Костяная игла (ЛП), стр. 40

— И сколько всего частей, не знает никто?

— Боюсь, что так.

Он подумал о Хлое, которая до сих пор не ответила на его эсэмэску.

— В интернете я почти ничего об этом не нашёл. Откуда вы всё это знаете?

— Что ж, знать такие вещи — моя профессия. Я всю жизнь занимаюсь искусством, и кое-какие связи у меня есть. — Она сощурилась на солнце. — Говорят, существует один — пусть и довольно скверный — рисунок двенадцатого века, который, к сожалению, тоже в частных руках, если только его давным-давно не уничтожили в сумятице последних войн.

— Эскиз Биро?

— Скорее чертёж. — Она кивнула. — Правда, неизвестно, подлинный ли он. Так или иначе, именно этот рисунок и породил все легенды о том, что Bataille faite d’os состоит самое меньшее из пяти частей, а то и больше.

Хогарт постепенно начинал понимать.

— А что будет, если все предметы снова собрать вместе и соединить в одно целое?

Майер-Лански улыбнулась.

— Тогда, во-первых, было бы доказано, что цельное произведение Биро действительно существует, а во-вторых, оно стало бы символом нормандских походов пресловутого Людовика Седьмого — и приобрело бы тем самым, по крайней мере для посвящённых, бесценное искусствоведческое значение.

— Кого это могло бы заинтересовать? — Тот же вопрос он уже задавал мадам Горгович-Медунян.

— Любого, кто питает слабость к истории, кто фантазёр и мечтатель и у кого вдоволь денег.

Ответ вышел похожим.

— А кто-то конкретный приходит вам на ум?

— О боже! — Она улыбнулась. — Премьер-министр Франции, министерство культуры, Лувр, миллиардер, не знающий, куда девать деньги, археолог, одержимый этой легендой.

Круг подозреваемых это, конечно, сужало, но проще задачу не делало.

Тем временем они снова стояли перед семейным мавзолеем Лански. Лицо Майер-Лански переменилось. И впрямь, за последний без малого час он сумел своими вопросами отвлечь её от мрачных мыслей. Хогарт взглянул на часы, затем покосился на выход Порт-Гамбетта неподалёку. Ни Хлои, ни её машины не видать.

— Вы мне очень помогли.

— Надеюсь, ваши поиски увенчаются успехом. От всего сердца желаю вам этого. — Она посмотрела на надгробие, словно там крылась связь с делом.

— Это с чего вдруг? — спросил Хогарт напрямик.

Она сжала губы.

— Вся эта история не идёт у меня из головы с тех пор, как я узнала, что на месье Бонне напали, а месье Руссо убили.

Хогарт нахмурился.

— Не понимаю…

Майер-Лански взглянула на него.

— Верно, и не можете понять. — Она вздохнула. — Старый ворчун Руссо был добрым другом моего мужа. После смерти Жака я нередко его навещала. Они были так похожи, он напоминал мне Жака. Оба по знаку Тельцы — упорные, могучие люди, что всегда уверенно шли своим путём.

На долю секунды в сознании Хогарта вспыхнуло странное воспоминание. Тут что-то было. Что-то не сходится! Но мысль не давалась. В следующий миг ощущение исчезло — потому что снова появился тот самый полицейский. Теперь он пригнулся за надгробием, изо всех сил стараясь остаться незамеченным.

Чёрт!

Это уже не случайность.

Хогарт посмотрел на Майер-Лански, и взгляд его, должно быть, источал яд и желчь, потому что она тут же отшатнулась и залилась краской. Глаза её забегали — видимо, искала того полицейского в форме. Очевидно, она узнала от Раста, что его разыскивает полиция, и попросту его сдала.

— Простите, — выдохнула она.

Может, это и было искренне, но не отменяло того, что она заманила его в ловушку.

— Я хочу раскрыть дело! — прошипел он. — А вы что творите, чёрт побери?..

— Простите, — повторила она.

— Вам поручили выяснить для полиции, за кем или за чем я охочусь?

Она промолчала.

Он схватил её за руку.

— Так вы целый час мне лгали?

Она болезненно сморщилась.

— Нет, насчёт Биро я говорила правду.

Если броситься к выходу сейчас, он, может, и успеет добраться туда раньше полицейских. А дальше? Его всё равно схватят. Он крепче стиснул локоть Майер-Лански и притянул её к себе.

— Вы пойдёте со мной.

ГЛАВА 37

Хогарт быстрым шагом двигался по узкой гравийной дорожке к выходу. Не церемонясь, тащил Майер-Лански за собой: одной рукой подхватил её под локоть, другой сжимал запястье.

— Мне больно, — простонала она, но он пропустил это мимо ушей.

Краем глаза видел, как полицейский и двое в штатском шагом, с трёх сторон, движутся следом.

Значит, их трое. Наверняка кто-то ждёт и у входа. А если нет — по рации мигом вызовут подмогу. Хогарт прибавил шагу, но не побежал.

— Attention! — несколько раз прошипел он, чтобы прохожие расступались.

— Что вы задумали? — выдохнула Майер-Лански.

— Зонт — это сигнал?

— Что?

— Вы прекрасно меня поняли! Вам полагалось раскрыть его или уронить, если окажетесь в опасности?

— Я… я… — Она судорожно втянула воздух. — Да, но я совсем об этом забыла.

— Теперь уже ни к чему. Ваши охранники и так идут за нами.

Она попыталась обернуться, но Хогарт потянул её дальше.

— Что вы задумали? — повторила она.

— То же, что и раньше. Вернуть костяную булавку, найти Элизабет, раскрыть дело.

А ещё найти Татьяну и остаться в живых.

До выхода оставалось всего несколько метров. За воротами он мог лишь надеяться, что прямо напротив окажется станция метро или людная торговая улица, где удастся затеряться. Иначе его схватят за считаные минуты.

— Я не могу так быстро.

Охотно верил — на таких шпильках. Но они и без того уже добрались до ворот. Хогарт отпустил её и рванул в проём. Даже не оборачиваясь, знал: теперь и преследователи побегут.

Перед ним открылась широкая авеню вдоль кладбищенской ограды. Улица с односторонним движением, зона тридцать километров в час. Ни метро, ни торговых рядов, ни толпы. Было бы слишком хорошо! Зато — добрая весть — и патрульных машин тут не оказалось.

И тут он увидел жёлтый «Мини Купер»: тот на бешеной скорости нёсся ему навстречу — против движения. Коротко мигнул дальний свет.

Хогарт замахал и побежал к машине. Хлоя затормозила с визгом покрышек. Дверца распахнулась, он втиснулся в салон. Не успел втянуть вторую ногу и захлопнуть дверцу, как она уже вдавила газ.

— За вами трое, — крикнула она. — Один в форме.

— Знаю, долгая история, — выдохнул он. — Вон там сверните направо, прочь от кладбища.

Но она проехала прямо и свернула вправо лишь через улицу. Покрышки взвизгнули.

— А вы знали, что на весь Париж только один знак «Стоп»?

Хогарт растерянно покосился на неё.

— Что?

— Преимущество всегда у того, кто справа.

— Ладно, и зачем вы поехали этой дорогой?

— Так быстрее к автостраде.

— К автостраде? — Он потянулся за ремнём и пристегнулся.

— Я была в вашем отеле. Полиция сейчас обыскивает номер.

— Вы были… в отеле? — переспросил он.

Она глянула в зеркало заднего вида.

— Ваш чемодан у меня.

Он обернулся, посмотрел назад. И правда — там лежал его чемодан.

— А ноутбук?

— И ноутбук, и всё из ящика стола.

— А зачем?

— Зачем? Вас разыскивают, вы в бегах! Чтобы полиция не так-то просто напала на ваш след, я решила забрать вещи, пока они не осели в комиссариате. — Прошмыгнув несколькими переулками, Хлоя сбавила скорость, чтобы не бросаться в глаза.

Хогарт знал эти места. Они ехали к Триумфальной арке.

— Они там наверняка записали номер вашей машины. И вот вы уже второй раз помогаете мне бежать.

Она бросила на него короткий взгляд. Глаза ледяные.

— Во-первых, официально я вообще не знаю, что вы в бегах, — мне об этом никто не сообщал. А во-вторых, сегодня утром, пока Сабатье беседовал с вами, я в загородном доме мадам Требич удостоилась обстоятельного допроса.