Брат мужа. Порочные игры (СИ), стр. 13

— Нет.

Снимает рубашку, и я выдыхаю. Грудные мышцы, пресс, бицепсы и трицепсы и прочее меня вводят в некоторое состояние транса. Я подозревала, что Влад не жирдяй, но не ожидала того идеала, к которому стремится каждый мужчина. Мускулы соблазнительно перекатываются под кожей, гипнотизируют, и я не сразу замечаю, что Влад расстегнул ширинку.

— Выдохни, Поли.

Стягивает штаны, и я прижимаю ладони к лицу, как стыдливая девственница, что в первый раз узрела голого мужчину. То, что на ощупь казалось большим, и на деле оказалось совсем не хомячком: жилистая дубинка с крупной багровой головкой и аккуратными яичками.

— Может, тебе в порно?

— Да, мне однажды поступило такое предложение, — покачивается зловещим маятником.

— И ты отказался? — поднимаю взгляд и медленно моргаю.

— Естественно, Поли, — голодным хищником ныряет под мой визг под одеяло.

Я не успеваю уползти от его загребущих рук, которые рывком прижимают к горячей и мускулистой груди.

— Я не хочу быть твоей женой на неделю! Я передумала!

— А я нет.

С рыком впивается в губы, хаотично шарясь по груди, талии и бедру. Разводит ноги коленом, сдвигает ластовицу трусиков и под мой восклик глубоким толчком берет меня. У меня аж слезы из глаз брызжут, и я хватаю ртом воздух.

— О, твое лицо, Поли, — шепчет в губы и новым рывком вжимается в меня, — оно прелестно.

Распирает изнутри и сминает толчками, которые отзываются не только болью, но и тянущим удовольствием, которое разгорается огнем от влажных и жадных поцелуев. Я сопротивляюсь наглому и настойчивому языку, царапая напряженные плечи ногтями, а Влад усиленнее и яростнее вдавливает меня в матрас, проникая в темные и болезненные глубины моего тела.

— Ты такая узкая, Поли, — сдавленно рычит в ухо. — Такая тугая.

Его хриплый голос затекает в ушные раковины ядовитой смолой. Разум вспыхивает стыдом, который разгоняет кровь по венам и мышцам, и новый скользящий толчок охватывает лоно и низ живота спазмами, а они судорогами под мой крик бегут по телу.

— Рановато ты, — шепчет Влад и с рыком резко и коротко ведет тазом. — Буду догонять.

В утробном стоне присасывается к моему рту и содрогается всем телом, вжавшись в меня. Пульсирует во мне, заполняя горячей вязкой спермой. Душит в стальных объятиях и глотает мое возмущенное мычание. Когда он падает на спину с удовлетворенным и сиплым смешком, я не в силах даже моргнуть.

— А ты громкая.

— Обычно я тихая, — накрываю лицо руками.

Я с Пашей не кончала. Мне было приятно, тепло, но внутренности ни разу не тянуло режущим оргазмом и не схватывало ступни судорогами. Но и сам он никогда не походил на зверя и не рычал в лицо с оскалом.

— Кажется, ты согрелась, — самодовольно смеется Влад и притягивает к себе.

Выворачиваюсь из его рук и подползаю к краю кровати. Сажусь и пью глинтвейн крупными глотками прямо из кастрюльки. Не хочу быть трезвой в обществе Влада.

— Кстати, это безалкогольный глинтвейн, — поглаживает меня по спине. — На виноградном и клюквенном соке, Поли. Я хочу, чтобы ты была со мной трезвой.

Глава 21. Десять баллов для круглой отличницы

— Как безалкогольный? — я возмущенно оглядываюсь на Влада. — Я же пьяная.

— Дай мне тоже выпить, — садится и протягивает рук.

— Но я пьяная, — вручаю ему кастрюльку. — Тут есть алкоголь. Это вино.

— Нет, — хмыкает Влад и прикладывается с улыбкой к кастрюльке.

— Да.

— Нет, — возвращает кастрюльку, и я встаю, прижав ее к груди.

— Да.

Отказываюсь принимать тот факт, что я получила удовольствие с чужим мне мужчиной. Пальцы я оправдала стрессом, а сейчас я срочно нуждаюсь в другой отговорке. Я пьяная и точка. Вон, я даже пошатываюсь на нетвердых ногах.

— Насколько ты оценишь свой оргазм? — деловито и серьезно спрашивает Влад, покидая кровать.

— На минус сто, — шепчу я.

— Я думаю, что ты лукавишь, — потягивается и разминает плечи.

Какая же у него задница! Крепкая, подтянутая. Так и хочется игриво ее шлепнуть или укусить. Я точно пьяная. Зачем мне кусать Влада за его ягодицы?

— Я ставлю семь из десяти, — вальяжно плывет к дверям.

— Почему только семь? — возмущенно охаю я.

— Восемь? — он оглядывается с хитрой улыбкой.

— Десять, — не подумав, отвечаю я и оставляю кастрюльку. — Хотя бы за то, что я выжила.

— Восемь из десяти, — Влад обнажает зубы в оскале.

— И по каким критериям ты выставил столь несправедливую оценку?

— Ну… — загадочно скрывается в ванной комнате, и возмущенно шагаю за ним.

Белая плитка, золотая витиеватая фурнитура на мебели, лепнина у потолка, огромная душевая и джакузи. Мраморной девице место здесь. Можно на ее руки повесить полотенца.

— Семь баллов за белье…

— Почему только семь?

— Десять за твою узенькую киску, — Влад открывает стеклянную дверцу душевой.

Я смущенно краснею, но мысленно себя одергиваю, потому что Влад говорит отвратительны вещи, которые должны меня возмутить.

— Шесть за чулки, потому что я предпочитаю чулки на подвязках и с пояском, — заходит в душевую. — Это тебе на будущее.

— Девять за крики, — закрывает дверцу и включает воду. — И среднее арифметическое — восемь.

— Почему девять за крики? — встаю перед стеклянной дверцей. — Куда один балл подевался?

— А почему минус сто? — выдавливает из черного тюбика на ладонь гель и намыливает грудь.

— Это же очевидно.

— Нет.

— Мне не понравилось.

— Лжешь, Поли, — тщательно трет подмышки и ладони спускаются к прессу.

— Для меня важен моральный аспект в близости, — повышаю голос, чтобы Влад услышал меня через шум воды, — а морально я совершенно не удовлетворена.

Ладони скользят к паху, и я зачарованно смотрю, как они вспенивают завитки волос, намыливаю яички и небрежно проходят по члену, который под моим взором наливается кровью и разбухает.

— Главное, что я морально и физически удовлетворен, — встает под струйки воды, вскинув лицо.

— На восемь из десяти, — цежу сквозь зубы.

— Мне нравится, что ты амбициозная женщина, Поли, — выходи, приглаживая влажные волосы, и тянется к белому хлопковому халату. — Дай угадаю, ты была отличницей в школе?

— Да. Круглой, — скрещиваю руки на груди.

— У тебя будет возможность заработать от меня десятку, — накидывает на плечи халат и бесстыдно покачивает эрегированным членом с глумливой улыбкой. — Допустим, сейчас. Или ты предпочтешь освежиться? Я даю тебе выбор и возможность морально подготовиться.

— Я освежусь, — под пристальным взглядом Влада я незамедлительно краснею. — И сколько времени ты даешь мне отдохнуть от тебя?

— Сколько мне потребовалось времени? — в вопросительной издевке вскидывает бровь. — Меньше пяти минут.

— Мне этого мало.

— Почему?

— Потому что я хочу поплакать, — пожимаю плечами. — Я имею право на слезы?

— Десять минут, — строго чеканит Влад и покидает ванную комнату.

Поплакать мне не удается. Я злюсь из-за восьмерки, которую мне поставил Влад. Не то чтобы я очень старалась его впечатлить, когда он на меня набросился, но я считаю, что он несправедлив. Я не в себе. У меня включился какой-то защитный механизм, который не позволяет трезво оценить весь ужас происходящего. Я дважды ткнула в мужа вилкой, затем от него сбежала, а теперь негодую из-за оценки его брата. Это же полное безумие.

Кутаюсь в полотенце. Похлопываю по щекам в попытках привести себя в чувство и вызвать истерику со слезами. Именно такая реакция логична в данной ситуации. Либо прыжок из окна спальни, которое я сердито гипнотизирую . Подхожу, одергиваю шторы и не нахожу ручки. Ощупываю раму, пытаюсь ее сдвинуть или поднять, но ничего не выходит.

Разочарованная наматываю круги по спальне. В гостиной меня ждет Влад и его мраморная подружка. Но чего мне бояться? Честь верной жены уже запятнана. массирую виски и выхожу.