Без обязательств (СИ), стр. 18
— Я несколько раз встречалась в рабочем процессе с Евгенией… Дмитриевной, кажется. По-моему, она прекрасный специалист и душевный человек.
— Очень, — закатываю глаза. — Приняла меня как родную. Не сомневайся… А у вас как дела?
— Отец улетел в Москву, а у нас в Администрации намечается прием в пятницу. Вот решила позвонить дочери. Спросить, не составит ли она мне компанию?
— Я с удовольствием, мам.
— Можем съездить как-нибудь в обед. Купить тебе платье и пообедать недалеко от клиники. Как ты считаешь?
— Платье у меня есть. Мы с Натаном часто посещали мероприятия, которые организовывала его семья. Я что-нибудь выберу. А по поводу обеда… Давай на следующей неделе, мамочка. Боюсь, мне будет сложно отвлекаться от работы. Хотя бы первое время.
— Ну, как скажешь… Ты у нас умница, всегда все сама знаешь и справляешься сама.
— Спасибо! — я устало улыбаюсь и прощаюсь с мамой.
Приехав домой, принимаю душ, ужинаю с бабушкой, а затем устраиваюсь на огромной постели с ноутбуком и открытой бутылочкой воды.
План — заснуть под какой-нибудь незамысловатый сериал, проваливается на этапе подготовки, потому что, пока я захожу в свой аккаунт известного онлайн-кинотеатра, телефон дребезжит на тумбочке.
В надежде, что это не Натан — ведь на сегодня потрясений для меня достаточно, смахиваю заставку и замираю, потому что вижу на экране снимок осеннего, багряного леса и ровных, как школьные линейки, полос из дорог.
«Добрый вечер, Соня!» — снимок сопровождает сообщение.
«Я тебя не отвлекаю?»
И пускай номер мне не знаком, но я даже по сочетанию цифр догадываюсь — это Громов. Не знаю, как у него так получается, но вот эти 85-5-85 — это что-то настолько же эстетичное, как и он сам.
Что-то, что ему подходит…
«Это Костя Громов».
«Я поняла, что это ты. Привет, Костя. Спасибо за мой снимок».
«Как ты поняла?»
«Ни один человек в моем окружении не спрашивает, не отвлекает ли он меня»
Я робко улыбаюсь и захлопываю крышку ноутбука.
«Наверное, это дико тебя раздражает?»
«Порой очень…» — отвечаю честно.
«Как твоя нога, Соня?»
Мое лицо вспыхивает. Сунув руку под одеяло, прохожусь пальцами по толстой коросте.
Секс был настолько кипящим и горящим, что порез я заметила только после него. Когда металлический запах крови распространился по салону, а в ушах еще стоял гул после оргазма.
Зацепилась за металлический уголок на двери. С виду он выглядел безобидным.
Костя быстро оделся, нашел аптечку и обработал рану.
А потом отвез меня домой…
В целом, я даже благодарна этому происшествию за то, что мы избежали какой-то неловкости. С другой стороны — полного удовлетворения, как в прошлый раз после целой ночи, так и не получили.
«Соня?»
«Что?»
«Как твоя нога?»
«После ампутации вполне сносно…»
«Очень смешно…»
Я представляю интонацию голоса и выражение мужественного лица, с которыми он это произносит, и… улыбаюсь.
Нажав на кнопку, записываю голосовое сообщение:
«Прости. Со мной все в порядке. Это такой врачебный юмор…»
«Как твой первый рабочий день?» — Костя на «голос» не переключается. Продолжает писать текстом. При этом использует все знаки препинания. Уникальный случай.
Прислонившись спиной к подушке, набалтываю в микрофон:
«Если честно, то не очень. Главврач оказалась обозленной. Думаю, это из-за Владимира Рудольфовича или мамы… Вместо того, чтобы объяснять мне что-то полезное, меня усадили листать пыльные папки. В общем… чувства на самом деле смешанные…»
«Плохо» — отвечает Громов односложно.
Я тут же думаю, что, наверное, переписка со мной ему надоела.
А я тут со своими проблемами.
«Плохо, что она так себя ведет с тобой» — приходит еще одно сообщение, и я чувствую самую настоящую поддержку.
Такую необходимую мне сейчас.
«Это несерьезный подход к новому сотруднику».
Решив сбавить обороты, печатаю:
«Спасибо тебе. Я так же подумала. Ты ведь тоже руководитель… Что мне ей сказать, чтобы она стала относиться ко мне по-другому? Или может что-то в себе исправить? Я не знаю…»
Нервно сглатываю, и отправляю.
А когда вижу в переписке голосовое сообщение, ком в горле никуда не уходит.
Что-то короткое.
«Просто пошли ее на хуй!» — звучит чуть уставший, но злой и заряженный голос Кости.
Всего четыре секунды.
Но как же мне становится легче…
И проще…
Глава 17. Софья
Следующий день становится полным повторением вчерашнего.
С Евгенией Дмитриевной я не вижусь, зато со мной активно знакомится весь медперсонал. Медсестры в восторге от моего костюма и тут же выспрашивают, где я его покупала. Врачи ведут себя сдержаннее, просто кивают. Я пытаюсь запомнить имена, отчества и многочисленные должности, а еще заканчиваю со злополучными папками. И даже отмечаю это событие. Тем, что ставлю росписи в многочисленных журналах по технике безопасности. Как в загсе, ей-богу. Надеюсь, здесь будет поприятнее, чем в браке.
Пока еду домой, улыбаюсь этим мыслям и принимаю звонок от Таи.
— Сонь! Ты как там? Даже не перезвонила в воскресенье.
— Я… что-то устала. Мы вернулись с бабулей из больницы, и я решила лечь спать пораньше. Прости.
— Да это ты меня прости, — она смеется. — Я ведь переживаю, что я тебе не перезвонила. Выходные получились просто отличные. На этой неделе, если погода будет, мы снова поедем, но уже с детьми. Родители Мира и Кости тоже будут. Ты с нами?
— Нет. Я не смогу… Обещала маме, что пойду с ней на прием, который устраивает Администрация. Кажется, благотворительный. Я уже и платье подобрала.
— Что-то слышала. Так он ведь в пятницу?
— Да… — мысленно чертыхаюсь. — Но на субботу я записалась на групповую тренировку. «Карибский микс» называется.
— И что там интересного?
— Вообще, я хотела йогу, — с улыбкой смотрю на дорогу. — А администратор центра уговорила меня пойти в группу к афроамериканцу.
— Афроамериканцу? — с восторгом повторяет.
— Да… Обещают разгон лимфы и укрепление тазового дна. Я решила, что мне такое позарез надо.
— Мне тоже надо, но твой брат…
— Знаю-знаю! Он тебя никогда не отпустит укреплять тазовое дно с афроамериканцем, — я смеюсь и… чертовски завидую.
Наличие мужчины никогда не являлось моим базовым минимумом, но… в родном городе отсутствие партнера как-то особенно отдается резкой болью в сердце. Возможно потому, что здесь все… парные и счастливые?
Родители, брат, его друзья…
— Ладно, Сонь. Я тогда скажу Алисе, что ты не сможешь. Она, наверное, расстроится.
Я вспоминаю о племяннице, отношения с которой я решила восстанавливать.
Ребенок ведь не виноват…
— Я подумаю, Тая. Может быть, приеду на несколько часов… В любом случае спасибо, что позвали…
— Конечно, зовем. И будем звать. Мы ведь любим тебя.
— И я вас. Очень-очень. — С теплотой признаюсь.
— Тогда до выходных. Хорошего вечера!
— И вам хорошего вечера.
После разговора чувствую себя странно.
В меде дружба с девчонками не задалась, поэтому я привыкла быть одиночкой. Сама решаю накопившиеся проблемы, сама нахожу себе развлечения на выходные, при этом не испытывая никакого дискомфорта. Правда, лучшие для меня — те, что связаны с медициной.
Натан очень быстро стал для меня сначала наставником и человеком, которого мне хотелось слушать, не переставая, затем другом.
Слишком быстро. Это случилось реактивно. Как инфекция, поражающая мозг.
По-другому не назову.
Сейчас я уже понимаю, что человека стоит узнавать постепенно и только потом сближаться с ним. Существуют недостатки, которые можно не увидеть спустя месяц, но через год они перекроют все положительные качества. Как картина, меняющая цвет. Или хорошенько припрятанный капкан…