Боевой кузнец. Дилогия (СИ), стр. 7

Глава 4

Я ещё раз обвёл взглядом кузню и наконец нашёл то, что искал. За небольшой перегородкой обнаружился склад топлива. Звучало громко, а на деле там лежала куча угля, которую при желании можно было перенести за пару часов.

— Должно хватить, если не жечь впустую, — скептически хмыкнул я.

Учитывая масштабы задуманного, уверенности в собственных словах не было даже у меня.

Вернувшись к добыче из руин, я принялся перебирать металл. Пластины, тяги, какие-то крепления, обломки механизмов. В одной из пластин обнаружилась бронзовая шестерня размером с ладонь.

— А вот проверить всё же придётся. Вдруг идея не выгорит. — пробормотал я.

Несколько ударов молотком, и шестерня отделилась от основания. Разломав её на части, я закинул обломки в металлический стакан и поставил его в горн, предварительно разведя огонь.

Пришлось поработать мехами, но через несколько минут металл внутри начал менять цвет, а ещё через некоторое время бронза потекла — не полностью, но достаточно, чтобы сомнений не осталось.

Я довольно кивнул.

— Уже что-то.

Эксперимент удался, потому не стоило дальше поддерживать огонь. Уголь был слишком ценным ресурсом, чтобы жечь его ради удовольствия.

После этого доел вчерашнего зайца, который успел основательно остыть, собрал мешок и отправился обратно к руинам. По пути всё же заглянул к расставленным ловушкам, мало ли, вдруг успех повторится и мне не придётся задумываться о еде.

Первая петля выглядела нетронутой, во второй обнаружились клочья шерсти, а вот возле третьей лежали обрывки туши косого. Кто-то успел добраться до добычи раньше меня.

— Замечательно, — вздохнул я. — Значит, здесь ещё и хищники водятся.

Мысль мне не понравилась. До этого момента главным источником неприятностей казались люди и механизмы в проклятых развалинах. Теперь же список расширился. Нужно будет обзавестись хоть каким-нибудь оружием.

С этой мыслью я добрался до башни и первые несколько минут потратил на осторожный обход руин. Посторонних шорохов или существ обнаружить не удалось. Никто не пытался меня сожрать или убить, что радовало само по себе.

Поднявшись к месту вчерашнего сражения, я принялся разбирать первого конструкта. Как и ожидалось, работа оказалась довольно муторной. Конструкторы, создавшие это чудо, явно не планировали разделять его на составляющие в полевых условиях. Чтобы добраться до внутренностей, мне пришлось буквально выкорчевать несколько пластин брони, что оказалось очень увлекательным занятием. Даже с инструментом, пусть и неподходящим, удалось его расковырять примерно через час. К сожалению, бронзовых деталей внутри было значительно меньше, чем хотелось, потому что большая часть механизма состояла из какого-то сплава серого цвета.

Зато шестерёнки действительно попадались, причём основная масса была именно из бронзы. Не сокровище, конечно, но для экспериментов и выполнения заказа хватит. Когда мешок начал приятно оттягивать плечо, я решил, что на сегодня добычи достаточно, и отправился обратно, уже прикидывая варианты следующего этапа.

До кузницы оставалось совсем немного, когда дорогу мне перегородили трое подростков. Один постарше шёл во главе, а двое чуть помладше держались позади.

Память тут же подбросила нужную информацию. Матвей — сын старосты, легендарная личность, если можно так выразиться. В деревне его уважали, он всегда был готов помочь людям, участвовал в общих работах, а ещё очень любил давать советы.

Именно этот индивидуум первым заявил, что проблема с наконечниками заключается не в кривых руках мастера, а в плохом металле. И именно он посоветовал поискать нормальный металл возле разрушенной башни. Совпадение, конечно, по крайней мере хотелось бы верить, что он не специально послал меня на верную смерть.

— Серж, ты чего пропал? — обеспокоенно начал Матвей.

— Так заказ выполняю, — пожал я плечами.

— Давай с нами на речку. — Матвей улыбнулся, а его спутники дружно закивали.

— Мне работать нужно, — ответил я. — Заказ барона сам себя не выполнит.

— Неужто нашёл металл? — удивился парень.

— Не совсем. — Я поморщился. Объяснять свои идеи не хотелось. — Придумал, как выполнить заказ из того, что есть.

— А чего тогда от башни идёшь? — подозрительно посмотрел на меня Матвей.

— Так охочусь я там, — пожал плечами.

— Да, его вчера видели с тушкой зайца, — немедленно подтвердил один из подпевал.

Матвей нахмурился.

— Ты же знаешь, что барон запретил охотиться в округе без разрешения?

На этот раз напрягся уже я.

— Не знал.

— Ладно, мы тебя не выдадим, — подмигнул парень. — Но ты завязывай с этим делом.

После чего троица спокойно направилась в сторону реки, а я остался стоять посреди дороги. Новость оказалась неожиданной. Получалось, что где-то неподалёку есть река, а в реке вполне могла водиться рыба. Главное, чтобы для рыбалки тоже не требовалось отдельное разрешение от барона, старосты, местного жреца и ещё десятка желающих поучаствовать в процессе.

Я проводил компанию взглядом. Матвей производил впечатление будущего старосты. Вежливый, заботливый, правильный. Только почему-то внутри постоянно шевелилось ощущение, что помогает он людям не совсем бескорыстно. Словно за каждой улыбкой скрывался ещё какой-то расчёт. Доказательств у меня не было, только странное чувство. А жизненный опыт подсказывал: когда появляется подобное чувство, лучше хотя бы присмотреться внимательнее.

Вернувшись в кузню, я первым делом вывалил добытые шестерёнки на верстак и некоторое время просто смотрел на них. План выглядел всё таким же сомнительным. С другой стороны, пять наконечников за два часа внушали уверенности ещё меньше.

— Либо меня выпорют за плохие наконечники, либо за отсутствие наконечников вообще, — подвёл я итог. — Выбор, конечно, богатый.

Приняв окончательное решение, я приступил к поиску подходящей глины. К счастью, возле кузницы обнаружилась целая куча какого-то сырья, из которого раньше лепили формы для мелких литых деталей. Видимо, местные кузнецы иногда всё же пользовались литьём, просто не для оружия.

Несколько часов у меня ушло на эксперименты. Сначала я попытался сделать форму под один наконечник. Получилось прям отвратительно.

Немного подумав, я решил попробовать сделать форму под три наконечника. Вроде получилось, и я начал процесс плавки металла. Однако после первой же заливки форма треснула пополам, а бронза вытекла наружу и намертво прилипла к верстаку.

— Великолепно, — проворчал я. — Осталось только кузницу сжечь, и день можно считать удачным.

Следующая форма выдержала процесс заливки, зато внутри обнаружились пустоты. Наконечник выглядел так, словно его кто-то успел погрызть перед тем, как я разделил форму.

Третий эксперимент закончился ещё веселее: металл застыл раньше времени и намертво закупорил литниковый канал. Пришлось разбивать всю конструкцию молотком.

К вечеру возле кузни выросла целая коллекция доказательств того, что инженерное образование не гарантирует мгновенного успеха: обломки форм смешались с испорченными наконечниками, и кусками застывшей бронзы, а довершал картину очень уставший инженер.

Зато постепенно начала вырисовываться рабочая схема. Я наконец-то сделал две половины формы из плотной обожжённой глины. Внутри расположились сразу пять одинаковых полостей под наконечники. Все они соединялись общим литниковым каналом, получалась своеобразная металлическая гроздь, но всё ещё оставалась проблема втулок. Если просто заливать бронзу в форму, наконечник получится цельным, и насаживать его на древко будет невозможно, а сверлильный станок или даже дрель я, почему-то, не нашёл.

С этой задачей пришлось повозиться отдельно. После нескольких неудачных попыток я изготовил металлическую планку с пятью тонкими штырями. Каждый штырь точно попадал в центр будущей втулки. Перед заливкой я устанавливал планку сверху формы. Штыри уходили внутрь литейных полостей, после этого оставалось только залить бронзу. Когда металл остывал, штыри довольно легко вытаскивались обратно, оставляя внутри аккуратные полости под древко.