Войны скавенов. Черная чума, стр. 92

Ничто не удержит его от этого достижения. Ничто.

Некромант поднялся по короткой лестнице и, проходя мимо Марко, протянул крестьянину худощавую руку. Марко на миг заколебался, а затем с беспокойством на лице вложил в ладонь Лотара древний бронзовый нож. Сжимая атам в костлявой руке, барон приблизился к алтарю. Жертва смотрела на него широко распахнутыми в отчаянной мольбе глазами. Возможно, когда-то Лотар был достаточно слаб, чтобы подчиниться этой мольбе, позволить мелочным семейным привязанностям удержать его руку. Но то время давно миновало. Сейчас он хотел от матери лишь одного. Быстрым ударом атам вонзился ей в грудь. Лотар чувствовал, как ее агония устремляется вверх по клинку. Некромант яростно повернул лезвие. В конце концов, он уже был отцеубийцей. К чему сейчас колебания?

Спустя несколько минут Лотар отошел от забрызганного кровью алтаря и понес свою добычу к ухмыляющемуся черепу. Пустые глазницы, казалось, смотрели сверху вниз на трепещущее сердце, следя за тем, как последние капли крови вытекают из его вен.

Некромант ощущал, как вокруг него собирается сила. Он закрыл глаза, и его взор охватило сияние эфирных вибраций. Кожа искрила от пульсирующей вокруг тела магии. В голове Лотара крутились странные образы и призрачные пейзажи, в ушах звучал шепот потусторонних существ. То была попытка подчинить струящуюся через него мощь, усилие, которое по плечу лишь такому, как у него, сосредоточенному и решительному духу.

Закрыв глаза, некромант мог отправить свой дух в бескрайние вечности, оседлав смертельные эманации бессмертных циклов разложения и распада. Он видел расцветы царств, приливы и отливы империй. Созерцал великий некрополь пустыни, гигантские каменные пирамиды, поднимавшиеся из песков тысячелетий, слышал напевный речитатив жрецов, которые, поклоняясь мумиям царей, сами были уже наполовину мертвы. Лотар стоял там, когда Черная Пирамида взметнулась в небо — колосс, сотканный из полуночи, благоухающий эманациями самого отвратительного колдовства и нечестивости. Он был свидетелем Великого Ритуала, апокалипсиса, возвестившего о Вечной Ночи, на одном дыхании уничтожившего могущественный народ.

Некромант вдыхал запахи разложения тысяч людей, наблюдал за тем, как подобие жизни вновь вползает в иссохшую плоть и древние кости. В своем видении он наблюдал мертвых, кучами валявшихся на улицах, во дворце и в храме. Перед его взглядом они зашевелились, поднялись, спотыкаясь, на лишенные плоти ноги и двинулись к пирамидам и некрополям. Целая раса, уничтоженная и воскресшая за одну ночь. Народ, уничтоженный и возрожденный единой господствующей волей и магией, открытой этим великим и ужасным разумом.

Той же магией, что была источником искусства некроманта.

Когда Лотар пришел в себя после мрачного прозрения, он ощутил новые вибрации, новое движение энергии смерти в храме. Хор призраков, звучавший у него в ушах, заглушили крики и лязг мечей. Отвернувшись от алтаря, он увидел, что двери храма распахнуты настежь. Толпа оборванных крестьян и несколько вооруженных людей в ливреях стражников ворвались в здание и сражались с головорезами Марко, пытаясь прорваться к святилищу.

Некромант вдохнул бодрящий запах пролитой крови и протянул руку. Переполненный силой, полученной от убийства собственной матери, Лотар фон Диль сосредоточился на единственной цели. Бросив сердце матери на пол, он извлек из-под мантии «Арканы Кадона». Почти по собственной воле книга открылась на заклинании, которое некромант собирался произнести.

— Надо бежать, ваша светлость, — умолял Марко. — Толпа не пощадит даже человека вашего звания!

Лотар посмотрел на мелкого негодяя. В прошлом Марко был ему очень полезен, но теперь его полезности пришел конец. Снова повернувшись к проходу, барон увидел, как один за другим падают головорезы, убиваемые мстительной толпой. Марко прав, они сделают с ним то же самое за то, что сейчас совершил. То есть если у них будет такая возможность. Повысив голос и перейдя на почти звериный вопль, Лотар произнес ужасные имена древней Нехекхары, призывая те изначальные силы, которые жрецы-личи Кхемри связали этими именами. Собравшаяся вокруг него адская энергия высвободилась, трансформировалась и дала силу заклинанию, намного превосходящему даже то, которое было под силу Кадону. Установленный на плечи обезглавленной Шалльи череп, пронзенный энергией некроманта, разлетелся на куски, оставив после себя лишь висящий в воздухе кровавый символ. Парящий знак пылал гибельным светом, словно звезда из склепа. Из иероглифа вырывались жуткие лучи, пронизывая храм по змеящимся извилистым траекториям.

Когда воздух в храме стал ледяным, а с алтаря потекла темная магия, толпа притихла. Оставшиеся в живых головорезы закричали от ужаса при виде того, как эти магические стрелы проникают в валяющихся на скамьях жертв чумы. Там, где раньше была мертвая плоть, теперь началось шевеление, ужасное пробуждение. Изможденные руки вцеплялись в скамьи, разбитые головы поднимались из луж крови. Храм заполнился криками: и захватчики, и защитники увидели, как мертвецы обретают жуткую жизнь. Одетые в грязные лохмотья, с иссохшими от голода телами, с черными чумными язвами на коже, зомби неуклюже побрели по проходам. Привязанные к столбам тела жриц бились и рвались, пытаясь выскользнуть из пут, чтобы напасть на такую близкую живую плоть.

Нечестивый речитатив заклинаний Лотара взвился, исходящие от алтаря лучи бледного света взорвались новым безумием, пронеслись через храм, прожигая потолок и стены. Толпа у дверей уже обратилась в бегство, головорезы Марко бежали вместе с ними. Раненых бросили, и те кричали, глядя на приближающихся зомби с когтистыми руками и щелкающими челюстями. В глубине святилища Марко бросился к одному из витражных окон в отчаянной попытке убежать. Он успел лишь разбить застекленную поверхность тяжелым креслом, и тут до него добрался первый зомби и навалился всем своим мертвым весом. Тварь вцепилась в человека зубами, разбойник замахал руками и начал вырываться. Освободиться он не успел: дюжина других зомби склонилась над ним, хватая мертвыми пальцами. Чудовища выпустили человека лишь тогда, когда он превратился в бесформенную груду мяса.

Лотар не обратил внимания на судьбу бывшего сообщника, полностью сосредоточившись на высвобожденной могучей магии. По улицам Мордхейма змеились щупальца колдовства, выискивая нездоровые гармонии могил и склепов. Лучи проникали в мавзолеи Штайнхардтов, в склепы дворян и безымянные могилы обездоленных. Лопались гробы, со скрипом открывались гробницы, широко распахивались мраморные двери. По улицам Мордхейма шаркали на гнилых и костлявых ногах мертвецы, поднятые с кладбищ и чумных ям.

Когда Лотар фон Диль покинул оскверненный храм, там уже не было ни единой живой души. По улицам великого города шла только нежить — мертвый легион, поднятый из могил силой его магии. Он ощутил, как его переполняет чувство торжества при виде того, как мимо ступеней храма проходят бесплотные скелеты и разлагающиеся зомби. Сотни мертвецов Мордхейма, порабощенные волей одного человека!

Некромант чувствовал, как живые обитатели города прячутся за запертыми дверями и выглядывают из-за закрытых ставен. Их ужас был почти осязаем. Это казалось так легко — раздавить, уничтожить их всех. Одна-единственная мысль — и он сможет натравить на них свою нежить и стать властелином Мордхейма!

Лотар покачал головой, глуша ребяческий порыв. Зачем ему править городом, вырезать королевство из чумного Остермарка? Такие желания — лишь временное заблуждение, подобие истинной власти. Крепче сжав в руке чешуйчатый переплет «Арканов Кадона», барон понимал, что настоящая власть у него под рукой, стоит лишь раскрыть ее тайны.

Хоть это и уязвляло его благородную гордость, Лотар вынужден был признать свою ограниченность. Даже могущественная магия, которую дало ему убийство матери, была ничтожной по сравнению со знанием, заключенным в нечестивой книге.

Однако был тот, чьи способности в черной магии были достаточно велики, чтобы расшифровать «Арканы Кадона». Поднятие мертвых Мордхейма не было высокомерным проявлением силы, у подвига Лотара была цель. С армией нежити он войдет в Сильванию и встретится с Ванхалом. Простолюдин-некромант откроет ему все секреты. Если он окажется способным, возможно, Лотар даже снизойдет до того, чтобы взять его в ученики.