крысу, сбив крысолюда в грязь. Прежде чем тот успел подняться, Скриттар выхватил еду из лап скавена. Развернувшийся скавен едва не обнажил клыки, но увидел, кто на него напал. Испуганно взвизгнув, он поспешил прочь, оставив Скриттара грызть отобранную добычу. Заканчивая редиску, Скриттар ощутил перемену в воздухе. Теперь в нем чувствовался новый привкус: гнилостный запах испорченного мяса и кишащих червей. Походило на вонь, которую скавены обнаруживали у умерших от Черной чумы человеков, но этот запах был гораздо сильнее. Серый провидец начал задумываться, не раскопал ли какой-нибудь чересчур нетерпеливый паразит Манглрра яму для захоронения человеков, и тут в воздухе появился новый аромат. То был запах страха, но гораздо более резкий и плотный, чем тот, что исходил от людей. Скриттар очень хорошо знал эту вонь, возможно, он даже мог бы признаться, что производит ее сам, если бы такое признание не было признаком слабости. Мускусный запах скавенов, выделявшийся железами во время волнения. Почему паршивые приспешники Манглрра испугались сейчас, когда деревня уже покорена? Это было абсурдом, который серый провидец никак не мог понять.

— Могучий и великий повелитель провидцев! — взвизгнул дрожащий голос.

Скриттар учуял запах Манглрра Грозы Нор задолго до того, как увидел военачальника. Запах одного из членов Совета Тринадцати в таком возбуждении заставил усы лорда-провидца презрительно дрогнуть. Воистину, Рогатая никогда не желала, чтобы такие слабохарактерные мыши участвовали в управлении Подземной Империей! Подобные коварные трусы годились лишь на то, чтобы их использовали другие, более умные. Это была главная причина, по которой Скриттар избрал клан Гнойс, чтобы тот помог ему собрать искажающий камень.

Подбежавший к Скриттару Манглрр сгорбился в испуге, сопровождавший его дородный штурмовой крыс демонстрировал столь же кроткую и униженную позу. Повелитель провидцев с опаской относился к подобным явлениям, но оттенок их запаха свидетельствовал о том, что их отчаяние искренно. Не оставалось никаких сомнений: испуг военачальника породил панику, охватившую обыскивавших деревню крысолюдов.

— Почтенный крыс-маг, Верховный Пророк Рогатой! — заскулил Манглрр, склоняясь перед Скриттаром и почти касаясь носом земли.

Такое пресмыкательство одного из Серых лордов наполнило Скриттара отвращением… и легким беспокойством.

— Говори-пищи! — потребовал Скриттар, гадая, о какой новой катастрофе собирается поведать ему военачальник. Если Разжигатель войны Вектик прознал об этой экспедиции, то возможно, на них надвигается уже весь клан Риктус! Если это так, Скриттару стоит начать думать о том, как переложить всю вину на хвост Манглрра.